Тихушник возвращается - Александр Федорович Бабин

выстрел из табельного пистолета, и пуля насквозь прошила шею бандиту. Сотрудник превысил пределы самообороны — тюрьма ему обеспечена, а дома ждут жена дети, престарелые родители. Кто их будет кормить? Президент?! Больно ему это надо. Судья с удовольствием зачитает приговор и отправит опера за решетку! Вот как сейчас все жулики города радуются смерти судьи Морозова. Выезжая на операции по задержанию преступников на всякий случай брал с собой складной нож, пряча его от товарищей, и как раз этот случай наступил. Незаметно положил нож рядом со смертельно раненым бандитом. Предварительно вытерев ручку об лацкан пиджака, убрал свои отпечатки пальцев. В те далекие девяностые годы криминалистами еще не применялась экспертиза ДНК. Хотя и для такой процедуры имелся ответ — это когда следственные органы будут выяснять роль каждого участника. Да! Нож брал в руку, но от греха подальше отложил его от бандита, вдруг притворяется мертвым. Опера долго его «кололи» признаться, что нож — его рук дело. В ответ улыбался и молчал: если знают двое, узнает и прокурор. Не зря же они дали ему кличку «Тихушник». Ходил по притонам ночь-полночь в одиночку, помощников не брал. Беседуя с жуликом с глазу на глаз, он как-то больше доверял одному человеку. Но у оперов главное оружие — их ум, а не пистолет, еще артистичный язык и вежливость. Три «противотанковых оружия» пробивают все тайны человеческой души.

Тит, зайдя в кабинет, сразу включил телевизор, шел фильм «Бандитский Петербург», первая серия, в роли вора в законе артист Кирилл Лавров. Как раз герой выходил из подъезда с подельником, в руках держал картину известного художника, по сюжету они обокрали квартиру бизнесмена.

— Александр, заметь, на лице ни одна мышца не дрогнет, вот характер у старика, мне б такой, — Тит восхитился спокойствием героя и на пульте усилил звук.

Семенов, садясь в кожаное кресло, смотрел на экран:

— Так он вор в законе, ему по статусу не положено мочиться на голяшки. Борис, ты бы звук чуть поубавил, а то с утра голова трещит.

— Телик включаю на полную катушку, когда базар намечается серьезный. Правда, мои качки просматривают офис, вдруг конкуренты жучков понаставили, зачем мне лишние проблемы, — и убавил звук.

— Конкуренты?! На блатном жаргоне что-то новое, ну-ка, просвети меня, неуча!

— Что ты динамо крутишь! Как будто не знаешь, чем я занимаюсь. Я пока с Ермаковым базарил, узнал не только про его дела, но и про вашу с ним дружбу и еще кое-что! Он так и хочет меня окучить, необоснованно высказал мне предъяву, ну, что я увяз в мусорном бизнесе. По всем понятиям это мое родное! Ментов называют мусорами и там мусор, слова одинаковые, где как не там мне быть, — расплывшись в улыбке. — Ну, вы что там уснули! — крикнул в закрытую дверь охранникам.

Открылась дверь, зашел Лундгрен, держа в руках кружки с чаем. Второй клон стоял в дверях.

— Спасибо, мужики, — поблагодарил их Тит. — Слушайте меня внимательно, берёте копыта в руки и срочно ищете депутата Быкова.

— Барыгу, что ль, этого, — недовольным тоном ответил «официант».

— Вот, Александр, посмотри, с кем мне приходится работать, не дают слова договорить, — показав на них рукой, — никакой культуры. Вернетесь, заставлю выучить поименно всех чиновников в администрации.

— Тит, ты говоришь словами доцента, прикажешь, выучить английский язык? — обидчиво ответил, назвав эпизод из советского фильма «Джентльмены удачи» с артистом Леоновым в роли доцента. — А чё по телефону нельзя ему позвонить? Бензин на него еще тратить.

— Хватит порожняк гонять! Быкову накажите, чтобы он мне не звонил. Вечером пусть меня ждет в своем офисе, а то с испуга приедет сюда. Штаны ему потом меняй!

— А чего ему бояться, он же депутат! На той неделе заезжал к нам в гости. Чё-то я, Тит, не врубаюсь, что за суета? Ты врубаешься? — «официант» обратился к клону.

— Борис, мы же не пацаны на побегушках, что за спешка? — поддержал он его.

— Вернетесь, объясню. Все, мужики, некогда базарить, сегодня дел на кобыле не объедешь! — переведя взгляд на Семенова.

— Так бы сразу и сказал, что у тебя серьезный разговор, — буркнул второй клон.

Семенов, слушая их, рассуждал: Тит открыто говорит о своих делах, он, что с катушек съехал, пусть даже я и бывший опер. Странное поведение, строго наказал «клонам», чтобы Быков не звонил ему на трубу. В стране не запрещены телефонные разговоры. Что им скрывать?! А Тит явно темнит, пригласил в офис попить чаю, нужен предлог — сдать ему депутата. А я уже сообщу о нем Ермакову, не зря упомянул о нашей с ним дружбе. Стало быть, Тит знает, кто приложил руку к убийству судьи, видать, и сам в этом деле замарался. Под ним горит земля, вида только не подает, а вот его язык бежит впереди мозгов. Кому охота в солидном возрасте присесть на нары за убийство государственного служащего, тем более главного судьи. Друзья-судьи вынесут приговор убийце по максимуму, всем подельникам мало не покажется. Сомнений тут быть не должно. Тит стелет под себя соломку.

Оба клона покинули офис.

— Александр, чай оцени! — хвастливо высказался Тит и тоже сел в кресло.

Семенов отпил из кружки чай:

— Прям президентский! Помнишь, в детстве был чай со слоном на упаковке. Так его и звали — чай со слоном!

— Сейчас куда ни плюнь, Китай рулит! — с сожалением выдохнул слова Тит.

Семенов поймал его задумчивый взгляд, видать, переживает, явно имеет отношение к убийству судьи, встречи ему с органами не избежать. В данный момент у оперов слово «смотрящий» в рейтинге, каждый мечтает раскрыть это громкое преступление, и Титу предстоит выдержать их натиск. И вскоре к нему на прием выстроится очередь из оперов. Кто-то попугает тюрьмой, а кто-то пообещает помочь выйти сухим из воды. А цель у всех одна: водить «дружбу» с самим смотрящим — это престижно. Точнее авторитетно в оперских кругах. Даже сам президент да тот же артист Кобзон на заре своей политической карьеры водили дружбу с криминальными авторитетами. В то далёкое перестроечное время в карманах жуликов красовались депутатские удостоверения. Становление демократии в стране имело издержки, на их устранение требуется время, но по многим причинам оно что-то затянулось. И одна из главных причин — менталитет российского народа: спят и видят во главе государства своего погоняльщика. Без разницы, как его называть: царь, президент, секретарь КПСС или тот же смотрящий. Без вожака народ не способен самостоятельно выжить, как говорится, свобода — бесплатная вещь, но не каждый может ее себе позволить! А чтобы стать личностью, требуется потрудиться над собой.

На телефоне Семенова зазвучала мелодия