В плену Левиафана - Виктория Платова

Хотя как раз ветра Алекс и не почувствовал, странно.

В метре от меча обнаружился еще один дверной проем. Заглянув в него, юноша увидел лестницу с проломанными ступенями. Она вела на второй этаж, но о том, чтобы подняться по ней, не могло быть и речи: слишком шаткая конструкция, того гляди, развалится под тяжестью тела. Но Лео это не остановило — он уже наверху: прямо над головой Алекса слышны осторожные шаги.

— Ну что там, Лео?! — крикнул Алекс. — Лео?

— Я здесь!

Голос Лео раздался вовсе не со второго этажа — откуда-то снаружи. Как только Алекс понял это, сердце его бешено заколотилось, лоб покрылся испариной, а в глазах потемнело: они здесь не одни! Но раздумывать о том, кто путешествует по второму этажу, у Алекса не было ни желания, ни сил. Только бы выбраться из проклятого дома!..

Он без оглядки бросился вон, промахнул крыльцо и только тогда остановился. Лео стоял у стены, постукивая носком ботинка по каменной кладке.

— Фундамент отлично сохранился, — сказал он. — Его даже менять не придется… Что с тобой?

Алекс открыл было рот, но почувствовал, что не может выговорить ни слова. Да и ноги вдруг стали ватными и с трудом слушались его. Не хватало еще свалиться наземь на глазах у Лео!..

— Что случилось?

— Там! — заорал Алекс так неистово, что холодный воздух обжег горло. — Там!..

— Успокойся. Что «там»?

— Там кто-то есть!

Несколько секунд Лео молчал, пытаясь вникнуть в смысл произнесенного Алексом, а потом — неожиданно спокойно — заметил:

— Ты же понимаешь, что это невозможно.

— Там, на втором этаже, кто-то ходит.

— Кто там может ходить? Мы здесь вдвоем — ты и я.

— Наверху есть кто-то третий…

— Это легко проверить.

Не успел Алекс опомниться, как бесстрашный Лео скрылся в доме. Ожидание длилось мучительно долго, и за это время Алекс успел вспомнить следы велосипедных шин и смятую кока-кольную банку на импровизированной стоянке: что, если их опередил какой-то неизвестный человек? Но и следы, и банка выглядели так, будто их оставили давно — уж точно не сегодня утром. Но даже если предположить, что их все же опередили, поведение незнакомца логичным не назовешь. В горах, особенно если речь идет о редко посещаемой людьми местности, все относятся друг к другу как братья. Во всяком случае, легко идут на контакт и отвечают на приветствие улыбкой, а не прячутся от глаз.

Другое дело, когда не хотят обнаружить свое пребывание. Но для подобного поведения должны быть причины, и веские. А сукин сын Лео испытывает терпение Алекса. Прошло уже несколько минут, а он так и не дал знать о себе. Что, если…

Усилием воли Алекс оборвал фразу, поднимавшуюся из самых глубин его насмерть перепуганного естества. Но она никуда не делась, просто застряла в горле: не проглотить, не выпихнуть.

Что, если он не вернется?

Что делать Алексу — подниматься наверх, вслед за Лео? Ждать до конца, пока солнце не уйдет за вершины, пока не наступит ночь? Но он не собирается оставаться здесь на ночь: место уж слишком неблагополучное. От него за версту смердит бедой.

Как бы ни убеждал Лео, что история о массовом убийстве альпийских стрелков — легенда и ничего больше, какие бы доводы ни приводил в пользу этой версии, на подкорке у Алекса записано совсем другое: в доме под скалой погибли люди. А те, кто пришел сюда после их гибели, поступили с убитыми не лучшим образом. Отказали им в праве быть похороненными там, где их могли бы навестить родные; там, где прогревается земля, растет мягкая трава, распускаются цветы. Их оставили здесь, в вечном холоде, и им не согреться — ни за что, никогда!

Но Алекс здесь ни при чем.

Не он принимал такое бесчеловечное решение, он тогда еще не родился. Да что там Алекс — даже его родители в те времена еще не появились на свет! И никто из его родных не причастен к той истории, и он может только посочувствовать несчастным — издали, сквозь толщу лет…

Вот и Лео, наконец-то!

Лео появился в окне второго этажа и помахал Алексу рукой. Не слишком уверенно, как тому показалось. Так и есть: Лео хмурится, но не похоже, чтобы он был чем-то напуган.

— Ложная тревога! — провозгласил Лео с высоты. — Здесь никого нет.

— Я слышал шаги…

— Возможно, это ветер.

— Непохоже, — Алекс с сомнением покачал головой.

— Или твое не в меру разыгравшееся воображение, — подколол его красавчик. — Ты можешь подняться и убедиться сам.

— Как-то не тянет.

— Как знаешь.

Лео снова пропал из виду, а немного успокоившийся Алекс потянулся к фляге с коньяком. После пары глотков ему стало значительно легче, страхи отступили, но отношение к дому не улучшилось. Он нависает над Алексом черной громадой, подмигивает слепыми оконными проломами, откликается скрипом и вздохами на любой порыв ветра. Лучшим исходом будет убраться отсюда поживее, тем более погода начала портиться.

Еще несколько минут назад вовсю светило солнце, но теперь небо заволокли тучи, да и ветер усилился. Теперь он завывает непрестанно, принося откуда-то снизу сухие листья и ржавые сосновые иглы. Но это даже и хорошо — не увидеть всю бесприютность этого мрачного горного гнезда может только идиот.

Лео — хуже идиота. Он — одержимый.

Это стало ясно, когда он вновь появился на плато, и Алекс робко заметил, что пора бы возвращаться. Неровен час пойдет дождь, а спускаться при такой погоде по каменистой тропе может быть небезопасно. Пропустив поскуливания Алекса мимо ушей, его неугомонный спутник подхватил фотоаппарат и отправился снимать дом в разных ракурсах. Фотосессия закончилась только тогда, когда проголодавшийся Алекс дожевывал второй бутерброд.

— Ну что? — нетерпеливо спросил он. — Ты увидел все, что хотел?

— Почти.

— Мы можем отправляться восвояси?

— Я же сказал — «почти». Осталось то место, которое называется «наблюдательный пункт». Его я и собираюсь посетить. Составишь мне компанию?

Алекс оглянулся в растерянности: плато, как на ладони, но, кроме дома, груды досок и камней на месте подсобных помещений, здесь ничего нет. О каком «наблюдательном пункте» говорит Лео?

— Он должен находиться чуть выше. Ближе к вершине. Наверняка здесь найдется тропа… — тут же последовал ответ.

— Еще одна?

— Ничего удивительного. Те, кто жил здесь, были основательными людьми. Они провели в этом месте не один месяц. И наверняка устроили все здесь по уму. С максимально возможным удобством для длительной зимовки…

— Да уж, — проворчал Алекс. — С удобством…

— Ты как будто чем-то недоволен.

— Мне просто не нравится место. Вот и все.