Победитель - Дэвид Бальдаччи

— Вне всякого сомнения.

— Я должна буду назвать свое настоящее имя?

— Ты предпочла бы не делать этого?

— Мистер Джексон, у меня есть на то причины. Значит, должна?

— Да! Есть определенные правила, Лу-Энн, — хотя я и не жду, что тебе они известны, — в обиходе именуемые «правом знать правду». Говоря по-простому, эти правила гласят, что общественность имеет право знать правду обо всех победителях лотереи.

Лу-Энн разочарованно вздохнула.

— Ну, хорошо, так когда же я получу деньги?

Тут Джексон сделал явную паузу. У Лу-Энн волосы на затылке стали подниматься дыбом.

— Послушайте, я не хочу, чтобы вы облапошили меня, как дуру. Что насчет денег, черт побери?

— Незачем заводиться. Я просто обдумывал, как проще тебе все объяснить. Деньги будут переведены на указанный тобой банковский счет.

— Но у меня нет никакого банковского счета. У меня никогда не было таких денег, чтобы открывать счет в банке, черт возьми!

— Успокойся, Лу-Энн, обо всем этом я позабочусь. Тебе не нужно ни о чем беспокоиться. Ты должна лишь победить. — Джексон постарался изобразить в своем голосе оптимизм. — Поезжай с Лизой в Нью-Йорк, подержи большой красивый сертификат, улыбнись, помаши рукой, скажи что-нибудь красивое и скромное, после чего проведи остаток жизни на пляже.

— Как я доберусь до Нью-Йорка?

— Хороший вопрос; однако я к нему уже готов. Аэропорта рядом с твоим домом нет, но зато есть автовокзал. Ты доедешь на автобусе до железнодорожного вокзала в Атланте. Это на линии «Амтрак-Кресент». Станция в Гейнсвиле от тебя ближе, но там не продают билеты. Ехать на поезде долго, часов восемнадцать, и будет много остановок; однако бо́льшую часть пути ты проспишь. Поезд доставит тебя прямиком в Нью-Йорк, тебе не придется делать пересадки. Я мог бы отправить тебя в Нью-Йорк самолетом, но это чуточку сложнее. Тебе придется показывать документы, и, если честно, я не хочу, чтобы ты оказалась в Нью-Йорке так быстро. Я сделаю все необходимые приготовления. На каждой станции тебя будет ждать забронированный билет. Ты сможешь отправиться в Нью-Йорк сразу же после тиража лотереи.

У Лу-Энн перед глазами мелькнули образы распростертых тел Дуэйна и неизвестного, который пытался ее убить.

— На самом деле я не хочу оставаться здесь так долго.

— Это еще почему? — изумился Джексон.

— Это мое дело! — резко ответила Лу-Энн, но тотчас же ее тон смягчился. — Просто дело в том, что если я выиграю, мне бы не хотелось находиться здесь, когда люди всё узнают, только и всего. Все набросятся на меня, словно стая волков на теленка, если вы понимаете, что я имею в виду.

— На самом деле все будет по-другому. Публично тебя объявят победительницей только на пресс-конференции в Нью-Йорке. Когда ты приедешь в город, тебя там встретят и отвезут в правление лотереи. Будет удостоверена подлинность твоего билета, и на следующий день состоится пресс-конференция. Раньше на то, чтобы проверить билет, уходили недели. Теперь современные технологии позволяют сделать это за считаные часы.

— А что, если я приеду в Атланту на машине и сяду на поезд прямо сегодня?

— У тебя есть машина? Боже милосердный, что скажет Дуэйн? — В голосе Джексона прозвучало откровенное веселье.

— Это уже моя забота, — отрезала Лу-Энн.

— Знаешь, ты могла бы изобразить хоть чуточку благодарности, если, конечно, тебя не делают сказочно богатой с завидной регулярностью.

Женщина судорожно сглотнула. Да, она станет богатой. За счет обмана.

— Я вам очень признательна, — медленно произнесла Лу-Эн. — Просто теперь, когда я приняла решение, все изменится. Вся моя жизнь. И жизнь Лизы. От таких мыслей голова идет кругом.

— Что ж, я это прекрасно понимаю. Но помни о том, что эта перемена определенно будет к лучшему. Это не тюрьма или другие неприятности.

У Лу-Энн перехватило дыхание. Она прикусила нижнюю губу.

— Пожалуйста, можно я сяду на поезд сегодня? Ну пожалуйста!

— Обожди минуту.

В трубке послышался щелчок. Лу-Энн устремила взгляд вперед. На обочине стояла полицейская машина, на открытой двери был установлен радар. Лу-Энн автоматически взглянула на спидометр и, несмотря на то что не превышала допустимый предел, еще чуть сбросила скорость. Следующий вдох она сделала только тогда, когда полицейская машина осталась в нескольких сотнях ярдов позади. В трубке снова раздался щелчок, и Лу-Энн вздрогнула от неожиданности, услышав резкий голос Джексона.

— Поезд «Кресент» отправляется из Атланты сегодня вечером в семь пятнадцать и прибывает в Нью-Йорк завтра в половине второго дня. От твоего дома до Атланты всего пара часов езды на машине. — Он помолчал. — Однако тебе понадобятся деньги на билет и, полагаю, дополнительные средства — возможно, на какие-то непредвиденные обстоятельства в пути.

Лу-Энн непроизвольно кивнула, обращаясь к телефону.

— Да.

Внезапно она почувствовала себя бесконечно грязной, словно шлюха, вымаливающая дополнительные деньги за часовой труд.

— Рядом с железнодорожным вокзалом есть офис «Вестерн юнион». Я переведу туда для тебя пять тысяч долларов. — Лу-Энн поперхнулась, услышав сумму. — Помнишь мое первоначальное предложение? Мы просто назовем это жалованьем за хорошо выполненную работу. Ты только предъявишь документ, удостоверяющий личность…

— У меня нет никаких документов.

— Всего-навсего паспорт или водительское удостоверение. Этого будет достаточно.

Лу-Энн едва не рассмеялась вслух.

— Паспорт? Для того чтобы ездить из Рикерсвилла в супермаркет, паспорт не нужен. И водительских прав у меня тоже нет.

— Но ты ведь собиралась ехать в Атланту на машине!

Изумленный тон Джексона рассмешил ее. Вот человек! Собирается провернуть аферу на десятки миллионов долларов, а не может взять в толк, что она готова ехать на машине без прав.

— Вы удивитесь, узнав, сколько людей вообще не имеют никаких документов — и тем не менее занимаются всем чем угодно.

— Ну, без документа, удостоверяющего личность, получить деньги ты не сможешь.

— А вы находитесь где-нибудь поблизости?

— Лу-Энн, я приезжал в славный город Рикерсвилл только за тем, чтобы встретиться с тобой. После этого я не стал задерживаться в нем ни минуты. — Джексон умолк, а когда заговорил снова, Лу-Энн услышала в его голосе явное недовольство. — Что ж, налицо серьезная проблема.

— Так, а сколько стоит билет на поезд?

— Около полутора тысяч.

Лу-Энн вспомнила пачку денег, которой хвалился Дуэйн, и внезапно ее осенила мысль. Она снова свернула на обочину, отложила телефон и быстро обыскала салон кабриолета. Коричневая кожаная сумка, которую она достала из-под переднего сиденья, не разочаровала ее. Там было столько денег, что, пожалуй, хватило бы на то, чтобы купить весь поезд.