Родная кровь - Anne Dar

Мысли о подводных камнях одиночного материнства захватили меня с головой и едва не уволокли на самое дно, как вдруг я подумала о том, что этот ребёнок наверняка должен получиться очень красивым: Рид откровенный красавчик, да и я тоже ничего себе такая на внешность… Стоило мне только подумать в таком русле, как на моих губах заиграла неотконтролированная ухмылочка. Как только я словила себя на ней, я сразу же замерла от удивления: ячто, довольна?.. Неужели… Ну да, я чувствую именно это. То, что я довольна. На протяжении последних нескольких лет я считала себя бесплодной и думала, что меня это не расстраивает, а может быть даже в какой-то степени удовлетворяет, но вот я узнаю́, что внутри меня зародилась жизнь, и на моём лице появляется улыбка от одного лишь представления того, каким красивым и наверняка смышлённым может быть ребёнок, рождённый мной от отличающегося острым умом красавчика Рида. Решено: ясчастлива. Тридцать пять – это отличный возраст для того, чтобы родить первенца. И потом, Арнольд ведь как-то шутил на тему моей беременности, говоря, что, может быть, был бы и не прочь, чтобы я забеременела от него. Так что, может быть, он всё же не сбежит после того, как узнает, как сильно лоханулся, доверившись мне без презерватива? Стоп. Я что, подумала, что тридцать пять – это отличный возраст для первенца? Значит ли это, что я хотела бы больше одного ребёнка? Я ненадолго задумалась… И вдруг поняла, что хотела бы двух детей, неважно какого пола, но точно не большее их количество. Допустим, родить второго можно было бы через два-три года после первого, то есть успеть до сорокалетия, но так, чтобы ещё успеть отойти от потрясения после появления первого ребёнка…

И здесь я поняла, что хотела бы себе семью. Не ту, которую потеряла много лет назад, а ту, которую я могла бы создать при помощи сильного, верного спутника жизни…

Два с половиной часа до назначенного времени приёма у доктора я гуляла по набережной большого города и взвешивала реальность вероятности остаться без поддержки Арнольда. Я не хотела его терять. Только не сейчас. И, наверное из-за силы своего страха перед его потерей, к моменту прихода к доктору я уже почти окончательно убедила себя в том, что Арнольд Рид любит меня достаточно сильно, чтобы простить мне мой непреднамеренный обман: яздорова и потому я зачала, а он станет отцом, будет он того желать или нет. Как же сильно я хотела, чтобы он захотел! Больше всего на свете я хотела этого…

***

Спустя полчаса после своего прихода в медицинский центр я покидала его в шоковом состоянии. На негнущихся ногах я шла по парковке в неправильную сторону, не замечая прохожих, на которых натыкалась плечами… Теперь я была на девяносто девять целых и девяносто девять сотых процентов уверена в том, что Арнольд разорвёт отношения со мной. Единственное, о чём я могла думать, выйдя из кабинета доктора – это о том, как пережить этот разрыв. Я думала-думала-думала и никак не могла придумать… Столь глубокого отчаяния, смешанного с глубочайшим одиночеством, особенно на фоне последних событий в моей жизни, я ещё никогда не испытывала. Я думала, что мне было плохо вчера, но я ошибалась. По-настоящему плохо мне было сегодня. Потому что я знала, что совсем скоро я потеряю единственного человека, которого смогла по-настоящему полюбить. И тогда меня поглотит то, что я считала своим союзником – одиночество.

Лишь спустя двадцать минут найдя свою машину, припаркованную у самого входа в медицинский центр, я, сев за руль, не сдержалась и впервые за долгие месяцы терпения расплакалась. Я плакала недолго, но достаточно, чтобы почувствовать себя раздавленной своей же собственной глупостью. Как я могла так промахнуться с Арнольдом?..