Призраки озера - Карен Робардс

– Все в городе знали, что этот гонщик с родео, ради которого ты меня бросила, тебе не пара. Все, кроме тебя, похоже.

– Похоже. И, кстати, я тебя не бросала. Мы никогда и не были…

– Здравствуй, Ламар, – неожиданно раздавшийся позади голос заставил их обоих оглянуться.

В кухню вошел Сет, задержавшись на минуту в дверях, чтобы дать возможность глазам привыкнуть к полумраку кухни. Высокий, худощавый и не такой красивый, как Ламар, Сет в это утро был заспанным, хмурым и небритым. Как и накануне вечером, он был одет в синюю спортивную куртку, футболку и брюки цвета хаки. Было очевидно, что он не ночевал дома, и Оливия тут же вспомнила о Мэлори.

– Доброе утро, Сет. – Издевательская ухмылка словно по волшебству исчезла с лица Ламара. Он выпрямился, вынул руки из карманов, всем своим видом выражая уважение. Хотя у младшего поколения горожан не было привычки обращаться к Арчерам с мистер или мисс, тем не менее в манерах Ламара чувствовалось почтение, воспитанное с детства. – Я тут привез чемоданы.

Сет пересек кухню, подошел к столу и остановился, внимательно глядя на вещи, стоящие на полу у ног Ламара. Затем залез в задний карман брюк и вынул бумажник.

– Сколько мы тебе должны?

Оливии раньше и в голову не пришло, что Ламару надо заплатить за доставку чемоданов. Конечно же, заплатить следовало: не даром же он их привез. Вспомнив скудное состояние своих финансов, она порадовалась появлению Сета.

– Десяти долларов хватит.

Сет открыл бумажник и отдал Ламару деньги.

– Спасибо, – сказал он.

Было ясно, что Ламара никто здесь больше не держит.

– Пожалуйста. – Ламар принял и деньги, и чужое решение без возражений. Он повернулся к выходу и, воспользовавшись тем, что Сет не видит его лица, адресовал Оливии еще один насмешливый взгляд. – Рад был повидаться, Оливия.

– Я тоже, Ламар.

Махнув на прощание рукой Оливии и Сету, Ламар вышел, закрыв за собой дверь. Сет посмотрел на Оливию, вопросительно подняв брови.

– Времени зря не теряешь. Уже развлекаешься? – спросил он, направляясь к кофеварке.

Воздух наполнил крепкий, опьяняющий аромат свежесваренного кофе. Уже одного этого запаха хватило бы, чтобы справиться с головной болью.

– Вовсе нет. Я просто оказалась на кухне, когда Ламар привез чемоданы. – Она очень старалась, чтобы не показалось, будто она оправдывается.

– Наверное, ты будешь рада снова получить свою одежду. – Открывая шкаф, где стояли чашки, Сет бесстрастно окинул взглядом ее розовый халат и босые ноги.

Ни в словах, ни в тоне Сета не было ничего обидного, но Оливия выдержала с ним предостаточно словесных баталий в прошлом, чтобы сразу почувствовать, когда он пытался подколоть ее.

Скрипнув зубами, она решила держаться на высоте.

– Да, буду, – легко согласилась она.

Налив себе кофе, Сет присел на краешек стола, внимательно глядя на нее поверх чашки.

– Если тебе это интересно, могу сообщить, что Большой Джон, похоже, выкарабкается. Врачи сказали, что сегодня его состояние стабильно.

Все-таки ему удалось задеть ее, чего он и добивался. Оливия стояла у стола, опираясь одной рукой на его покрытую шрамами поверхность. Она взглянула на Сета – ее глаза метали искры.

– Что значит, если мне интересно? Конечно, интересно. Я знаю, что приступ с ним случился из-за меня, но что я могла сделать? Откуда я знала, что он так отреагирует на мое появление? И потом, он мой дедушка – по крайней мере, я всегда считала его своим дедом, – так же, как и твой.

Сет иронически хмыкнул и сделал еще глоток кофе.

– Если бы ты не пропадала где-то целых девять лет, наверное, твое внезапное появление не было бы таким шоком для него. Да и для всех остальных тоже.

У Оливии просто руки опустились от такой несправедливости.

– Тетя Келли пригласила нас с Сарой в гости. Она знала, что мы приезжаем. Спроси ее. Если бы вы с Большим Джоном не были упрямы, как ослы, она наверняка заранее предупредила бы вас о нашем приезде, а не стала бы сообщать вам эту новость, когда уже поздно возражать. И вообще, все эти годы ты – вы все! – знали, где я живу. Вы могли навестить меня в любое время. Но вы этого не сделали. За все это время я только и получила, что пару открыток от тети Келли.

Конечно, когда Оливия сбежала с Ньюэллом, она ожидала, что они – и в первую очередь Сет – будут ее искать. По уши влюбленная в своего мужа, она вначале даже радовалась, что никто ее не преследует. И только после рождения Сары, когда ее брак стал распадаться и она осталась у потухшего очага, Оливия почувствовала боль от того, что никто из них не попытался ее вернуть.

Но, с другой стороны, чего она ждала? В конце концов, она никогда и не принадлежала к семье Арчер, не состояла с ними в родстве. А для этих людей важнее всего родная кровь. Либо ты был родней, либо нет.

– Ты была замужем. Чего же еще? – Сет отхлебнул глоток кофе. – Да не разлучит никто тех, кого соединил господь.

Оливия поняла, что ненавидит его так же сильно, как ненавидела прежде.

– Да замолчи ты! – Схватив в каждую руку по чемодану, она бросилась вон из кухни.

Прежде чем за ней захлопнулась дверь, Оливия успела заметить легкую улыбку на его лице, и это взбесило ее еще больше.

Не поднявшись и до середины лестницы, она уже готова была убить себя. Она вела себя точь-в-точь как в юности, когда Сет, как старший и более мудрый, считал себя вправе указывать ей, что делать. И правда, в те годы она так часто говорила ему эти самые слова, что, наверное, именно поэтому они так легко слетели сейчас с ее губ.

Она поклялась себе не обращать на него внимания, если и в следующий раз Сет будет доставать ее. Если он не изменился за эти девять лет, то она-то как раз повзрослела.

Когда Оливия вошла в спальню, Сара по-прежнему спала, и Оливия вспомнила, что еще очень рано. Как правило, Сара спала очень крепко, и Оливия не боялась разбудить ее, когда копалась в чемоданах и выбирала одежду для себя и дочери. Запихнув чемоданы под кровать – она распакует вещи позднее – и разложив одежду Сары в ногах кровати, она отправилась в ванную.

Приняв душ. Оливия вымыла волосы, высушила их, накрасилась, натянула обрезанные джинсы, бледно-зеленую футболку и кеды и вернулась взглянуть, как там Сара. Посмотрев на будильник у кровати, она увидела, что уже восемь пятнадцать. Сара все еще спала.

Оливия снова спустилась вниз. Из кухни доносились слабые звуки, там кто-то был: может быть, все еще Сет, а может, Марта. Меньше всего на свете ей хотелось снова встретиться с Сетом. Да и вообще ни с кем особенно не хотелось встречаться. Стараясь не замечать головной боли (потеряв самообладание в разговоре с Сетом, она лишилась и привычной чашки утреннего кофе), она вышла из парадной двери, окунувшись в теплый утренний воздух, и еле успела перехватить дверь, которая собиралась с грохотом захлопнуться за ней. Оливия тихо закрыла ее за собой: не стоит привлекать к себе внимание тех, кто находился на кухне.