За чужие грехи - Марина Серова

Конец фразы потонул в ресторанном шуме, поскольку амбалам удалось меня утащить на расстояние пяти шагов – то ли господу надоело мне помогать, то ли у него появились какие-то неотложные дела, но сопротивляться я уже больше не могла. Поэтому я прекратила упираться, расслабила все свои конечности, и амбалы потащили меня к выходу, стараясь делать это как можно непринужденнее, чтобы не привлекать внимания публики.

Я удобно на них повисла и набиралась сил, параллельно обдумывая услышанный обрывок разговора.

Так, «денька два», «крупная партия товара»,«готовые ребята», причем таковых, видимо, имеется в достаточном количестве... Интересно, какова же роль Алены? В том, что «она» – это Алена, я уже не сомневалась: очень уж здорово все сходится. А вот что она должна сделать? Указать точное время получения товара на складе? Выяснить состав охраны? Вряд ли она сможет это узнать... Хотя кто знает, что входит, а что не входит в ее служебные обязанности? Нет, мне без Людмилы здесь не обойтись. Хотя на улице и темно и страшно, но надо возвращаться в Тарасов, и немедленно – к Людмиле. Пока время работает на нас.

Все это я додумывала уже в машине, торопливо сдирая с себя свои карнавальные принадлежности – хуже всего было с ресницами, которые приклеились намертво и никак не хотели от меня отлипать... Все, отлепились, можно ехать. Только заскочу на заправку...

Все. Бензина теперь под завязку. По-хорошему, можно было бы вернуться и посмотреть, как там себя чувствуют мои провожатые, от которых я избавилась сразу же после того, как мы чуть отошли от входа в «рай». Правда, у меня создалось ощущение, что вырубились они не столько от пары-тройки моих ударов (хотя удары эти были очень даже ничего), а от удивления. Еще бы – у них тут, в Осокине, ночные бабочки здоровенных мужиков боевыми приемами не отключают, предпочитая действовать, наверное, чисто женскими средствами. А меня эти амбалы, как пить дать, хотели как следует повоспитывать, возможно, даже с членовредительством. Так что нечего их жалеть, садистов, пусть себе лежат, удивляются. А нам сейчас предстоит дорога дальняя в славный город Тарасов. Вперед, Танечка!

* * *

Обратный путь я преодолела в рекордно короткие сроки и пару раз чудом умудрилась не влететь в кювет и едва-едва не врезалась в грузовик, обгоняя какую-то очень неторопливую «Волгу». Не облегчил мне жизнь и дождь, начавшийся в тот момент, когда я покидала Осокин. Под аккомпанемент этого самого дождя, усыпляюще барабанившего по машине, я и въехала в город Тарасов.

Не сбавляя бешеной скорости, я добралась до центра и внезапно затормозила: я же не знаю, куда мне ехать! Слава богу, хоть телефон Людмилы у меня есть. Так, где тут моя трубка? Набираем номер...

– Да, слушаю! – чего это у нее голос такой перепуганный?

– Людмила, здравствуйте, это Татьяна. Что-то случилось?

– Что? – еще более испуганно спросила моя клиентка.

– Да нет, это я вас спрашиваю, что случилось. У вас голос какой-то странный, – вежливо пояснила я.

– Пока вроде нет, – чуть спокойнее ответила Людмила.

– Очень хорошо. Скоро случится, но мы с вами будем все держать под контролем, не волнуйтесь. У нас в запасе два дня. Я могу к вам сейчас подъехать?

– Сейчас?! – переспросила Людмила.

Господи, а мне показалось – умная женщина. Что это она все переспрашивает?

– Да, чем скорее, тем лучше. Мне необходимо с вами посоветоваться.

– А, конечно, пожалуйста, – и Людмила продиктовала адрес.

Это оказалось совсем близко от того места, где я находилась, и я сообщила Людмиле, что буду у нее минут через пять.

Трогаясь с места и все еще продолжая раздумывать над странной реакцией Людмилы на мой звонок (как будто я не на нее работаю) и ее странным тоном, я рассеянно посмотрела на часы. По инерции проехала один квартал и снова взглянула на часы... Батюшки! Матушки! И все остальные родственнички!

Весь остающийся путь я проехала на автопилоте, причем мою любимую «девяточку» чуть не разорвало от моего же безудержного смеха. Дело в том, что я только сейчас поняла весь смысл нашего с Людмилой разговора: часы мои скромненько показывали двадцать три минуты третьего. Ночи или утра – это уж как кому нравится.

Заработалась, Танечка, счет времени потеряла! Нет, ну конечно же, частные детективы в принципе никогда не спят – это всем известно. Но клиенты-то тут при чем? Частный детектив просто обязан охранять мирный сон своего клиента – иначе он даром ест свой хлеб. А также пьет свой кофе и курит сигареты. Кстати, надеюсь, что Людмила сварит мне кофе и даст корочку хлеба, а то я совсем загнусь.

* * *

Моя клиентка просто замечательный человек – накормила, напоила (кофе), а попутно все время норовила уснуть, что, впрочем, вполне понятно: не каждый способен работать, как я, по двадцать четыре часа в сутки. Моя энергия и второе дыхание ничуть не помогли нашей беседе – от Людмилы не было почти никакой пользы. Нет, я все понимаю – у человека был трудный день, сплошные потрясения и так далее, но я, между прочим, тоже не в «классики» играла. Ладно, сейчас можно отправляться спать, а завтра с утречка – в милицию. Давно я там не появлялась, соскучились, наверное. А спать между тем совсем не хочется.

Пока я ставила машину, добиралась до своей квартиры и пила свой утренний кофе, я еще раз прокрутила в голове разговор с Людмилой.

Единственное, что она смогла вспомнить, так это то, что через два дня действительно должна прибыть крупная партия товара. Крупная, но не сверхъестественная – по-прежнему непонятно, зачем было заваривать эту кашу с таким сложным устройством псевдо-Алены на работу, начинать многоходовую операцию, длящуюся, судя по всему, не один месяц. Ну не стоит эта игра таких свеч, хоть вы меня убейте! К тому же Людмила сказала, что приход этой партии, равно как и любых других, не является секретом. И маршрута никакого особого нет, и способ доставки всегда один и тот же. Ничего не понимаю! Что, эту Алену устроили затем, чтобы она крупную партию по одной штучке перетаскала – сегодня компьютер в сумочке вынесла, завтра ксерокс в карман запихнула? Чепуха какая-то! Стало быть, не в этой партии дело, надо искать новую зацепку. Что ж, будем искать. Но, естественно, не сейчас – надо хоть часа два-три поспать. Спокойного утра, Танечка!

* * *

Как ни странно, но утро у меня действительно получилось на диво спокойным – никто не трезвонил мерзким телефонным звонком, стаскивая меня с кровати, и я с чистой совестью проспала до одиннадцати часов. Ну надо же, ни одна собака даже не ошиблась номером! А ведь обычно, если мне не звонит кто-то из клиентов, обязательно кто-нибудь в половине седьмого утра ошибется номером! Даже обидно; мир, можно сказать, рушится.

Ура! Не обрушился мир, все в порядке: просто я вчера (точнее, сегодня) отключила свой сотовый: наверное, из хозяйственных соображений – чтобы не перегрелся. А на обычном телефоне трубка неправильно положена. Только я водрузила трубку на место, как мой телефон проснулся и начал трезвонить – обрадовался, наверное, что его включили.