Миллион черных роз - Наталья Александрова

— От этих «новых русских» совсем житья не стало! — продолжал кипятиться парень. — Простому человеку вообще на улицу выехать нельзя! От ихних «мерсов» и «бээмвух» проходу нет! Не, мужики, у меня на этого гада душа горит!

Окружающая публика явно разделяла его чувства.

Ситуация складывалась весьма неблагоприятно для водителя «Мерседеса». Оглядевшись по сторонам, он негромко обратился к «пострадавшему»:

— Ну, парень, ты даешь! Ну ладно, не будем по ерунде заводиться. Хоть ты и сам виноват, я тебе заплачу, так и быть. Ну, сколько твой бампер стоит? Сотни баксов, я думаю, за глаза хватит?

Но парень явно не хотел идти на компромисс, по крайней мере за сто баксов. По-прежнему решительно размахивая монтировкой, он подступил еще ближе и продолжил свое выступление:

— Бампер? Да ты мне не только бампер разворотил, ты мне машину лишил товарного вида! А я ее завтра покупателю показывать собирался! Кто теперь ее в таком виде купит? А мы с ним, между прочим, на две штуки баксов договаривались! Сотку баксов! Нет, мужики, ну вы слышали, что этот козел предлагает? — и он снова огляделся по сторонам, приглашая всю улицу в свидетели своей безусловной правоты.

Толпа, возмущенно гудя, медленно стягивалась поближе к эпицентру событий. Раздавались уже отдельные голоса активистов, предлагавших к чертовой матери перевернуть проклятый «Мерседес», и останавливало добровольцев только то, что черная машина весила не меньше среднего танка.

Какой-то здравомыслящий человек предложил вызвать ГАИ — точнее ГИБДД — и передоверить решение конфликта профессионалам, но «пострадавший», по-прежнему выразительно размахивая монтировкой, повернулся к советчику и хорошо поставленным голосом произнес:

— Ну, мужик, ты не сечешь! То есть совершенно не врубаешься! У них же вся ментовка купленная — что уголовка, что ГАИ… Этому козлу, ему же только и надо, чтобы мы ментов вызвали, он им сунет по стольнику, те и скажут, что все так и было, да еще и с меня штраф сдерут!

Окружающая общественность одобрительным гулом подтвердила правоту борца за социальную справедливость и выразила готовность немедленно набить морду представителю зарвавшейся буржуазии.

Водитель «Мерседеса», чувствуя, что ситуация становится совершенно неконтролируемой, поманил «пострадавшего»:

— Молодой человек, сядьте на минутку в мою машину, я хочу вам сказать несколько слов.

— Ну чо, ну чо еще ты мне хочешь сказать? — прогнусил парень, презрительно оттопырив нижнюю губу. — Мне с тобой разговаривать некогда, гони бабки — и весь разговор! Только конкретные бабки, а не гребаную сотку!

Тем не менее, несмотря на такое бескомпромиссное заявление, парень подошел к «Мерседесу» и сел на переднее сиденье рядом с водителем, демонстративно не выпуская из рук монтировку.

— Ну чо, говори, чего хотел? — повернулся он к своему противнику.

— Послушай, парень, — начал тот, невольно покосившись на монтировку, — давай-ка мы с тобой договоримся по-хорошему. Тебе неприятности наверняка не нужны, а они у тебя будут, это я тебе точно обещаю.

— Чего? — гнусаво протянул парень. — Ты меня еще пугать вздумал? Да я тебя самого так сейчас напугаю…

— Никого ты не напугаешь! — прошипел мужчина, придвинувшись к своему соседу. — Ты не знаешь, сопляк, на кого напоролся!

— На старого козла, — мгновенно отреагировал парень.

— Доиграешься ты когда-нибудь, — и водитель «Мерседеса» достал из кармана служебное удостоверение, — понял теперь, с кем имеешь дело? Я номер твоей машины запомнил, так что неприятности тебе гарантирую! Если хочешь разойтись по-хорошему — вот тебе двести баксов, и вали отсюда, чтобы я тебя долго искал! Это хорошие деньги, вся твоя ржавая телега столько не стоит!

Парень уставился в раскрытую перед ним книжечку, прочитал ее два или три раза и перевел взгляд на владельца удостоверения.

— Фу ты — ну ты! — он изобразил на своей круглой физиономии гримасу, которая, по его мнению, должна была изображать смесь почтения, испуга и насмешки. — Какие мы, оказывается, крутые! Круче нас только яйца, выше нас только звезды!

— Не нарывайся на неприятности, парень! — еще раз повторил владелец крутых корочек, убирая свое удостоверение в карман.

— Ну-ну, ты меня не пугай! — парень еще не отступал, но в его голосе и выражении лица появилась задумчивая неуверенность. — Сколько, ты сказал?

— Двести.

— Триста, и забудем нашу встречу, как кошмарный сон.

— Это точно, кошмарнее не бывает, — мужчина поморщился, но все же полез во внутренний карман за бумажником, — хорошо, пусть будет триста, но чтобы я тебя очень долго искал.

— Не волнуйся, папаша! — парень удовлетворенно пошуршал купюрами и засунул их за пазуху. — Ищи, сколько хочешь.

С этими словами парень выбрался из «Мерседеса», обвел взглядом окружавшую место аварии заинтересованную толпу и, высоко подняв руки, как рефери на боксерском ринге, провозгласил:

— Ша, мужики, все нормально!

Толпа была явно разочарована: она жаждала захватывающего зрелища, она жаждала крови «нового русского» и надеялась, что дело не обойдется без мордобоя. Однако у всех зрителей были, конечно, свои собственные дела, и люди начали понемногу расходиться. Общее мнение выразил долговязый скверно выбритый мужик с несомненными следами длительного запоя на лице:

— Эх, опять козел откупился! А надо было ему стекла кирпичом!

Красная «девятка» резко сорвалась с места и моментально затерялась в кривых переулках Петроградской стороны. Отъехав подальше от места аварии, она свернула к тротуару и лихо затормозила. Молодой водитель достал из кармана мобильный телефон и набрал номер.

— Алло, Маркиз, это я!

— Здорово, Ухо! Ну, как все прошло?

— Все в кайф! Как ты сказал. Записывай: Богомолов Сергей Никитич, председатель комитета мэрии по финансам.

— Ничего себе! — Маркиз присвистнул.

— Я на этом деле еще и триста баксов заработал! — весело проговорил Ухо. — И ты можешь представить, этот козел мне говорит: «Я тебе неприятности устрою, я номер твоей машины запомнил!..» Запомнил он, блин, номер моей машины! Да я сам, блин горелый, его не помню!

С этими словами Ухо выбрался из «девятки», захлопнул дверцу и не торопясь направился к ближайшему метро.

Добравшись до дома на общественном транспорте и тщательно проверившись на предмет «хвоста», Леня запер за собой дверь, плюхнулся в глубокое кожаное кресло и задумался.

Интуиция его не подвела, и благодаря ей он остался в живых…

Леня усмехнулся, представив, что скажет на это Лола. А скажет она, что если бы у него вообще была интуиция, то он не связался бы с таким опасным делом. Просто отказался и все! Или, побеседовав с Ухом, не стал бы договариваться о встрече с заказчиком. Или вообще не пошел на свидание с Ухом. Но дело сделано, и теперь нужно думать, что предпринять, чтобы выйти из этой истории без потерь.