Призрак Оперы - Гастон Леру

Придя в свой кабинет в субботу утром, оба директора нашлиписьмо следующего содержания:

«Мои дорогие импресарио!

Мы в состоянии войны? Если вы все еще желаете мира, вот мойультиматум. Он содержит четыре условия:

1. Вы возвращаете мне мою ложу, а я хочу, чтобы она былапредоставлена в мое распоряжение немедленно.

2. Партию Маргариты должна петь сегодня Кристина Доз. Небеспокойтесь о Карлотте – она будет больна.

3. Я настаиваю на том, чтобы добрая и верная мадам Жири, моябилетерша, продолжала работать. Вы восстановите ее в прежнем положениибезотлагательно.

4. В письме, которое будет доставлено мадам Жири, вы, как иваши предшественники, примите положения книги инструкций, касающиеся моегомесячного содержания. Позже я дам вам знать, в какой форме вы станетевыплачивать его мне.

Если вы не выполните эти условия, сегодня вечеромпредставление «Фауста» в проклятом театре не состоится.

Ваш П. О.» – С меня этого достаточно! – закричал Ришар,энергично барабаня по столу обеими руками. Вошел Мерсье, администратор.

– Лахеналь хочет видеть одного из вас, мсье, – сказалМерсье. – Он говорит, что это крайне необходимо, и он, кажется, расстроен.

– Кто такой этот Лахеналь?

– Главный конюх.

– Что? Главный конюх?

– Да, мсье, – ответил администратор. – В Опере естьнесколько конюхов, и Лахеналь ими руководит.

– И что же он делает?

– Он заведует конюшней.

– Какой конюшней?

– Вашей, мсье. Конюшней Оперы.

– В Опере есть конюшня? Впервые слышу! Где она находится?

– В подвалах. У нас двенадцать лошадей.

– Двенадцать лошадей? Для чего же, во имя Бога?

– Для процессий в «Иудейке», «Пророке» и так далее нам нужнытренированные лошади, которые «знают сцену». Обязанность конюхов – научить ихэтому. Лахеналь – высококвалифицированный тренер. Он когда-то заведовалконюшнями Франкони.

– Очень хорошо… Но что он хочет от меня?

– Не знаю. Знаю только, что никогда не видел его в такомсостоянии.

– Пусть войдет.

Лахеналь вошел и нетерпеливо ударил по своему сапогуплеткой, которую держал в руке.

– Доброе утро, мсье Лахеналь, – сказал немного напуганныйРишар. – Чем обязан вашему визиту?

– Мсье, я пришел просить вас ликвидировать всю конюшню.

– Что? Вы хотите отделаться от наших лошадей?

– Не от лошадей, от конюхов. – Сколько конюхов служат у вас,мсье Лахеналь?

– Шесть.

– Шесть конюхов! Это, по крайней мере, на два больше, чемнадо.

– Эти должности, – объяснил Мерсье, были навязаны намзаместителем главы администрации изящных искусств. Они заняты людьми, которымпротежирует правительство, и если я рискну…

– Меня не волнует правительство, – подчеркнуто сухо заявилРишар. – Нам не надо больше четырех конюхов для двенадцати лошадей.

– Одиннадцати, – поправил Лахеналь.

– Двенадцати, – повторил Ришар.

– Одиннадцати, – опять сказал Лахеналь.

– Мсье Мерсье сказал мне, что у вас двенадцать лошадей.

– У меня было двенадцать, но сейчас их осталось толькоодиннадцать – после того как украли Цезаря. – И Лахеналь снова сильно ударилсебя по сапогу Пясткой.

– Цезаря украли? – изумленно спросил Мерсье. – Цезаря,большую белую лошадь из «Пророка»?

– У нас только один Цезарь, – грубо прервал его Лахеналь. –Я работал десять лет на конюшнях Франкони и видел много лошадей и могу с полнымоснованием сказать вам, что второго такого Цезаря нет. И его украли!

– Как это случилось?

– Я не знаю. Никто не знает. Вот почему я пришел проситьразогнать всех на конюшне.

– А что говорят о краже ваши конюхи?

– Всякие глупости. Некоторые обвиняют каких-то рабочих,другие утверждают, что это сделал бухгалтер.

– Бухгалтер? Я уверен в нем, как в самом себе, –запротестовал Мерсье.

– Но, мсье Лахеналь, – сказал Ришар, – у вас самого должнабыть какая-то идея.

– Да, у меня есть идея, – резко произнес Лахеналь, – и я скажувам, в чем она состоит. Что касается меня, то я не сомневаюсь. – Он подошелближе и сказал вполголоса: – Это сделал призрак.

Ришар вздрогнул.

– И вы, и вы тоже!

– Что вы имеете в виду под «я тоже»? Это же совершенноестественно – Совершенно естественно, мсье Лахеналь? Что совершенноестественно?

– Сказать вам это после того, что я видел.

– И что же вы видели?

– Я видел так же ясно, как вижу вас, темную фигуру верхом набелой лошади, которая один к одному походила на Цезаря.

– И вы не побежали за этой белой лошадью и темной фигурой?

– Да, я побежал и закричал, но они продолжали идти набольшой скорости и исчезли в темноте галереи. Ришар встал.

– Очень хорошо, мсье Лахеналь, можете идти. Мы подадимжалобу на призрак.

– И уволите всех конюхов?