Крысятник - Евгений Сухов

Если потребуется срочно уезжать, подумал Серый, то придется сдавать задом и идти на таран. Он не сдержал вздох облегчения, когда парни наконец вновь загрузились в иномарку и покатили дальше, оглашая двор включенной на полную громкость музыкой.

— Терпеть не могу рэп, — процедил Серый.

— Будем надеяться, что эта самая большая неприятность за сегодняшний день, — философски заметил Гончар.

Он ошибся. Неожиданно раздался щелчок отворяемого замка, и дверь слегка приоткрылась. В полумраке угадывалась сгорбленная старушечья фигура с седыми космами. Серого передернуло от дурного предчувствия.

— А что это вы здесь делаете, молодые люди? — неожиданно звонко поинтересовалась старуха. — Другого места не нашли водку распивать?

— Какая может быть водка, мать? — откликнулся Серый. — Девушку мы ждем.

— Это кого же?

— Девушку, — тупо повторил Гончар, не отличавшийся богатой фантазией.

— Уж не Зинку ли с третьего этажа? — скрипуче осведомилась старуха.

— Ее самую, — согласился Серый.

— Столько хахалей у этой шалавы, что их всех и не запомнишь… Ишь, устроили тут притон! Милицию бы на вас!

— Уж сразу так и милицию, — отбрехивался все тем же миролюбивым тоном Серый. — А если это любовь?

— Знаю я вашу любовь! Вам бы только под юбку залезть! — Не дожидаясь ответа, старуха громко хлопнула дверью.

— Видал? — усмехнулся Серый. — Натуральная баба-яга, а туда же — под юбку!

— Любви все возрасты покорны, — продемонстрировал Гончар знакомство с классической поэзией.

Во двор, мигнув левым поворотником, въехал темно-синий «Фольксваген Пассат». Забравшись колесами на бордюр, он остановился как раз напротив подъезда. Широко распахнув дверь, из машины вышел молодой человек в красной куртке. Поставив машину на автоматическую охрану, он уверенно зашагал в сторону подъезда.

Натянулась со зловещим скрежетом входная пружина, и тотчас, сбивая штукатурку с потолка, хлопнула дверь.

Серый вытащил из кармана шапочку с прорезями для глаз и быстро натянул ее на голову. Гончар стоял рядом, такой же безликий, только в темноте хищно поблескивали глаза.

Антиквар пребывал в хорошем настроении. Он что-то негромко напевал и, преодолевая сразу по две ступеньки, вбежал наверх. Заметив два силуэта у окна, он ускорил шаги и, стремясь не задеть стоящих, прижался к перилам. Но неожиданно один из них отделился от стены и, загородив проход, произнес:

— Веди себя спокойно, если не хочешь обзавестись лишними дырами в собственной шкуре.

Серый отметил, что при виде узкого лезвия заточки в расширенных зрачках парня застыл неподдельный ужас.

— Что вы от меня хотите? — голос скупщика антиквариата заметно дрогнул. Парень догадывался, что находится в одном шаге от смерти. Теперь он точно знал, как она выглядит: чуть выше среднего роста, в темной маске. Остального не разобрать — полумрак.

— Ты знаешь, что случается с твоими коллегами, которые плохо ведут себя?

— Д-да.

— Это хорошо, значит, не нужно ничего объяснять, — спокойно проговорил Серый, пощекотав острием заточки сонную артерию жертвы. — А теперь тихонечко, без всяких необдуманных телодвижений, спускайся вниз. Я не чемпион по стрельбе, но уверяю, с двух метров я обычно не промахиваюсь. — Он показал перекупщику пистолет с глушителем.

— Я вас понял, — часто закивал парень и, едва сгибая в коленях онемевшие ноги, пошел вниз.

Когда молчаливая процессия очутилась во дворе, Гончар открыл дверцу машины, а Серый затолкнул пленника в салон. Гончар пристроился рядом. Серый, не теряя ни секунды, сел за руль. «Девятка», взвизгнув шинами, мгновенно отъехала от подъезда.

— Голову ему наклони, чтобы не зыркал, — распорядился Серый, снимая с лица маску. — Вот так.

— Может, он у меня по дороге еще и отсосет, я могу и ширинку расстегнуть, — хохотнул Гончар.

— Оставь, — оборвал Серый. — Я вижу, что он парень с понятиями, зачем его обижать? — Он свернул в безлюдный переулочек и заглушил мотор. — А теперь давай поговорим по-свойски. Сколько у тебя баксов?

— У меня две тысячи… в кармане. Больше ничего нет, клянусь вам.

— Ай-яй-яй! — разочарованно протянул Серый. — Я был о тебе куда лучшего мнения. Такой солидный человек — и целыми днями простаивает на улице из-за каких-то двух тысяч баксов. А ведь сейчас холодно, зря ты не бережешь себя, — протянул он сочувственно, — так ведь и яйца отморозить можно… Придется тебя обшмонать на предмет наличия теплого белья…

— Ха-ха-ха! — Гончар, ткнув протянутый ему «вальтер» в лоб пленнику, бесцеремонно вывернул его карманы. — Голову не поднимай! — прошипел он.

В салон щедро просыпалась денежная мелочь, звонко бряцнула связка ключей.

— А вот и заначка, — удовлетворенно протянул Гончар. — Ровно две штуки баксов, я сосчитал.

— Пошуруй еще, — сердито распорядился Серый. — Наверняка этот хмырь остальное еще куда-нибудь заныкал. За подкладкой куртки посмотри. Они, суки, любят туда «капусту» прятать.

— Точно, что-то есть, — радостно воскликнул Гончар, пошарив ладонью за подкладкой. — Только как туда добраться?

— На! — Серый сунул ему заточку, а пистолет забрал себе.

Послышался треск распарываемой ткани.

— Куртка, — взмолился валютчик. — Она дорогая.

Гончар хохотнул:

— Ну что за народ! Что за скряги! Может, он через минуту сдохнет, а о барахлишке печется… Ну, бля буду, повезло! — выдохнул он восторженно. — Да здесь не меньше десяти штук баксов припрятано!.. Ого, тут и кольцо с бриллиантиком. Послушай, — Гончар подмигнул Серому, — а может, нам с тобой тоже в антикварщики переквалифицироваться? Работка у них не хилая. Стоишь где-то на углу, с девахами мило беседуешь, на вечерок договариваешься, а денежки сами в карман сыплются. Не хило, а?

Наблюдая в зеркальце заднего вида, как напарник рассовывает добычу по карманам, Серый поморщился:

— Чем языком попусту болтать, лучше дай барыге понять, что он очень меня расстроил. Объясни, что я терпеть не могу хронических врунов. И вообще, пусть знает, что с такими серьезными людьми, как мы, так себя не ведут. Можно заработать большие неприятности.

Гончар негромко хохотнул и с коротким замахом ткнул рукоятью заточки в скулу пленнику.

— Ыыы! — взвыл парень. — Зубы раскрошил.

— Это только начало твоих неприятностей. Дальше может быть еще хуже. А теперь расскажи, где ты прячешь остальные деньги?

— У меня нет никаких денег… Клянусь!

— Ладно, — разочарованно протянул Серый, — вижу, что здесь разговор у нас не клеится. Но у меня есть на примете одно тихое местечко, где исповедоваться тебе будет легче.