Корысть на пьедестале - Владимир Колычев

Денег на автобус у него не было, до клуба пришлось идти пешком. Холодно, мороз, а куртка старая, тонкая, на рыбьем меху, и выглядел он в ней немногим лучше, чем заключенный в лагерной робе. Всю дорогу Сергей терзался вопросом, как ему быть, если Василиса погонит его поганой метлой? Куда ему в холодной одежде, без денег? Обратно в Волгоград, но кому он там нужен? Мать без отца осталась, в квартире вместе с ней сестра со своей семьей разветвилась, он там лишний. И женщины нет, которая могла бы его пригреть. Столько всяких разных вокруг него крутилось, и где они все?..

Он не знал, как подойти к Василисе. Клуб охраняется, вдруг там на входе Гена стоит, он же морду ему набьет, если узнает его. Как теперь испить из колодца, в который когда-то наплевал? Да и Василису он жестоко подставил… И как только ему хватило совести вернуться к ней? Этот вопрос он задавал себе сто раз, но ведь хватило же, и вернулся…

Кириков подошел к воротам, за которым находился внутренний двор клуба, закрыто все, но ничего, он подождет. Рано или поздно появится Василиса, неважно, в какую сторону она будет ехать, лишь бы остановилась. Но какая у нее машина? Наверняка премиум-класса…

Белый «Мерседес» «М-класса» подъехал к воротам в начале одиннадцатого утра. Сергей к этому времени продрог до костей, и ноги замерзли, он даже стал подпрыгивать, пытаясь согреться.

Увидев машину, он рванул к ней, заглянул в лобовое стекло и увидел за рулем Василису. «Мерседес» остановился, из машины выскочил крепкого сложения, но еще юный парень с бе-зусым лицом. Он яростно хмурил брови, изображая из себя страшно крутую личность, но это у него плохо получалось. Слишком уж юный он, лет восемнадцать, не больше.

– Какого черта?.. – Он даже замахнулся, пытаясь отпугнуть Кирикова, но на этом его воинственный порыв иссяк. – Ты?

Перед ним стоял Яша, родной брат Василисы. Это у него в ноль пятом году он выпытал ее адрес. Яша тогда совсем салагой был, а Сергей имел вполне конкретный вес в уличной среде, да и выглядел он в то время не в пример лучше, чем сейчас.

– Сестру охраняешь? – натянуто улыбнулся Сергей.

– Ну, типа того! – гордо расправил плечи Яша.

Ворота открылись, внедорожник заехал во двор, и они поползли в обратную сторону. Василиса из машины даже не вышла.

– А в армию? – запанибратски спросил Сергей.

– Ну, не знаю… Надо бы, да только время терять… Все, давай! – Яша в последний момент пронырнул в щель между задвигающимися воротами и опорным столбом.

А Сергей остался на холоде, брошенный и никому не нужный. Василиса, судя по ее поведению, даже видеть его не хотела. Яша мог бы объяснить, почему так, но парень не стал себя утруждать. Да и зачем, если все и так ясно.

Но уходить Сергей не торопился. Во-первых, некуда, во-вторых, за тридцать прожитых лет он успел познакомиться с человеческой психологией. Василиса испытала шок, увидев его, но это пройдет, она оправится от потрясения и примет меры. Вопрос, какие? Она может подобрать с улицы, как бездомную собаку, накормить и обогреть, но в ее силах спустить с цепи того же Гену с его пудовыми кулаками. А драться с ним он не станет, потому как за Геной сила, против которой не попрешь. Хватит с него, хлебнул в зоне…

Белый «Мерседес» выехал из ворот часа через три, к этому времени Сергей почти превратился в ледяную статую. Если сейчас появятся громилы и набросятся на него с кулаками, он просто рассыплется на мелкие кубики льда, которыми потом можно будет охлаждать виски с содовой. Но бить его было некому. Машина остановилась, опустилось окно, и он увидел холодный, бесчувственный взгляд женщины, которая когда-то с радостью стелилась ковриком к его ногам. Василиса ничего не сказала, даже головой не кивнула, но Сергей все понял. Он открыл дверь, сел в машину, и стекло плавно пошло вверх.

– Поздороваться с тобой можно? – растерянно спросил он.

Василиса равнодушно пожала плечами. Она отпустила педаль тормоза, машина плавно тронулась с места и почти бесшумно покатила по накатанному снегу.

– Хорошо выглядишь.

Василиса действительно производила сильное впечатление. Красивая, безупречно ухоженная, в белом норковом полушубке и меховом ободке для волос она похожа была на Снежную королеву – та же бездушная грация, то же ледяное обаяние. Но при этом он согрелся от одного ее присутствия. Да, в машине было тепло, но холод так быстро не отпустил бы его.

– Хорошо выглядишь, говорю, – повторил Сергей.

Василиса молчала, как будто не слышала его.

– Злишься на меня?

На этот раз она ответила движением губ, легонько скривив их. Было бы на кого злиться!..

– Если ты думаешь, что это я ограбил Маркова…

Василиса метнула в него полный презрения взгляд, оборвав на полуслове. А кто еще ограбил инкассатора, как не он? Уж лучше пусть он молчит, чем изворачивается, как жалкое ничтожество.

– Меня же в Задорск возили, следствие было, никто ничего не доказал.

– Никто ничего не доказал, а меня на счетчик поставили. – Она сказала об этом спокойно, но Сергей вздрогнул, услышав ее голос. – Я Прахову два с половиной миллиона выплатила. Нормально?

– Ну, я-то здесь при чем?

– При чем! – Она снова резко повернула к нему голову и буквально пригвоздила взглядом.

Когда-то Василиса готова была исполнить любой его каприз, только пальцем помани, он с легкой душой вытирал об нее ноги, а вот надо же, в самую настоящую стерву превратилась. Не сразу, но в самую настоящую…

Сначала в Задорск от него уехала – характер показала, потом землю продавать отказалась, чуть за порог не выставила. Уже тогда он зауважал ее, даже на работу устроился… А сейчас он и вовсе мог оказаться у нее под каблуком, было такое ощущение. Да он, в общем-то, и не против, лишь бы накормила, обогрела, не обязательно своим телом.

– Ну, все же обошлось, – неловко пожал он плечами.

– Что обошлось? Откуда ты знаешь, обошлось или нет?

– Ну, ты же сейчас на коне… С олигархом со своим развелась, но клуб за тобой остался. И клуб, и дом.

– Откуда ты все знаешь? – как от кислого лимона скривилась она.

– Ну, в нашей деревне все только за тебя и говорят.

– И все всё знают. – Василиса продолжала кривиться в том же насмешливо-пренебрежительном тоне.

– Ну, может, Яшка твой кому-то сболтнул.

– Может, и сболтнул…

– Я так понимаю, он у тебя – свой человек в охране?

– Не твое дело! – отрезала она. – Ты зачем приперся?

– Ну, может, я тоже свой человек?

Василиса прыснула, руки на руле дернулись, машину повело, она сбавила ход, сдала вправо. Ее душил смех, близкий к истеричному, и она боялась потерять управление.

– Ты так больше не говори, не надо, – переведя дух, разогнала она машину.