Тайная мишень - Сергей Бакшеев

Любовь Максимовна шаркала по паркету в мягких тапках. Чана бежала перед ней, цокая коготками.

— Леночка, вы хоть каждый день приходите, — пропела пенсионерка, прощаясь со следователем, и открыла дверь. — Я вам такое расскажу, и не только про Мальце…

Пенсионерка осеклась, увидев на лестничной клетке бойкую пигалицу с фиолетовой челкой. Остроносая девица в тяжелых ботинках, с объемной сумкой на плече разговаривала через порог с Дмитрием Мальцевым.

— Дмитрий Николаевич, расскажите, что вы пережили, узнав, что жена хотела вас убить?

Мальцев заметил следователя, и недоумение на его лице сменилось недовольством. Девушка продолжала тарахтеть:

— Каково это — в один день потерять самых близких людей — брата и жену? Ведь после случившегося вы не сможете ее простить! Это так?

— Уйдите, я не буду отвечать на ваши вопросы!

— Бытовые убийства — это проблема для нашей страны. После публикации в нашей газете вас могут пригласить на телевизионное шоу!

— Отстаньте от меня!

Мальцев попытался захлопнуть дверь, но настырная журналистка заблаговременно подставила ботинок. Девица ловко выхватила фотоаппарат из баула, и яркие вспышки скользнули по залысинам Мальцева. Он рассвирепел, выдернул из ее рук фотокамеру и швырнул вниз по ступеням. Хлопнула дверь. Журналистка всплеснула руками.

— Вы видели? Да? Видели? — Она подняла брошенный аппарат. — Вот урод! Вторая камера за месяц. Ну что за люди? Выжил и радуйся. Ведь мог сейчас в морге лежать с разбитой башкой!

— Откуда у вас информация об убийстве? — строго спросила Петелина.

Она собиралась поговорить с Мальцевым, но после увиденной сцены соваться к разъяренному мужику с вопросами о любовнице не имело смысла.

— Работа у меня такая: криминальная хроника. А вы тут живете? — Глаза журналистки оценивающе заметались от Брошиной к Петелиной. — Можете рассказать подробности? Вы что-нибудь видели?

Плащ и шейный платок скрывали синий мундир следователя. Петелина хотела представиться, но вовремя рассудила, что журналистка вцепится в нее, как голодный клещ, учуявший запах крови.

— Я здесь в гостях.

Елена обошла журналистку и спустилась по лестнице. Этажом ниже она услышала удовлетворенный голос девицы:

— Объектив кокнул, а матрица цела.

И вкрадчивый вопрос Любовь Максимовны:

— Извините, а свидетелей на телешоу приглашают?

Домой Елена возвращалась не поздно. Всего восемь, успеет у Насти уроки проверить, погладить то, что утром запустила в стирку, и приготовить на завтра обед для дочери.

В машине у подъезда ее поджидал Валеев.

— Что ты здесь делаешь? — нахмурилась Елена, когда Марат загородил ей дорогу.

— Подумал, что ты захочешь узнать подробности…

— Ты рассказал мне обо всем по телефону. Дроздова жива, стрельбы не было, а с Мальцевой я разберусь завтра.

— Оксана Дроздова явно смутилась, когда говорила о Дмитрии Мальцеве.

— Она его любовница.

— Я так и подумал. Вот и мотив для твоего обвинения: ревность!

— Я же Сергея не отравила из-за измен. Да и тебе жена ничего не укоротила. Ведь гулял?

Марат замялся:

— Я не любил Ренату.

— Зачем тогда женился?

— Из уважения к родителям, — нехотя объяснил Валеев и неожиданно выпалил: — А Серега твой дурак!

— Потому что женился на мне?

— Потому что развелся! Хотя нет, это он правильно, правильно сделал.

— Марат, ты что, за разводы?

— Я за тебя, Лен, за тебя! — Капитан сверкнул черными глазами и с наигранным энтузиазмом воскликнул: — Ты свободная женщина, и я могу с тобой встречаться!

— С одноклассницей и коллегой ты всегда мог поговорить.

— Коллега, — просипел Валеев, будто в рот ему попало нечто гнусное. — Лен, а может, пригласишь меня к себе? На чай.

Петелина подумала о маме, представила ее реакцию на появление назойливого татарина, от которого получаются дети с неудобным отчеством.

— В следующий раз, Марат. Я сегодня не выспалась, устала.

— В следующий. Да, конечно. — Валеев отвел взгляд, поджав губы.

— Можно и на работе чай попить.