Забавы негодяев - Татьяна Луганцева

– Вот! Уже легче… Балерина, правда, на заслуженном отдыхе, но все же балерина. Будем брать сексом!

– Чем?! – оторопела Настя.

– А ты что думала, что в тридцать пять лет с тобой будут играть в песочнице? Ищут даму, приятную во всех отношениях, чтобы готовила, стирала, любила и так далее… А уж чтобы любовница была хорошая, это даже не обсуждается. Ты можешь чем-то удивить мужчину?

– Удивить? Я обычная женщина, и ваши вопросы ставят меня в тупик.

– Ага, и заставляют краснеть… Опыт какой у тебя?

– Общения с мужчинами? – робко спросила Настя.

– Нет! Рассаживания фиалок! – разозлилась Роза.

– Опыта нет! – быстро ответила Настя, спохватившись вовремя. – Не девственница, конечно, но…

– Плохо! Опять плохо! – прервала ее Роза. – Что я запишу в свою картотеку? Девственницы ценятся юные, а уж если стукнуло за тридцать, то может еще «клюнуть» любитель опыта. А тут ни юности, ни опыта, – развела руками сваха.

– Интересно, долго я должна это выслушивать? – спросила Настя, не забывая, что пришла сюда по доброй воле.

– Ты ешь пирожки-то, ешь…

– Да они у меня уже поперек горла встали, ваши пирожки – ответила Настя.

– О! Характер прорезался! Наконец-то! Расскажи, чем сможешь удивить мужчину? Что умеешь? – продолжала допытываться сваха.

– Я?

– Ну не я же! Я уже свое в «замужах» отходила три раза! – ответила Роза Сергеевна.

– И где же они, ваши мужья? Раз вы такая умная и все про всех знаете? – ехидно спросила Настя, запивая свои съеденные пирожки большой кружкой чая.

– А они все умерли, вдова я… трижды, – посмотрела на нее поверх своих очков сваха, и Настя испытала огромное чувство стыда.

– Простите…

– Пустое! Мне на мою жизнь и мужей хватило, и любовных романов, так что ты за меня не переживай. Я сейчас помогаю вам, дурочки, и если ты не совсем довольна, как я иногда говорю, то это для твоего же блага.

– Я постараюсь не забывать об этом, – вздохнула Настя, откидывая от лица свои светлые, шелковистые волосы.

– Ладно, пущу небольшую ложку меда в бочку дегтя, что я на тебя уже вылила, – более миролюбиво произнесла Роза Сергеевна. – Выглядишь ты, конечно, на пять с плюсом, на любителя, конечно. Очень худа, изящна, блондинка, шикарные, трогательные глаза, и я, черт возьми, не понимаю, почему сама не нашла?

– Танцевала…

– Ты как в том фильме… «стреляли»! – надула щеки сваха. – Говори свои параметры в сантиметрах и размер груди.

Настя подчинилась.

– Да… – протянула Роза Сергеевна. – Одни кости, сорок семь килограммов костей… И умение танцевать! Одними-то танцами, стрекоза, не возьмем мужика-то.

– Я знаю английский язык, неплохо пою, играю на фортепьяно, делаю красивые украшения из бисера и могу связать своими руками теплый свитер, – выдала Настя.

– Уже теплее… хотя кому сейчас нужен свитер?! Все можно купить! Но галочку я поставлю! А играем как?

– Музыкальную школу с отличием закончила, – похвасталась Настя.

– Запишу – хорошо, может, кому-то понадобится, чтобы теплые зимние вечера ему скрашивала балерина своей игрой на фортепьяно… – сама сказала Роза и задумалась. – Это может тронуть только романтика… Среди современных мужчин их все меньше и меньше… Ладно! Есть проблемы со здоровьем? Только не прикидывайся, что не понимаешь меня. Ты болеешь чем-нибудь? Куришь? Пьешь? Наркотики?

– Только пью… иногда, – ответила Настя, отводя глаза, и содрогаясь, вспоминая вчерашний вечер, – а вот со здоровьем…

– Что? – напряглась сваха.

– Ну…

– Психически-то хоть здорова? – напряглась сваха.

– Психически – да, а так меня оформляют на инвалидность, но на самую маленькую… третью группу, – улыбнулась Настя.

Роза Сергеевна на время потеряла свое красноречие, оно и было понятно. Пенсионерку на инвалидности ей явно пристроить было не за кого.

– Я поняла… – тронула ее за руку Настя, чтобы вывести из ступора. – Я пойду?!

– Куда?

– Домой! Я поняла, что безнадежный вариант.

– Это точно, но чем-то ты мне нравишься, и поэтому я не могу отказаться от тебя. Это как бонус, азарт, понимаешь? Проверка моей состоятельности как свахи. То есть если уж я тебя пристрою, то других точно замуж выдам, – сказала Роза, наблюдая, как у Насти вытягивается лицо. – Шучу я! Все будет хорошо! Только инвалидность у тебя по какому поводу? – не унималась Роза Сергеевна.

– Ноги у меня все повреждены… профессиональное это… Бывают дни, когда и встать не могу…

– Да… – почесала затылок Роза Сергеевна. – Сиди за фортепьяно и играй вальс…

– «Бостон», – закончила мысль Настя и спросила: – Скажите, а почему вы меня так расспрашиваете?

– А у кого мне о тебе спрашивать? – удивилась Роза Сергеевна.

– Нет, я имею в виду, почему вы не спрашиваете меня, какие мужчины мне нравятся? О том, какие параметры внешние и внутренние качества должны быть у него?

От такого заявления у свахи даже рот открылся от изумления.

– Ну ты и наглая! – уважительно протянула она.

– А что?

– Мужчины идут без выбора! – заявила сваха совершенно безапелляционно.

– Как это без выбора?! – возмутилась Настя, которую что-то повело в сторону со своей табуретки. – Что, есть штаны и ладно?! Мы и толстые, и лысые сгодимся?

– Именно так! Все на вес золота, – кивнула сваха.

– Не-е… я не хочу с кем попало… – надула губки Настя.

– Вот поэтому и одна! – констатировала Роза Сергеевна. – Вот о чем я и толкую!

– Лучше одной, чем…

– Молчи! Глупости говоришь! Так говорят только неудачницы, оправдывая отсутствие личной жизни.

– Ладно… не зря же я сюда пришла и к тому же выслушала столько гадостей в свой адрес, – сказала Настя, словно сама себе.

– Вот нравишься ты мне чем-то… – подтвердила свое отношение Роза Сергеевна, поэтому я дам тебе информацию о наших лучших женихах.

Роза Сергеевна вздохнула, подняла свое грузное тело на деревянную скамеечку и полезла в небольшую коробку, игриво подписанную словом «мальчики».

– Что-то как-то жидковато у вас с «мальчиками», – отметила Настя, не понимавшая, почему ее так «ведет», то есть кружится голова, нарушилась ориентация и появилась какая-то наглость в общении.

– А ты только сейчас поняла? Наконец-то дошло! – обрадовалась Роза Сергеевна. – Мальчики-то на вес золота… Вон, с невестами-то коробчонок сколько, – как в сказке «едет моя лягушонка в коробчонке»… и часто так лягушонкой и остается. Вот в чем беда-то… Вот они мои лучшие три героя…