Миланский вокзал - Якопо Де Микелис

Карадонна пригласил Меццанотте присесть на кожаный диван в приемной шикарного кабинета и спросил, хочет ли тот кофе или что-нибудь еще, на что получил отрицательный ответ. Опустившись в кресло напротив, он проинформировал инспектора о ходе поисков Ванессы. Частный детектив, отправленный на ее поиски, все еще блуждал в потемках. Со дня отбытия она ни разу не воспользовалась банкоматом или кредитной картой, а ее мобильный телефон всегда был выключен. На ее имя не было выписано ни одного билета на самолет, поезд или судно, и она не зарегистрировалась ни в одном отеле. Казалось, Ванесса исчезла с лица земли. Теперь уже можно было считать само собой разумеющимся, что она не уехала в отпуск, а скрывается неизвестно где.

Меццанотте ответил, что это уже не имеет значения, и объявил, что у него есть план, как подставить Вентури.

– Положим, есть сотрудник дома престарелых, – сказал он, – заметивший Дарио в день, когда тот пошел поговорить с партнером дедушки Ванессы, Тито Кастрилло. Затем он снова увидел его в коридоре в ночь смерти старика. В то время сотрудник не слишком удивился, поскольку на «Вилле Летиция» можно посещать гостей в неурочное время, заплатив за это отдельную сумму на ресепшне. Он не знал о личности этого человека, пока спустя некоторое время не узнал его по фотографии в газете и не догадался, что это полицейский. Заинтригованный, сотрудник не сразу понял, что тот назвался вымышленным именем и что через некоторое время после его первого визита со стариком познакомился другой человек – тоже полицейский, который, по странному совпадению, через несколько дней после этого оказался убит. Наш сотрудник – отчаявшийся парень, которому всегда не хватает денег. Он подсчитывает, убеждая себя, что может многое получить от этого Вентури, замешанного не в одном, а в двух убийствах. Короче говоря, он решает его шантажировать.

– И кто же он? – спросил Карадонна.

– Ты о ком?

– Этот парень, служащий дома престарелых.

– Я его выдумал – признался Меццанотте. – Но Дарио-то этого не знает, и мы заставим его поверить в его существование.

Томмазо нахмурился.

– Ты в курсе, что это незаконно, да?

Рикардо лишь кивнул.

– Да, я понимаю, – сказал Карадонна. – Но почему этот гипотетический сотрудник ждал пять лет? Что мешало ему сразу взяться за шантаж?

Меццанотте был готов к этому вопросу.

– В то время все были уверены в том, что Кастрилло умер естественной смертью, поэтому нашему сотруднику и в голову не могло прийти, что произошло что-то плохое. Только недавно, когда другой полицейский – которым был я – появился в доме престарелых, чтобы задать кучу вопросов, и высказал подозрение, что старик был убит, он вспомнил человека, которого видел тогда, – и начал собирать кусочки пазла… Что скажешь? Прокатит, нет?

– Не знаю… – Карадонна неуверенно покачал головой. – Не слишком ли это притянуто за уши?

– Может быть, – ответил Меццанотте, напрягаясь, чтобы не обращать внимания на привычный тоненький голосок, который энергично соглашался с каждым сомнением Томмазо. – Но не до такой степени, чтобы быть надуманным. Если мы сыграем правильно, это может сработать.

– Но Дарио и его люди в конечном итоге обнаружат, что этого человека не существует. Или, что еще хуже, они могут неправильно идентифицировать его с кем-то из сотрудников дома и убрать его.

– Это будет не так-то просто. Я только что вернулся из дома престарелых. Это место просто кишит нарушениями; если б там была проверка, его тут же закрыли бы. Я надавил на ответственных лиц, добившись их полного сотрудничества. Среди прочего, я заставил исчезнуть журналы учета посетителей и посещаемости, на случай если Дарио попытается их заполучить. Всего на «Вилле Летиция» работает около тридцати человек, включая медсестер, санитаров и различных сотрудников; чтобы просеять их, потребуются недели, а наша игра не продлится так долго.

– Хорошо, я дам тебе шанс, – согласился Карадонна, который, казалось, начал рассматривать эту идею всерьез. – Но для успешного шантажа нужны доказательства, а у нас, как я понимаю, их нет…

– То, что кто-то знает, что сделал Дарио, само по себе является тем, что может лишить его сна. Однако наш человек заявит, что обладает необходимыми фактами и покажет их ему в свое время. Помни, нам не нужно идти до конца – мы просто должны вынудить его сделать некоторые компрометирующие признания, которые заставят власти прислушаться к нашим обвинениям.

– И ты думаешь, что Дарио на это поведется?

– Каким бы мастером ни был, он уже совершил несколько небольших ошибок. Вспомни старую фотографию двух чернорубашечников, которую Дарио оставил в доме дочери Кастрилло. Он не может быть на сто процентов уверен, что не упустил что-то еще, и нам нужно лишь вселить в него сомнения, чтобы он клюнул.

– Ты действительно думаешь, что он не заподозрит, что за этим стоим мы?

– Возможно. Но, опять же, он не сможет быть уверен.

– Что, если он все равно решит нас убить, чтобы перестраховаться? С тобой он уже пытался…

– Мы рискуем в любом случае, – заметил Меццанотте, а затем добавил: – Настоящая проблема в том, что нам понадобится кто-то, кто сможет реалистично выдать себя за шантажиста. Это не то, что мы можем сделать сами.

– Что касается этого, я думаю, что знаю подходящего человека, – сказал Карадонна. – Бывший полицейский, специализирующийся на расследованиях под прикрытием. В прошлом он выполнял для меня некоторые задания, но не имеет прямого отношения к моей компании. Как ты планируешь действовать?

– Я думал, что начну с анонимных писем. Уже из того, как Дарио отреагирует на их получение, мы получим дополнительное подтверждение его вины. Если б он был невиновен, то немедленно сообщил бы об этом, – пояснил Рикардо. – Затем мы перейдем к требованию личной встречи, во время которой подтолкнем его к признаниям – и запишем их.

Карадонна скривился.

– Это будут заявления, полученные обманным путем. Ни один суд не примет их в качестве доказательств.

– Все, что нам нужно, это чтобы они убедили власти принять нас всерьез и начать расследование в отношении Дарио, возможно, отправив его за решетку, чтобы не ускользнул, – ответил Меццанотте. – Он влиятельный человек с влиятельными друзьями, это правда, и наезд на заместителя квестора вызвал бы большой скандал. Но на другой чаше весов – расследование убийства такой легенды, как комиссар Меццанотте. Какой полицейский или магистрат не