Ведьмин камень - Марина Серова

Николай многозначительно молчал. Но я, естественно, догадалась о причине, по которой Андрей не хотел возвращаться в комнату родителей. В кабинете следователя он обвинил дядю в смерти его сестры, топал ногами, просил призвать дядю к ответу. Этого не произошло. Теперь он должен был как минимум чувствовать себя виноватым перед родственником. Но, с другой стороны, мог бы и повиниться, попросить прощения. И раз он этого не делает, следовательно, на то есть причина. Я посмотрела на Николая. Мне показалось, что он думал о том же самом. Я решила переменить тему:

– В прошлый раз вы говорили, что ваша сестра обладала неординарными способностями.

– Да, все считали, что она была ворожеей.

– Что значит «все считали»? А вы, Николай, считали иначе?

Он посмотрел на меня с легкой усмешкой.

– Полина, я вам говорил, я уже достаточно большой мальчик, чтобы верить в волшебство. Конечно, ее пассы руками и бормотание каких-то там заговоров помогали некоторым, но... как бы это сказать? Одним словом, я считаю, что тут больше срабатывало самовнушение. Человек просто верил, что ведьма решит его проблемы. А вера способна сделать очень многое. Знаете такую старую русскую пословицу? Веруй в пень, и пень тебе поможет.

– А вас не смущало, что сестра брала за это деньги?

– Ну и что? Если люди сами давали. Она же не лезла к ним в карман. Многим она даже цену не называла. Это если видела, что человек беден. Кто-то нес ей коробку конфет, кто-то овощи со своей дачи. Гадала она, между прочим, вообще классно! Многие говорили, что все потом сбывалось. Я сам удивляюсь, как ей это удавалось?! Но это к делу не относится.

– А как вы думаете, кто все-таки обварил вашу сестру? Может, были обиженные? Кому-то не сумела заговорить болезнь или ушедший из семьи муж не вернулся, хотя она обещала...

– Да не знаю я, Полина! Если бы знал... Я потому к вам и обратился. Конечно, тот, кто украл перстень, явно разбирался в таких вещах. Или этот человек считал его непростым, верил в его волшебную силу. Но ведь убить мог один, а украсть кольцо – совсем другой человек.

Николай внимательно посмотрел мне в глаза.

– Полина, я могу сказать вам только одно: сестру я не убивал, ее перстень я не брал. Вот. Кто все это сделал, мне неизвестно. Но предупреждаю: если я узнаю, кто убил, – сделаю с ним то же самое.

Что ж, его желание мне вполне понятно. Николай между тем продолжал:

– Да, сестра, в моем понимании, не была ангелом, но это моя сестра. Да, она брала деньги за свое колдовство – или называйте это как хотите, но лично мне она ничего плохого не сделала. А когда я хотел уйти на съемную квартиру, она не позволила мне сделать это. У нас были разногласия, но мы, в конце концов, умели находить общий язык. Почему Андрей решил обвинить меня, мне непонятно.

– Зато мне, кажется, понятно.

Николай посмотрел на меня вопросительно.

– Вы что-то знаете, Полина?

– Пока только догадываюсь. Но одно могу сказать точно: перстень взял не Андрей.

– Откуда такие сведения?

– Он звонил кому-то по телефону и говорил, что мечтает найти перстень.

– Так он при вас еще и не такое мог...

– Нет, нет! Я стала свидетелем его разговора... нечаянно. Он был уверен, что его никто не слышит.

Николай снова посмотрел на меня долгим, изучающим, как мне казалось, взглядом.

– А что вы там говорили насчет того, что догадываетесь, почему Андрей обвинил меня?

– Этого я вам пока сказать не могу. Когда все будет известно точно, тогда и поговорим.

Я встала.

– Мне пора.

– Полина! Я вас умоляю, заклинаю! Найдите того, кто убил сестру. Этот урод не должен уйти от наказания. Если менты не посадят его, я сам... Слышите! Только найдите. Она была единственным родным мне человеком.

Я внимательно посмотрела на Николая.

– Сами? А как же я? Я поневоле окажусь причастной...

– Нет, нет! Вы даже ничего не будете знать. Я все сам. Вы только помогите узнать, кто он. Хорошо, Полина? Просто я не очень силен во всех этих юридических и следовательских хитросплетениях.

Я направилась к выходу.

– Так как, Полина?

Уже стоя в дверях, я повернулась и снова посмотрела на Николая. От выпитого коньяка он раскраснелся, его зеленые глаза блестели. Большие сильные руки лежали на косяках двери. Наверное, его сестра тоже была зеленоглазой, мелькнуло у меня. Я слышала, что все ведьмы – зеленоглазые.

– Я помогу вам. Мы обязательно узнаем, кто это сделал. Будьте уверены.

* * *

Возле дома, где Андрей снимал комнату, я поставила машину под деревьями. Здесь стояли и другие машины жильцов, так что моя не бросалась в глаза. Я включила «прослушку». Примерно час мне пришлось просидеть в полной тишине, как вдруг из микрофона отчетливо донеслась мелодия мобильника.

– Алло?

Это был голос Андрея, причем какой-то заспанный. Ну и соня! Время-то уже к обеду!

– Да... спал. А что?.. Не, ну дай хоть позавтракать!.. Потом мне прибраться надо, а то всю неделю было некогда... Потом я в магазин хотел сгонять... Короче, часам к трем, не раньше... Не зуди, а? В общем, жду к трем. Все!

Снова наступила тишина. Я посмотрела на часы. До трех у меня была масса времени. Так что спокойно смогу съездить домой пообедать, а по дороге купить продукты, иначе мы с Аришей скоро протянем ноги.