Василек. Часть первая. Кукольник. - Иван Петровский

– И это было как раз тогда, когда ребенка убили? Ты то откуда знаешь, когда она пропала?!

–Кореш говорит, через день к нему милиционер приходил, опрашивал, слышал ли он что-то. Васятка сказал, что ничего не слушал.

–Почему так сказал?

–Так мент же жулику не кент.

–Ну так ребенок же?!

–Ну я не знаю. Не сказал.

–А тебе-сказал?!

–Сказал. Сидели вместе. Зацепили эту тему каким-то боком, вот он и рассказал.

–Ну и где искать мне твоего кореша?

–Да очень просто. Сидит он еще. В зоне. Здесь же, в области.

–Хорошо. Фамилия-то у кореша Васятки-есть?

–Есть. Самая русская фамилия, Петров, а зовут конечно Василием. «Чалит[19]» он на ИК-9. Строгий режим.

–Хорошо, я съезжу к нему. Привет от тебя передать?

–Не надо б?!Хотя-передай. Можешь на меня сослаться. Если начнет упираться-напомни про должок. У него передо мной-долг. А ты уж не кинь меня, выполни, что обещал?!

–Хорошо. Будет тебе майдан и папироски. Спасибо.

–Начальник, -уходя сказал Малой, -Ты как-гада-то найдешь-не бери его в плен. Лучше кончи. Ему так и так не жить на зоне.

–Как же я его кончу?!

–По-тихому. И не говори никому. Такая сволота жить не должна.

Опер Главка ничего не ответил. Они разошлись. Малого увели. Обещание было выполнено. Майдан передан, дела прочитаны. Перед отъездом, собрались в кабинете у начальника уголовного розыска.

–Ну что? -спросил тот, – Есть что, чего мы не разглядели?

–Нет, -сказал Опер Главка. – Есть конечно недоделки и я б попросил их доработать, а так, прям что-то кардинальное-нет. Пока-глухо.

–Что доделать то надо?

–Поквартирники и подомовые обходы доделать, там порядка 20 квартир-домов не отработано, может не живут, может дома не было, нужно установить.

–Хорошо, что еще?

–Не все одноклассники опрошены, опять же-ориентировки повторно направить, в газете повторно напечатать, вдруг кто и откликнется?!

–Согласен. Все?

–Пока-все.

–А чего от тебя Малой хотел?

–Хотел, что б я ему майдан помог собрать.

–А взамен что?

– Подкинул кое-чего, но так, ничего особенного, проверить надо.

–Чего подкинул то?

–Я ж говорю. Проверить надо. Потом расскажу.

–Хорошо.

Разошлись. В кабинете у Старшего – Опер Главка рассказал, про разговор с Малым.

–Хорошо. Сейчас пробью адрес, сходим и проверим эти дома.

–Нет, давай сейчас, ты пробьешь адрес Петрова, и мы с тобой сходим.

Адрес установили быстро, Василий был человеком известным. Адресов было несколько, но постоянный-один. Вышли в адрес. Дом располагался в небольшом удалении от лога, по улице Южной, грубо говоря-вторая линия и располагался недалеко от Дворца Творчества. До лога его отделяла еще несколько домов, где-то совсем старых и покосившихся, где-то обновленных и обжитых. Прошли по соседям. В домах справа и слева жили люди, опера попали в оба, ничего существенного пояснить не смогли, про убийство девочки они знали, ее никогда не видели, никаких криков не слышали. По первой линии стояли три дома, теоретически попадающие под понятие-соседних. Два-так же были жилыми, были пройдены сотрудниками и ранее, один-не жилой, развалившаяся деревянная конструкция из стен, бревен, кирпича и наполненный отходами человеческого бытия в виде пустых бутылок, пакетов с мусором, каких-то вещей и т.д. Опера прошлись и по слому. Ничего.

–Что дальше? -спросил Старший.

–Домой поеду, в главк, но через зону.

–Зачем?

–С Петровым поговорить.

–Зачем? Дома ж проверили?!Пустышка.

–Не знаю. Проверю, поговорю. Может еще чего расскажет.

Расставались уже добрыми приятелями. Старший посадил Опера Главка на автобус и тот уехал.

Глава 10. Зона.

В исправительную колонию №9 пришлось ехать через главк. Была вероятность, что сидельца перевели куда-то, либо Малой мог ошибаться, поэтому Опер Главка вернулся в свой кабинет. Доложил начальнику по результатам выезда, поделился информацией про Петрова и получил разрешение съездить в колонию. В область удалось выехать только через два дня, сдача командировочного удостоверения со всеми подписями и печатями заморозила ход работы.

Колония находилась за пределами населенного пункта, но автобус местного значения делал остановку в непосредственной близости. По данным информационного центра – Петров отбывал наказание именно там. По тем же данным, на момент преступления он находился на свободе. Чисто теоретически – мог действительно слышать крики. Опер Главка через контрольно-пропускной пункт связался с оперативным отделом. В кабинете заместителя начальника колонии по оперативной работе, Опер Главка рассказал причины визита и короткую фабулу. Зам по БОР оказался нормальным семейным мужиком, ненавидящим мерзость, особенно в отношении детей.

–Я тебе помогу, чем смогу, -сказал он. – Можешь на меня рассчитывать. Если у вас разговор с ним не пойдет-возьмем товарища в работу, разговорим.

–Спасибо. Я думаю-пойдет. Я ж не «колоть» его приехал на преступление какое?! Я всего-то про крики поговорить?!

–Хорошо. Сейчас его позовут. Хочешь фруктов?!, – вдруг неожиданно сказал зам по БОР.

–Хочу, -растерявшись ответил Опер Главка. Фруктов то и не хотелось, но вопрос был неожиданный и что-то заставило его согласиться.

Зам. хитро улыбнулся, потом позвонил кому-то по внутреннему номеру: -Дежурный, найди Степу, пусть фруктов принесет. Через десять минут в дверь постучали и в кабинет вошел негр! Самый натуральный негр, на вид – лет 30, в руках которого была тарелка с яблоками, и грушами. Негр был высокого роста, одет в тюремную робу с номером на груди, шапку с головы он снял.

–Степа, а где бананы и апельсины?! Ты чего только яблоки принес? -спросил грозно Зам. по БОР.

–Николай Николаевич, так нет апельсинов, съели все и бананы тоже. Завтра только привезут, -виновато, совсем с легким акцентом ответил негр.

–Ладно, Степа, поставь на стол и можешь идти.

Негр поставил тарелку на стол и вышел. «– Видал?!», -спросил Николай Николаевич.

Опер Главка сидел с открытым ртом. – Видал я в жизни многое, но такого?! Нет. Что это за представление?!

–Да никакого представления, -засмеялся Зам. – Вот, хотел тебя удивить и удивил. Это Самюэль из самой Африки, с Нигера там или с Мали, не помню уже. Приехал к нам в Россию уже очень давно, лет, наверное, 15 назад. Учился в университете, выучил хорошо язык, родители у него какие-то богатые Буратины у себя на родине. Деньгами ущемлен не был, жил и ни в чем себе не отказывал. Сначала учился хорошо, но змея соблазна отравила его. Студенческая жизнь покатилась под горочку по русским столичным дорогам. Начал с легкой травки, а закончил уже тяжелым «герычем[20]». Первый срок за хранение – почти не почувствовал, отказался от высылки на родину, т.к. уже получил гражданство и мог сам