Застигнутый врасплох - Рут Ренделл

Дети Бердена собирались в школу, и из ванной бунгало доносились приглушенные звуки рвоты. В первый день занятий Пэт всегда тошнило. Родители стояли в кухне, прислушиваясь к этим звукам с беспомощным страданием людей, которые начинают осознавать, что их дети — человеческие существа, а не только их чада и что существует граница, за которой они уже ничем не могут им помочь. Этого ребенка будет тошнить в первый день каждого семестра, перед каждым собеседованием при приеме на работу и, вероятно, в утро свадьбы.

— Майк, — сказала Джин Берден, — может, Пэт стоит показать доктору Крокеру? Иногда я даже думаю, не записать ли ее на прием к психиатру.

— Ты прекрасно знаешь, что она мгновенно выздоровеет, как только переступит порог класса. Имей чувство меры, дорогая.

— Просто хочу помочь ей. У нас в семье не было подобных проблем. Представить себе не могла, что у меня будет не ребенок, а комок нервов.

— Я не нервный. — В руках у Джона был ранец, а лицо сияло утренней свежестью. — Если у меня будут дети и они будут такие же, как она, я задам им хорошую порку.

Берден с неприязнью посмотрел на сына. Его дети — несмотря на разницу всего в два года, счастливый брак родителей и обеспеченную жизнь семьи среднего класса — не ладили между собой. Ссорились, еще когда Джон только начинал ходить, а Пэт лишь кричала в колыбельке, потом дрались, а теперь все вылилось в ежедневные перепалки.

— Не смей так говорить о сестре, — строго сказал он. — Сколько можно повторять. — Берден вдруг вспомнил дело, которое теперь расследовал. — Представь, что вас с Пэт разлучают и ты знаешь, что вы не увидитесь, пока не станете взрослыми. Что бы ты чувствовал? Ты бы очень жалел, что обижал ее. И понял бы, что будешь по ней скучать.

— Не буду я по ней скучать, — сказал Джон. — И вообще, жаль, что я не единственный ребенок.

— Не могу понять этой неприязни, — беспомощно произнес Берден. — Это неестественно.

Он протянул руку дочери, которая вышла из ванной с бледным лицом и опущенной головой и обняла мать.

— Я отвезу тебя в школу, милая. И пойду с тобой.

— А меня ты никогда не довозишь до школы, — возмутился Джон. — Приходится еще целую милю шлепать по этой чертовой грязи.

— Не чертыхайся, — автоматически отреагировал Берден. — Я могу отвезти вас обоих. Только, ради всего святого, не ссорьтесь в машине.

Двор Королевской школы заполняла толпа мальчиков. Берден медленно ехал по подъездной дорожке среди учеников младших классов, сверстников Джона, которые с оглушительным гиканьем и визгом рассыпа́лись в разные стороны. Шестиклассники, собиравшиеся в стайки у стены, сунув в карман унижающие их достоинство шапочки, смотрели на него с надменным презрением. Джон на ходу выпрыгнул из машины и мгновенно исчез в шумной толпе.

— Я его ненавижу, — сказала Пэт.

— Нельзя так говорить о брате. — Берден осторожно дал задний ход и, разворачиваясь перед воротами, увидел Дэниса Виллерса. Он вежливо кивнул и приветственно поднял руку. Виллерс посмотрел на него невидящим взглядом, сунул руки в карманы и прошествовал к новому крылу.

— Останови машину, папа, — сказала Пэт, когда они выехали на дорогу. — Меня опять тошнит.

Высадив детей, Берден поехал в полицейский участок, преодолевая утренние пробки. Встреча с Виллерсом его удивила: он полагал, что если не горе, то хотя бы приличия не позволят ему выходить на работу на этой неделе. Странный человек, похоже абсолютно безразличный к мнению окружающих. Его поведение, когда он проигнорировал Бердена, полицейского, который накануне был в его доме, и вдобавок отца ученика Королевской школы, выглядело… возмутительным.

Сознавая, что опаздывает на двадцать минут, он прыгнул в лифт и, тяжело дыша, вошел в кабинет Вексфорда. Старший инспектор, чей поношенный костюм выглядел еще более неприлично, чем всегда, сидел за письменным столом из розового дерева и рылся в груде бумаг. За его спиной у окна стоял доктор: дышал на стекло и пальцем рисовал нечто похожее на схему пищеварительного тракта. Берден подумал, что сегодня утром с пищеварительными трактами у него явный перебор.

— Извините за опоздание, — сказал он. — Мою дочь Пэт всегда тошнит в первый день семестра, так что мне пришлось задержаться, чтобы отвезти ее в школу. — Он кивнул доктору. — Джин даже хотела вас пригласить.

— Надеюсь, вы не станете беспокоить занятого человека? — с ленивой улыбкой заметил Крокер. — Пэт вырастет, и все пройдет, сами знаете. Это одна из неприятных сторон человеческой природы, от которых не избавлены и ваши дети, хотя, возможно, вам просто не повезло.

Вексфорд поднял голову и хмуро посмотрел на доктора.

— Может, хватит философствовать? У меня тут отчеты из лаборатории, Майк. Анализ пепла из костра в поместье однозначно показал, что там сожгли шерстяную ткань. Орудие убийства так и не нашли, хотя вчера наши люди прочесывали лес до самой темноты, а сегодня снова приступили к поискам.

— Оно может быть где угодно, — безнадежно махнул рукой Берден. — На дне реки или в чьем-то саду. Мы даже не знаем, что это.

— Нет, но должны как следует подумать. Во-первых, нужно понять, было убийство миссис Найтингейл спланированным или непреднамеренным.

Доктор Крокер ладонью стер рисунок на стекле, потом опустился на один из хлипких стульев Вексфорда. Надежное кресло было только у старшего инспектора — настоящий трон из кожи и черного дерева, достаточно вместительный и прочный, чтобы выдержать массивную фигуру Вексфорда. Кресло скрипнуло, когда тот откинулся на спинку и развел руками.

— Преднамеренным. — Доктор стал серьезным. — В противном случае ее не убили бы таким способом и в таком месте. Предмет, который стал орудием преступления, не из тех, что люди берут с собой на лесную прогулку. Так?

— Ты хочешь сказать, будь убийство непреднамеренным, то ее должны были, к примеру, задушить?

— Грубо говоря, да. В случае преднамеренного убийства не обязательно приносить с собой орудие, если знаешь, что под рукой будут подходящие предметы. Например, некто Y собирается убить Х в гостиной Х, но не берет с собой оружия, потому что знает: у камина стоит кочерга. Но на улице не всегда найдется подручное средство, и поэтому преступник берет оружие с собой. Именно так и поступил ваш приятель.

— Это обязательно мужчина?

— Мужчина или очень сильная женщина.

— Согласен. Я и сам склоняюсь к мысли, что убийство было спланировано и что мотивом могла послужить ревность. Убийца шел за ней и увидел то, что ожидал. Орудие убийства он взял с собой — заранее обо всем догадался и лишь ждал подтверждения. А ты что думаешь, Майк?