Месседж от покойника - Александр Грич

— Ну, например, если бы Алек вас пригласил поужинать — как бы вы к этому отнеслись? — спросила Сандра, стремясь выдержать нужную тональность.

— А вас он приглашал? Ну скажите честно?

— Нет, не приглашал, — ответила Сандра, глядя прямо в глаза собеседнице. И не соврала — потому что, когда они с Потемкиным год назад ужинали, приглашал не он, приглашала она, Сандра.

— Странно… А насчет меня — даже не сомневайтесь. — Джинна тряхнула завитыми кудрями. — Пошла бы с удовольствием. И все остальное с ним бы проделала с удовольствием — поверьте, я знаю мужчин.

— Не хочу показаться скучной, ну а как же ваш парень, с которым вы уже не первый год? Мартин этот? Он ведь тоже, говорят, красавчик?

— Конечно, красавчик, иначе я с ним не то что года — дня бы не пробыла, — сообщила Джинна. — И в сексе хорош, будьте уверены. Но он понимает, что на нем свет клином не сошелся… Вы что, думаете, я ему вру? Или врала когда-нибудь? Вот вы сидите и смотрите на меня, изучаете. Ну и изучайте на здоровье. Тут разговор простой: похожа я на женщину, которая врет?

— Вообще-то похожа, уж не обижайтесь.

— Да ладно вам! — Джинна отпила воды и громко поставила стакан на стол. — Конечно, я иногда вру. Даже с удовольствием. Я о другом спрашиваю — неужели вы подумали, что я каждому своему мужику вру, что я, мол, только с ним одним и больше ни с кем?

— А что — не так разве? — поддразнила Сандра.

— Подруга! — Джинна раскрыла глаза и доверительно наклонилась к Сандре через стол.

Самый момент осадить! Но надо сдержаться, и Амальдено под столом сжала руку в кулак так, что на коже остались следы ногтей.

Джинна, похоже, ничего не заметила.

— Я поделюсь с тобой своим те-о-ре-ти-чес-ким, — она выговорила это слово и с гордостью поглядела на собеседницу. — Да, теоретическим открытием. Считается, что, чтобы мужик к тебе был привязан, ты должна хранить ему верность. Или, по крайней мере, убеждать его в том, что ты ее хранишь. А я давно уже поняла, — продолжала Джинна негромко и с полной убежденностью, — что дело обстоит как раз наоборот. И если речь идет не о какой-нибудь куксе с носом картошкой, а о красивых женщинах — таких вот, как мы с тобой…

Сандра протестующе подняла руку.

— Ну не хочешь… не хотите быть в компании со мной — и не надо. Так вот. Когда идет речь о таких женщинах, как я, мужик должен знать, что он у меня не один. Кого это не устраивает — пусть катится к едрене фене. Зато тот, кто остается, — он становится только настырнее. И любит сильнее, и ревнует злее, и старается лучше — во всем… Ну вы меня понимаете.

— Скажите… — Сандра выбирала формулировку. — Да, у вас действительно смелая теория, и, наверное, вы ее проверили — и она работает, иначе мы бы с вами сегодня не разговаривали. Но мне просто по-женски интересно: что, так-таки мужиков все и устраивает?

— В общих чертах — несомненно. Но бывают исключения.

— Например?

— Вот, например, этот самый Грег Ставиский, которого убили. Вот был экземпляр. Вы его видели?

Сандра покачала головой:

— Только на фото.

— Ну, значит, ничего не видели. Красавец, кровь с молоком, хоть уже и не первой молодости. Ему тут кто-то кликуху придумал по-ихнему: «шляк-тич», что ли? А так его звали Джентльмен. Он таким и был. Так вот, когда мы с ним первый раз это… переспали, он потребовал: пока ты со мной — чтобы ни с кем другим. Ну у него вообще этот польский гонор.

— И вы?

— Что я? Я пообещала, конечно. Он мне очень нравился. И даже соблюдала какое-то время. Но недолго.

— Почему? — полюбопытствовала Сандра.

Джинна посмотрела на нее с сожалением.

— Да потому что пусть ищет себе дурочку где-нибудь. Сам-то он себе ни в чем не отказывал. Мне и об одной рассказывали, и о другой. Дошел до того, что в семье каких-то своих друзей он и мать, и дочь это… оприходовал. Ну а мне что за беда. Я все продолжала, как до него было. А когда он явился с претензиями, я ему прямо сказала: ты, парень, не по адресу. Может, у вас где-то так и принято, что ты гуляешь направо и налево, а твоя подруга хранит тебе верность. Но не у нас! Я — свободная женщина в свободной стране, понимаешь ты это или нет?

— Ну и как — понял?

— Еще как, — рассмеялась Джинна. — На коленях стоял. Просил, чтобы снова к себе пустила.

— Давно вы с ним в последний раз встречались?

— Нет, конечно. За считаные дни до того, как его пришили.

— Ты так легко об этом говоришь…

Джинна стала серьезной — впервые с начала разговора.

— Знаешь, подруга, тут шутки в сторону. Грег был джентльмен, оно конечно, и еще всякие там ля-ля. Но человек он был по жизни страшный. Мог убить, пройти и не оглянуться. Рассказывали мне о нем всякое, еще до того, как мы познакомились. И потом, когда я его наблюдала, телефонные разговоры какие-то слышала, я про себя подумала — ой-ой, зачем ты, Джинна, с этим мужиком связалась? А уже поздно было.

Но он был человек холодный и безжалостный. Иногда так посмотрит исподлобья — страшно становится. А потому не ждите, что я о нем буду сожалеть. Нет у меня никаких сожалений. Если уж совсем откровенно… — Джинна заглянула прямо в глаза собеседнице. — Вас как зовут, Сандра? Слушай, Сандра: я бы сама его крысиным ядом отравила, если б могла.

* * *

— Нажмете кнопку на въезде в деловой двор. Скажете по видеофону: «Охрана!», и вас пропустят.

Мартин Дэвис воспринял звонок О’Рэйли без всякого удивления. Указания, как проехать к деловому двору парка и как попасть на территорию, дал лаконично и четко.

— Где находится офис охраны, вы знаете. Если в офисе меня не будет — значит, я объезжаю территорию. Тогда позвоните мне по мобильному, он будет со мной… Ну а дальше — по месту…

Въезд в деловой двор Лайон нашел легко. Диспетчер, которому он по видеофону представился, только и буркнул: «Уже третий сегодня. Что у вас там, собрание, что ли?» — и ворота открылись.

Патрульного грузовичка у офиса охраны не было. Внутри горел свет. Лайон на всякий случай потянул на себя дверь — она отворилась. Длинное узкое помещение, с двух сторон — столы. Очевидно, в дневное время тут работают люди, руководящие подсобным хозяйством кладбища. Но сейчас — пусто. Только из дальнего конца комнаты к Лайону неторопливо шел коренастый человек в синем блейзере и серых брюках охраны, с тремя золотыми нашивками на левом кармане.

— Эрик Редвуд, — представился он, протягивая руку. — Я — начальник пункта «Вестерн Секьюрити» здесь, на «Изумрудных Лугах». Уже больше трех лет.

— Лайон О’Рэйли. Подежурю здесь сегодня с вами.

— Да я, собственно, сегодня не дежурю, сэр. Мне сообщили, что вы приедете — вот я и появился так, на часок-другой: мало ли какие у вас могут вопросы возникнуть или еще что. Начальнику вашему я еще в день убийства парк показывал.