Охота на Президента - Тьерри Маллере

Олег вел машину быстро, время от времени поглядывая в зеркало.

— Ты думаешь, за нами следят?

— Трудно сказать. Стоит проверить…

Прошло минуты три, прежде чем Надя начала говорить:

— Все началось с убийства Сергея… Мне захотелось понять, что же произошло… Из любопытства, ну и, наверное, чтобы понять, что происходит. Я решила удостовериться, права ли я?

— В чем?

— Видишь ли, все, что у него было на столе, сгребли эти люди в камуфляже. Я знала, что он некоторую приходящую к нему информацию сбрасывал на свой компьютер, и потому решила посмотреть…

— Где ты это сделала?

— Сначала на работе. Но у меня ничего не вышло. Потом я попробовала дома. Мне подсказали как. Я зашла в электронную почту и обнаружила там кучу досье. Интерес представлял лишь один документ. Страшный документ. Это жуткий компромат. Урабанк получил разрешение на дополнительный экспорт сырья в обмен на индексацию счетов пострадавших во время кризиса клиентов банка. Индексацию не провели с помощью вмешательства Баратина.

— Советника премьер-министра…

— Да, ты уже понял, в чем дело. Сергей собрал компромат. А я его скопировала себе на ноутбук, который взяла на дачу. За мной и мамой следили. Я этого сначала не заметила. Потом ночью мне показалось, что кто-то стоит возле калитки у леса. Но я постаралась об этом не думать… Заволновалась я лишь тогда, когда в Алалабаде случайно услышала, как Петр разговаривает по телефону обо мне. Органы безопасности банка его предупредили, что я пыталась войти в компьютер Сергея.

— Хм… Думаю, у вас в банке Windows NT… Все операции могут прослеживаться. Они могли узнать, что ты ходила на сайт, чтобы открыть почтовый ящик Сергея.

— Я не знала, что это можно проверить. Но в банке я не сумела его открыть. Я сделала это у себя дома.

— Все равно, раз ты его уже пробовала открыть в офисе, спецслужбы банка начали следить за тобой. Их действия правомерны. Они должны были предупредить Петра.

— Но, Олег, ты не понимаешь. Я видела Петра сразу после его разговора с Москвой. Он ничем себя не выдал. Он разговаривал со мной так, будто ничего не знает, будто ничего не произошло. Он мог бы сразу спросить, почему я это сделала? Ведь я его любовница.

Олег не ответил, продолжая смотреть, нет ли кого-нибудь на хвосте. Они уже были на Ярославском шоссе.

— Вернувшись из Алалабада, я сразу поехала к тебе. Ну а потом нашла взломанную дверь к себе в квартиру.

— Они искали твой компьютер…

— И нашли его на даче.

Машина ехала мимо статуи рабочего и колхозницы, за которой начинался ВВЦ, бывшая ВДНХ — Выставка достижений народного хозяйства. Олег подумал, что достижения в народном хозяйстве безусловно имеются. Быстро же накрыли Надю.

— Это ужасно, что убили Валентину. Но я все же рада, что это не мама. Я её уговорила уехать к дяде Феде в Рязань. Она там будет у него под защитой. Знаешь, она должна была бы к этому времени доехать. Можно я попробую ей позвонить?

Она набрала номер и, услышав мамин голос, просияла.

— Да, у меня все хорошо… Как ты?.. Потом, потом я все тебе расскажу. Не могу говорить. Пока. Никуда не уезжай. Жди звонка. Целую… Знаешь, я сейчас с Олегом. Да, у него в машине.

Надя отключила трубку.

— Мама передает тебе привет.

— Сколько ей сейчас?

— Шестьдесят.

«Сколько времени было потрачено впустую до этой новой встречи с Олегом», — думала Надя. Они ехали по проспекту Мира. Надя продолжала рассказывать:

— Олег, я понимаю, что меня засекли на работе через компьютер. Но дома как это могло произойти? Как они узнали, что я скопировала файлы Сергея?

— Прослушивание телефона или контроль сайта, где у Сергея был почтовый ящик…

— Боже, какая я дура… Но кто же меня выследил? Кто взломал сначала квартиру, потом дачу, кто совершил убийство? Кто гонится за мной?

— Те, кто не хочет, чтобы ставший тебе известным документ был обнародован. Может, это сам Баратин. А может, и Петр или кто-то другой из Урабанка… Видишь, много желающих скрыть эту бумагу… Были ли там другие документы? Может, за ними стоят ещё какие-то люди… Но может, в других файлах ты чего-то не поняла, а это ещё страшнее!

— У меня все равно больше нет компьютера. Но я сохранила дискету. Смотри. Правильно я сделала?

Олег помрачнел. Он смотрел прямо перед собой. Они пересекли кольцо.

— Это и плохо, и хорошо. Хорошо, потому что мы можем ещё кое-что уточнить и понять… Но ты мне не рассказала о допросе…

— Это было ужасно. Следователь мне не верил. Он все время хотел меня подловить. Расспрашивал о моих отношениях с Сергеем. О листке, который я подняла, когда приходили рубоповцы…

— И что там было?

— Да ничего. Контракт о продаже оборудования для добычи нефти в Казахстане.

— Урабанк занимается теперь продажами нефтеоборудования?

— Мне это тоже показалось странным. Но ты знаешь, Петр готов продать что угодно, лишь бы у него появилась новая сумма на счету в Швейцарии.

— И милиция этим интересуется?

— Скорей всего, да. Поскольку они все время хотели подвести меня к этому документу, разоблачающему Баратина. Но вдруг раздался телефонный звонок, и они прекратили меня допрашивать, слава богу. А иначе я бы сморозила ещё какую-нибудь глупость… Это не ты был?

— Нет, это был не я. Мои друзья, к сожалению, не имеют никакого отношения к этому делу.

Машина шла теперь по Ленинградскому проспекту.

— И что ты думаешь? — спросила Надежда.

— Может, им сообщили, что твой компьютер у них в руках и что убита твоя мать.

— Значит, милиция к этому причастна?

— Не милиция, а люди Баратина. Милиция вынуждена выполнять приказы. Если Баратин сказал, чтобы тебя отпустили, то тебя отпустили…

— Баратин убил двух человек, Сергея и соседку, чтобы скрыть компрометирующие документы? Но в России такие скандалы не новость…

— Ты забываешь, что Президент объявил охоту на коррупцию. А Баратин имел до сих пор чистую репутацию. И хочет сохранить её во что бы то ни стало.

— Но почему меня не оставили в милиции? Я ведь тотчас могла бы вывести Баратина на чистую воду.

— Как ты могла бы это сделать? Ты думаешь, это просто?

Олег привез Надю на свою Онежскую улицу. Остановив машину, он повернулся к ней и сказал:

— Я не знаю. Может, и не Баратин. Но это точно высокопоставленный человек. Не исключено, что кто-то хочет подчеркнуть связь Баратина с Петром, показать коррумпированность власти. Без доказательств наши выводы ничего не стоят. Никакая газета, никакой суд твоему свидетельству не поверят… Может быть, тебя оставили в покое, поскольку ты близкий Ульянину человек.