Бриллиантовый код смерти - Алена Винтер

– Луиза Фернанда. – Мягкая рука дотронулась до плеча, заставляя обернуться.

Луиза Фернанда посмотрела в обеспокоенное лицо отца Джорджио и быстро прижалась к его груди. Он медленно отстранился и внимательно ее оглядел.

– Что случилось?

Джорджио был настолько поражен странным видом всегда обольстительной и веселой Луизы Фернанды, что незаметно для себя перешел на «ты».

– Ты ранена?

– Мне нужно увидеть Армандо, – сбивчиво произнесла Луиза Фернанда и вздрогнула от шума упавшего рядом с ними тяжелого предмета.

Монах, уронивший железную лейку на каменные плиты, извинился и вежливо отошел в сторону, стараясь не мешать беседе. Отец Джорджио затылком чувствовал настороженные взгляды, направленные в их сторону. «Сегодня во время обедни будет много лишних разговоров», – с раздражением подумал он, и, обняв за плечи Луизу Фернанду, повел ее внутрь дворца.

– Почему ты так напугана? – ласково спросил он, понимая, что девушка сейчас толком ничего не скажет.

Шум падающей лейки привел ее в необъяснимое волнение, и Джорджио чувствовал, как она дрожит. Крепко прижимая Луизу Фернанду к своему боку, он понимал, что ведет себя недопустимым для священника образом, но, с другой стороны, ему доставляло удовольствие ощущать теплоту ее кожи.

– Мы пришли, – сказал он, остановившись перед кабинетом кардинала, и подтолкнул Луизу Фернанду к двери.

Она молча проскользнула внутрь, и Джорджио расстроился оттого, что она не сказала ему ни слова на прощание.

Луиза Фернанда остановилась у двери и полными слез глазами посмотрела на сидящего в кресле кардинала Альбицци.

– Армандо, – жалобно протянула она, но он не ответил ей.

Черные глаза с любовью смотрели на нее. Она подбежала к старику и уткнулась лицом ему в колени.

– Их всех убили, – стонала она, чувствуя, как сутана становится мокрой от слез. – О, Армандо, Глория сказала, что это все из-за твоих подарков.

Она почувствовала тяжесть руки на своем плече.

– Дитя, – хриплым голосом позвал Армандо.

Луиза Фернанда испуганно подняла голову вверх, и взгляд ее уперся в рваные раны на груди кардинала. Шелковая ткань вокруг них была мокрой, и от нее исходил терпкий запах крови. Бессознательно она провела рукой по его груди и посмотрела на пальцы, окрасившиеся в страшный бордовый цвет.

Лицо Армандо было неподвижным. Казалось, что все его силы ушли на последний зов. Широко раскрыв глаза, Армандо смотрел на что-то или кого-то позади нее, и этот взгляд наполнил Луизу Фернанду уверенностью, что за ней стоит убийца. Она медленно поднялась и вдруг поняла, что не испытывает страха. Страх ушел, но его место заняло неподвижное оцепенение. Луиза Фернанда смотрела на белые губы Армандо, думая о стоящем сзади человеке и о выстреле, который может раздаться в любое мгновение. Но в комнате стояла оглушающая тишина, лишь изредка нарушаемая судорожными вздохами все еще борющегося за жизнь Армандо. Луиза Фернанда с ужасом обернулась. Кроме них двоих, в кабинете никого не было. Тогда она мгновенно бросилась к двери и, выбежав в коридор, стала звать на помощь.

– Луиза, – выдавил Армандо из себя, – забери...

– Что забрать? – Луиза Фернанда вытерла вспухшие от слез щеки.

Он смотрел на фото в серебряной рамке, стоящее на столе.

– Я заберу ее, – кивнула она и дотронулась до его руки, но он неожиданно сильно сжал ее пальцы.

– Не дай добраться до него, – просипел Армандо, хватая ртом воздух. – Нельзя, чтобы... моего мальчика... – Мутным от боли и отчаяния взглядом он смотрел ей в глаза, заставляя выполнить приказ.

– Какого мальчика? – непонимающе спросила Луиза Фернанда.

Он снова перевел взгляд на фото.

– Я вижу только нашу фотографию. О каком мальчике ты говоришь? – заплакала она.

– И сама... – Альбицци замолчал.

Луиза Фернанда упала на колени перед кардиналом, который все еще смотрел на нее, но уже потухшим, ничего не выражающим взглядом. Осторожно, будто боясь потревожить смерть, вошедшую в эту комнату, она дотронулась щекой до его коленей, шепотом произнося бессвязные молитвы.

Дверь кабинета открылась, и на пороге в немом изумлении замер отец Джорджио. Быстро подбежав к кардиналу, он проверил пульс на его шее и снова выбежал в коридор, на ходу отдавая распоряжения. Луиза Фернанда не обращала внимание на снующих вокруг людей, она лишь вяло качнулась, когда чьи-то руки подняли ее с пола, и сморщилась, почувствовав запах нашатыря.

– Луиза Фернанда, – высоким от напряжения голосом спросил Джорджио, – кто стрелял в кардинала?

– Я не знаю, – проговорила она и опустила глаза.

Комната кружилась перед глазами. Она нетвердыми шагами подошла к столу, взяла серебряную рамку и медленно вышла в коридор. В торопливой суете никто не заметил ее исчезновения, лишь спустя некоторое время обнаружили пропажу главного свидетеля или виновника и в ужасе бегали по дворцу, ища незаметно ушедшую женщину. Луиза Фернанда, шатаясь, дошла до своей машины, аккуратно положила рамку на сиденье и села за руль. Она не собиралась уезжать, как, впрочем, и оставаться. Лишь сидела в нагревшейся под жарким солнцем машине, не понимая, как следует поступить дальше.

– Слава богу, Луиза Фернанда, я вас нашел, – торопливо проговорил подбежавший к ней отец Джорджио. – Идемте, дорогая, с вами должны провести беседу полицейские.

* * *

Комиссар Мандзони был вежлив и учтив, но в его низком и тягучем голосе чувствовалось раздражение. Было чудовищно жарко. В комнате безостановочно работал вентилятор, обдувая горячим воздухом и разбрасывая волосы Луизы Фернанды. Каждый раз она безропотно поправляла светлые пряди и смотрела в пол, тихо отвечая на вопросы пытающегося ее запутать Мандзони. Час назад ей сделали соскоб с поверхности рук на наличие пороха на коже и сняли отпечатки пальцев.

– И все же я не понимаю, почему вы в такой спешке приехали в Рим? Неужели, ради одной встречи с кардиналом Альбицци?

– Да, я хотела увидеться с Армандо, – Луиза Фернанда холодно посмотрела в блестящие недоверием глаза комиссара.

– Армандо? Как мило. – Толстая фигура проплыла возле стола и замерла в полуметре от Луизы Фернанды. – Вы были настолько близки с кардиналом, что имели честь звать его по имени?

До этого мягкий голос вдруг стал ехидным, а круглые глаза быстро превратились в язвительные щелочки.

– А что вас смущает? – таким же насмешливым тоном спросила Луиза Фернанда.

Комиссар удивленно приподнял левую бровь и пристально вгляделся в лицо сидящей перед ним женщины, которая, несмотря на усталость и испытанное потрясение, пыталась сохранять спокойствие. Он был уверен, что кардинала убила не она. Еще до того как он вошел в комнату для допросов, ему уже были известны результаты анализов. Следов пороха на ее руках не было, да и отпечатки пальцев ни о чем не говорили. Синьорина Альворадо никогда не привлекалась к ответственности и, как говорилось в отчете, вела ничем не привлекательный для полиции образ жизни.