Сердцу не откажешь - Марина Серова

Свой сок я сама выпью. Терпкий, кисло-сладкий, чуть с горчинкой вкус, насыщенный рубиновый цвет – то, что мне нравилось с детства в гранатовом соке. Я даже зажмурилась от удовольствия и большими жадными глотками мгновенно осушила свой стакан.

– Прикид смени, не рисуйся, – назидательно продолжил Венчик. – Так и быть, кое-что одолжу сейчас, но с возвратом. Поняла? – с этими словами он поднял свой рюкзак, покопался в нем и вытащил бесформенную футболку и линялую клетчатую рубашку.

Я приняла бомжовский наряд, удивилась, что вещи оказались чистыми, поблагодарила за помощь и распрощалась со своим информатором.

Я помчалась домой приводить себя в порядок, точнее, в беспорядок. Талант перевоплощения у меня был всегда, с самого детства. Я с удовольствием меняла внешность, пока не переставала сама себя узнавать в зеркале. Вот и сейчас я с интересом разглядывала свое отражение – тетка неопределенного возраста, слегка взлохмаченная, не совсем чистая и в одежде с чужого плеча. Не хватает только дезодоранта с запахом пота и вековой грязи.

На кухне меня дожидался кофе и кусок сыра с огурцом.

Венчик мне назвал три возможные площадки для картинга. Я сразу отмела заводской аэродром. Он находится в черте города, и рев моторов было бы слышно. Бывшие склады на объездной дороге решила проверить в первую очередь, они ближе находятся. Следующей моей целью был аэроклуб.

Я с улыбкой вспомнила, как Мельников с Кирей уговаривали меня совершить настоящий мужской поступок – прыгнуть с парашютом. Мы тогда все вместе отправились в аэроклуб, но в последний момент я объявила, что останусь женщиной, и они без меня прыгать тоже расхотели. Мы полдня провалялись на теплой траве, удивляясь смелости приземлявшихся на поле людей. А инструктор по прыжкам потом байку рассказал, как его в первый раз с парашютом из самолета вытолкнуть не смогли, он мертвой хваткой в лавку вцепился, и ни в какую. Летчики долго над ним смеялись, когда самолет уже приземлился. Тогда парень решил, что просто обязан всем доказать, что он не трус, и на следующий день все-таки прыгнул.

Улицы не были пустыми, транспорт лениво двигался по всем направлениям. У горожан впереди были выходные с шашлыками и рыбалкой. Я влилась в поток машин и неторопливо потащилась из города.

Объездная дорога была новой, многополосной, и автомобильная пробка незаметно рассосалась. Я неслась с большим превышением скорости, но это совсем не чувствовалось на хорошей дороге. Свою машину я любила, любила скорость, любила дорогу, любила ощущать, как слушается меня механизм. Меня всегда удивляло то, что машину можно выбирать из-за кожаного салона или объемного багажника. Для меня на первом месте стояли комфорт в движении и безопасность – как быстро авто набирает и сбрасывает скорость, как слушается, как сообщает о неполадках.

Я перестроилась в правую полосу, потому что следующий поворот, судя по карте, вел к складам, и повернула. Асфальт теперь сменился на вполне приличную бетонку. Я включила дальний свет и поехала, поглядывая по сторонам. Склады должны быть слева. Там они вскоре и обнаружились. Я свернула к большим железным воротам с маленькой кирпичной сторожкой и фонарем над ними. Заброшенными склады, точнее, подъезд к ним, не выглядели. К моему удивлению, стоило мне заглушить двигатель, фонарь включился, а из сторожки ко мне вышел мужичок с огромной лобастой собакой. Я торопливо стянула с себя парик, чтобы выглядеть поприличней.

– Заблудилась? – заботливо поинтересовался он.

– Заблудилась, – кивнула я и улыбнулась, – я ночные гонки на картах ищу. Это не здесь? – спросила я, не лукавя и прислушиваясь к ночным звукам.

– Нет. Здесь стройматериалы и новая строительная и дорожная техника для муниципальных нужд, – заученно отрапортовал мужичок, с любопытством меня разглядывая. – Гоняться здесь негде, все техникой заставлено, два состава разгрузили, еле поместилось все на площадках. Нас, сторожей, усилили, мы теперь по трое дежурим и каждый час территорию обходим.

– Спасибо, – улыбаясь такой открытости мужичка, сказала я, – удачи вам.

Как же Венчик не знал, что тут все используется по назначению? Перепутать склады я не могла, тут других просто нет. Я вернулась в машину, помахала сторожу рукой и тронулась в обратном направлении. Но двигалась недолго. Как только свернула за поворот, съехала на обочину и остановилась. Надо уточнить. Вдруг мужичок как раз гонки и охраняет? Пешком я вернулась назад и пошла вдоль стенки крайнего склада. Стараясь не шуметь, осторожно ступая в удобных кроссовках, я наконец увидела небольшой просвет между складскими помещениями. Мужичок не соврал. Так и есть! Фонари слабо освещали забитое техникой пространство. «Неужели Тарасову грозит глобальное строительство и ремонт дорог?» – мелькнула приятная мысль в моей голове.

Я вернулась к машине, включила свет, чтобы прикинуть маршрут и не пропустить нужный поворот. В темноте заблудиться на наших дорогах – раз плюнуть. Я выехала на объездную и сбросила суточный километраж. Нужный поворот, судя по карте, будет через семнадцать километров, а указателя на повороте не было, даже когда аэроклуб вовсю работал.

К аэроклубу вела разбитая дорога, и мне пришлось снизить скорость. Машина, шурша резиной, медленно перебиралась через глубокие выбоины в асфальте. Я прикидывала, где бы оставить авто, чтобы не привлекать внимания, и пыталась что-нибудь разглядеть в темноте. На обочине фары высветили остатки указателя на аэроклуб, я выключила свет и остановила машину. Пусть глаза привыкнут к темноте.

Уже через пару минут я смогла различать темные силуэты кустов и деревьев и увидела узкий проселок. Осторожно скатилась по нему и притормозила, когда асфальт скрылся из виду. Брать с собой ничего не стала, сняла номера и сунула под запаску, машину оставила с включенной сигнализацией и пешком вернулась на дорогу. Лучше перестраховаться! До места оставался примерно километр, и я бодро зашагала по обочине.

Вечерний воздух, казалось, сам, без моего участия, до отказа заполнял легкие. Я вдыхала запах травы и полевых цветов, прислушивалась к стрекотанию ночных насекомых и звукам далекого шоссе. Никаких других шумов не было, хотя, по моим прикидкам, рев двигателей картов я бы уже должна была слышать. И через несколько шагов я действительно услышала шум моторов, но не впереди, а сзади. Я бросилась к кустам и едва успела пригнуться, как из-за поворота вырвался луч фар первой машины. За ней появилась вторая, третья, четвертая. Когда шум двигателей стих, я уже не рискнула идти открыто по дороге и стала неторопливо пробираться по посадкам. Как оказалось, не зря: проехали еще две машины.

Значит, я вовремя. Я уже не сомневалась, что попаду на гонки картов, и прибавила шаг. Я не знала, как была огорожена территория раньше при действующем аэроклубе, мы въезжали через ворота со шлагбаумом и сразу попадали на площадку между ангарами и учебным корпусом. Сейчас я подходила немного дальше ангаров.

Вдруг впереди резко вспыхнуло пятно белого электрического света. Я изменила направление и, как бабочка летит на свет пламени, пошла на свет прожекторов. Было слышно урчание работающих двигателей, какие-то крики, металлические удары и звуки музыки. Моих собственных шагов уже не слышала даже я сама.