Легенды древнего озера - Наталья Тимошенко

5 июля 2012 года, 11:30

оз. Сапшо, Смоленская область

Вернувшись домой, Войтех обнаружил Лилию на террасе со стаканом ледяного чая в руках. Она выглядела неожиданно сосредоточенной и задумчивой, но, едва заметив его, сразу же заулыбалась:

– Ты так же умираешь от жары, как и я? Я заварила чай с лимоном, а в морозилке обнаружились пакетики со льдом. Налить тебе?

– Это будет очень кстати.

Войтех прошел за Лилей на кухню, где та, как и обещала, налила ему чай и бросила в него несколько кубиков льда.

– Спасибо, – поблагодарил Войтех, взяв стакан у нее из рук. – Как твой разговор с блоггером? Он поделился исходниками записей?

– Да, – Лилия протянула ему флеш-накопитель, на который Алексей записал ей все имеющиеся у него видео. – Правда, я сомневаюсь, что там есть что-то полезное.

– И все же я посмотрю их. – Он взял свой ноутбук и сел за стол. Пока система загружалась, Войтех поинтересовался: – Алексей еще что-то полезное рассказал? И как он вообще тебе показался? Его словам хоть как-то доверять можно?

Лилия немного помялась, а потом неуверенно ответила:

– Если честно, мне показалось, что он немного того.

– А брат тебе сразу говорил, – по губам Войтеха скользнула усмешка.

– Он уверен, что в озере что-то есть. Причем он так отчаянно этого хочет, что готов любые факты за уши притянуть. Считает, что все жертвы пять лет назад умерли от остановки сердца, а не от того, что написано в официальных отчетах патологоанатома. Еще у него есть девушка, вчерашняя школьница…

– Не самый надежный свидетель, – снова прокомментировал Войтех, нетерпеливо посматривая на экран ноутбука, который все еще готовился к работе.

– Когда я спросила, видела ли она это чудовище в озере, она сказала, что любой, кто его увидит, – умрет от страха. Так что у них весьма стройная версия: увидеть это нельзя, но оно точно существует. Мне кажется, – Лиля улыбнулась, – что детишки просто пересмотрели фильмов ужасов.

– А с чего он взял, что все умерли именно от остановки сердца? В официальных данных только самый первый мужчина, рабочий, умер от остановки сердца. Его брат страдал каким-то сердечным заболеванием?

– Он говорит, что им это сказал патологоанатом, – ответила Лиля. – Сначала. А потом изменил свои показания.

– Вот как, – задумчиво протянул Войтех. – Ясно. Становится интересно. Я разговаривал с женщиной, которая тогда занималась организацией праздника. Она говорит, что умершему рабочему не было еще и сорока. Ни жары в тот день, ни проблем с сердцем у него не было. По крайней мере, таких, о которых было бы известно.

– Ты считаешь, что это может быть проявлением феномена? – осторожно спросила Лиля.

– Пока не знаю. Подождем и посмотрим, что скажут остальные. – Ноутбук наконец-то загрузился, и Войтех вставил в него флеш-накопитель. – Я пока посмотрю видео Алексея.

– А мне что делать?

– Можешь отдохнуть или погулять, – Войтех пожал плечами. – Иван с Сашей вчера купались и, кажется, остались довольны.

Лиля с сомнением посмотрела в сторону выхода, потом на Дворжака. Идея поваляться на солнце в купальнике и немного поплавать казалась заманчивой, но ей было неловко отдыхать, когда остальные занимались делом.

– Лучше я еще почитаю про местное озеро, – вслух решила она, но Войтех на ее слова уже никак не прореагировал: он надел наушники и полностью погрузился в просмотр записей.

Около часа дня приехали Саша с Иваном. Войтеху показалось, что Рейхерд чем-то расстроена, но он ничего не стал спрашивать. Иван же, как всегда, был бодр и весел. Он первым делом открыл холодильник, соорудил себе большой бутерброд и под удивленным взглядом Саши, которая никак не могла понять, куда в него столько умещается, подошел к радиостанции, которую утром настроил Войтех. В эфире кто-то о чем-то переговаривался, но ничего интересного не было слышно.

– Малдер, а это у нас зачем? С внеземными цивилизациями связаться пытаешься? – поинтересовался он.

Дворжак про себя сосчитал до десяти. Сначала на чешском языке, потом на русском, потом еще и на английском. Хотел заодно и на немецком, но сбился, поскольку этого языка он не знал.

– Это волна полицейских переговоров. На тот случай, если сегодня или завтра кто-то еще умрет, – пояснил он. – Мы узнаем о случившемся вместе с ними.

– Ясно, – Иван заметно поскучнел. – Тебе как, сразу отчитаться о проделанной работе или Нева подождем?

– Думаю, надо ему позвонить, – предложила Лиля. – А то он до вечера может ходить и собирать местные байки.

Идею все поддержали. Нев вернулся только через полчаса после звонка. Настроение у него было явно приподнятым, невзирая на утомляющую его жару. Лиля угостила чаем со льдом и его, а потом повторила уже для всех рассказ о своем визите к Алексею. Когда она дошла до информации о том, что брат Алексея по предварительному заключению патологоанатома умер от сердечного приступа, Саша, до того молча сидевшая в углу и что-то писавшая в телефоне, подняла голову и посмотрела на Лилю.

– Он не мог страдать никаким сердечным заболеванием, если только что вернулся из армии. Сердечников туда не берут. Если у него что-то и было с сердцем, то совершенно незначительное, от чего нельзя умереть.

– У рабочего тоже не было видимых причин умирать от этого, – напомнил Дворжак. – Но два случая – это только совпадение, на систему пока не тянет.

Саша выключила телефон, положила его на стол и, внимательно посмотрев на Войтеха, задумчиво произнесла:

– Кстати, это странно, но Света тоже говорила, что у нее болело сердце, когда она бежала. Вот у тебя во время бега что болит?

– У меня? – удивленно переспросил Войтех. – У меня ничего не болит, но я бегом занимаюсь с двенадцати лет.

Саша закатила глаза.

– Нашла, у кого спрашивать, – пробормотала она.

– В боку болит обычно, – отозвалась Лиля. – В правом или левом. Если без разминки бегать.

– Вот, – Саша благодарно ей улыбнулась. – У нормальных людей болит в районе печени или селезенки. Все дело в том, что в обычном состоянии часть крови находится в резерве и активно в кровообращении не участвует. При большой физической нагрузке она берется в оборот для того, чтобы обеспечить мышцы необходимым кислородом. Дополнительная кровь поступает в брюшную полость, ее отток немного не успевает за притоком, органы переполняются, и возникает боль. Конечно, может болеть и в груди от нехватки кислорода, и если бы хоть двое умерли от сердечного приступа, то Света могла бы быть тем третьим случаем, которого нам не хватает до системы. Тогда можно было бы предположить, что и другие умерли от того же.