День без любви - Анна Данилова

В полицейском участке было прохладно – работали кондиционеры.

Джаид тяжело опустился на стул напротив своего приятеля Хакана, следователя, занимавшегося его делом, и взглядом попросил разрешения закурить.

– Кури, Джаид. – Хакан, энергичный молодой человек, одним своим видом вызывающий оптимизм, на этот раз не вызвал у Джаида никаких положительных эмоций. Раз он молчит, значит, дело не сдвинулось с мертвой точки.

– Я могу и не спрашивать, как дела? Ведь если бы у тебя была какая-нибудь информация, касающаяся Биртана, ты бы сам позвонил мне, а? – спросил Джаид.

– Ты прав. Пока – ничего. Мы опросили большое количество людей, которые знали твоего сына, я отправил даже одного своего человека по делам в Кемер, ты рассказывал, что у него там когда-то была девушка по имени Семра. Так вот. Она давно замужем и ничего не знает о Биртане.

– Так я и думал. Да я особенно-то и не рассчитывал на нее. У нее уже давно своя жизнь.

– А что в Шумене? Оттуда тоже нет звонка?

– Ты знаешь, в Шумене у меня один дальний родственник служит в полиции, его зовут Эмин, и он тоже обещал помочь мне.

– Джаид, ты себя-то хоть не обманывай. Зачем ты делаешь вид, что тебе ничего не известно? Я понимаю, это трагедия – все то, что случилось с этой русской женщиной, но твой сын здесь ни при чем. У меня тоже имеются кое-какие связи в Болгарии, и я попросил выяснить обстоятельства смерти Ирины Родионовой. Ведь она после развода вернула себе девичью фамилию?

– Да, она Родионова. И обстоятельства ее смерти мне тоже известны. Ее сбила машина, предположительно, если верить свидетельнице, такси. Это все. Ирина шла за молоком, рано утром. Соседка, у которой она покупала молоко, живет возле подножия Шуменского плато, это удивительное место, я там был. Так красиво, но как-то очень напоминает тихий такой и страшный тупик. Нет никакого смысла там разгоняться – дорога там заканчивается и начинаются заросли шиповника. Я отлично помню это место. Я был там. Тот человек, что сидел за рулем автомобиля, не мог не видеть женщину, идущую по дороге. Он намеренно сбил ее. И он знал, что она в этот час ходит к соседке за молоком. Вероятно, убил кто-то из тех, кто хорошо знал ее.

– Но ведь Биртан в это время был в Болгарии. Может быть, даже в Шумене.

– Да, он был там, они должны были вернуться сюда, в Стамбул, вместе с Ириной, мы готовили свадьбу, – сказал Джаид.

– Да? А я не знал.

– А разве сейчас это имеет какое-нибудь значение?

– Хорошо. Биртан был в Шумене, когда там погибла его русская невеста. Что дальше? Он не звонил тебе? Не сообщал о трагедии?

– Нет. О смерти Ирины я узнал от Эмина, когда забил тревогу. От Биртана слишком долго не было никаких известий, он не звонил. А это на него не похоже. Обычно он звонил мне по нескольку раз в день, нам с ним всегда было о чем поговорить или помолчать. Вот я и подумал, что с моим мальчиком что-то случилось. Сначала я долго звонил ему, потом Ирине, по домашнему телефону, к ней домой. Но никто не отвечал. Они словно исчезли. У меня к тому времени накопилось много дел, я должен был принимать участие в открытии нового отеля. Словом, я позвонил в Шумен и попросил Эмина выяснить что-нибудь об Ирине. Вот и представь себе мой шок, когда я узнал, что мою, можно сказать, сноху уже похоронили! Что ее дом стоит пустой, и Биртана в нем нет. Эмин сам, лично, почти каждый день ездил туда, проверял, опрашивал соседей. Никто не видел Биртана. Хакан, но ведь ты все это уже слышал от меня. Зачем ты травишь мне душу?

– А вдруг по прошествии времени ты вспомнишь еще что-нибудь важное?

– Хакан, я понимаю, у тебя, кроме моего дела, много работы. Но пропал мой сын, он был твоим другом. Помоги его разыскать. А я поеду в Шумен. Хотя чувствую, что его и там нет. Если бы он был там, он позвонил бы мне.

– А если бы он был где-нибудь в Турции, разве не позвонил бы? – спросил Хакан.

– Хакан, мне думается, что его нет нигде… понимаешь? И только Шумен может мне ответить на вопрос, что случилось с моим мальчиком.

– Это все из-за русской женщины, – не выдержав, проронил Хакан и нервно схватился за пачку сигарет.

– Что ты понимаешь в русских женщинах, Хакан!

– Ничего, – честно признался Хакан.

– В том-то все и дело. Ирина была замечательной девушкой, и я понимаю Биртана. Он так долго ждал, когда она согласится выйти за него замуж! Он не представлял себе жизни без нее. Конечно, она была с характером и так цепко держалась за свою независимость, что это не могло меня не огорчать. Мне-то хотелось, чтобы у моего сына была мягкая и покладистая жена.

– Не понимаю я этих русских женщин! Зачем им независимость, когда в браке она имела бы гораздо больше? Ей не надо было бы тогда работать, зарабатывать деньги. Тем более когда речь шла о таком завидном и богатом женихе, как твой сын.

– Считается, что, выйдя замуж за турка, русская женщина становится вроде рабыни. Не знаю, откуда это идет, но Ирина сама рассказывала мне о том, что она слышала от своих подруг. Да, конечно, определенные запреты существуют. И замужняя женщина не имеет права ходить в открытой одежде, флиртовать с другими мужчинами. Но в своем доме она полная хозяйка, она живет как хочет, и муж, если любит ее, выполнит любое ее желание. Она могла бы жить в Лондоне, я ей предлагал.

Хакан посмотрел на Джаида с удивлением.

– Да-да, я не оговорился, – повторил Джаид. – Я предлагал Биртану переехать с Ирой в Лондон. У меня там квартира, правда, я сдал ее одному своему приятелю на полгода. Но Биртан хотел, чтобы они жили в нашем доме, в Стамбуле, пока не будет готов новый. У нас было столько планов! Он так хотел детей… Хакан, неужели я никогда больше не увижу своего мальчика? – Голос Джаида дрогнул.