Затащи меня в Эдем - Дарья Калинина

– И он не вызвал врачей? Не поднял тревогу? Не пытался вернуть Милу к жизни?

– В том-то и дело, – кивнул Борис Степанович. – И я хочу спросить его, почему он так поступил с моей…

Тут он осекся, словно опасаясь сказать лишнее. Но Инга уже насторожилась:

– Вашей кем? Кем вам приходилась Мила?

Борис Степанович помолчал, он явно подбирал подходящие к случаю слова.

– Я уже немолод, – произнес он затем. – В свете событий, о которых мне сейчас не хочется говорить, я не могу вести обычный для других людей образ жизни. Но Мила была усладой моей старости. Не скрою, я сильно привязался к девчонке, хотя она совсем и не стоила моих чувств. Но видите ли, сердце к старости у некоторых людей становится словно гранит, а у других, наоборот, размягчается. То, что я не ценил в более молодые годы, я научился ценить с возрастом.

– И как давно вы знакомы с Милой?

– Лично? Около двух лет.

– И вас не коробило, что она встречается с другими молодыми людьми? Я была у нее дома, сосед сказал, что к ней мужчины ходили прямо табунами.

– Я уже стар, а Мила была молода. Что тут такого?

– И вы совсем не ревновали ее?

– Я предостерегал Милу от чересчур разгульного образа жизни. Говорил, что если она хочет чего-то добиться, я ей во всем помогу. Но, к сожалению, Милу не заинтересовал ни один из проектов, в которых я предлагал ей поучаствовать. Учиться она не желала, работать, впрочем, тоже. Она любила жизнь, но понимала эту любовь по-своему.

– То есть пила, гуляла с разными мужчинами и жила за ваш счет.

– Я давал ей денег. По моим меркам сущие копейки. Если бы Мила повела себя немного иначе, у нее могло бы быть все. Буквально все! Но она предпочла жить так, как ей нравилось.

– Но не нравилось вам? Ваши люди преследовали Игоря с того момента, как он стал встречаться с Милой.

– Я был против их отношений.

– Они ему угрожали.

– Они всего лишь высказали ему мои пожелания.

– Требовали, чтобы он расстался с Милой!

– Может быть, мои люди и были слишком категоричны.

– Они напугали Игоря! Буквально на моих глазах грубо похитили Таню. Угрожали физической расправой и даже смертью мне! Скажете, что они действовали по собственному почину? И ваше имя упомянули просто для красного словца?

Лицо Бориса Степановича словно туча закрыла. Он повернулся в сторону плечистого и спросил:

– Это правда?

– Да я ничего такого…

– Я спрашиваю, то, что говорит эта женщина, это правда?

– Ну, пуганули их немного. А чего они орали?

– У них и оружие есть, – наябедничала на них вредная Инга. – Огнестрельное.

– И они из него хотели мне руку прострелить! – добавила Танюша.

– Ох, зря я вас с Вованом на поруки взял, – покачал головой Борис Степанович. – Не желаете вы от прежних привычек отвыкать. Ну-ка! Разоружайтесь!

Охранники, сопя от возмущения, выложили оружие. Хоть они и были недовольны, но ослушаться прямого приказа хозяина все же не посмели.

– Сколько раз я вам говорил, сейчас уже не девяностые, людей не похищаем, ни в кого не стреляем, решаем вопросы исключительно цивилизованным путем.

– Так мы это… цивилизованно… пальцем ни одну из них не тронули!

– Вы порвали мне блузку! – разозлилась Инга.

– Цыц, тетка! – прикрикнул на нее Колян, но тут же смущенно умолк под строгим взглядом хозяина.

– В общем, с вами я еще поговорю потом, – сказал Борис Степанович, и Колян с Вованом окончательно понурились.

Не обращая больше внимания на своих провинившихся работников, Борис Степанович вновь повернулся к Инге:

– Прошу извинить моих людей за грубость. Они оба одичали, проведя в местах не столь отдаленных, сколь неприятных, долгие годы. Надеюсь, мне удастся их обтесать, а в противном случае они оба вернутся туда, откуда я их вытащил!

Колян с Вованом смущенно засопели. Им явно не хотелось обратно в тюрьму. Инге даже стало их жаль:

– Ну, вы на них не сердитесь уж очень сильно. Они ради вас старались.

– Услужливый дурак хуже всякого врага. Но вернемся к Миле и Игорю. Да, я хотел, чтобы эта связь прервалась. У меня были на то свои причины.

– Ревность – вот ваша причина! Вы запугивали Игоря! Требовали, чтобы он отстал от Милы. А когда Игорь не отступился, вы нанесли решающий удар!

Борис Степанович нахмурился:

– Понял, к чему вы клоните. Но я не убивал Милу.

– Вам и не надо. Ваши люди все сделали за вас!

– По предварительной версии следствия, Мила скончалась от отравления суррогатами алкоголя, – поиграв золотой ручкой, которая лежала перед ним на столе, произнес Борис Степанович.

Инга невольно отметила, что хотя мужчина выглядит очень нездоровым, но руки у него красивой формы. Наверное, когда-то Борис Степанович был грозой женского пола. Да и сейчас с его финансовыми возможностями он мог бы окружить себя целым хороводом прекрасных нимф. Странно, что из всех доступных ему женщин он выбрал именно грубую пьянчужку Милу.

– Водка, которую девочка выпила, оказалась недоброкачественной, – продолжал говорить Борис Степанович. – Так что речь об убийстве пока что вообще не идет.

– Все равно! Зачем вам понадобился Игорь? Хотите и его вашей водочкой напоить? Или парень опасен вам как свидетель? А вдруг это ваши люди принесли Миле водку, которой она отравилась?

– Мила была нужна мне живой.

– Вероятно, вы были к ней привязаны, – кивнула Таня. – Но ревность оказалась сильнее здравого смысла. И когда вы поняли, что у Милы и Игоря все всерьез, вы ее убили. Наверное, вы мечтали, что и Игорь тоже отбросит тапки, но он не любитель выпить. Если и пригубил, то лишь чуть-чуть. Вы ожидали, что утром вам сообщат о двух холодных трупах, а труп оказался только один! Вот зачем вы ищете Игоря, хотите и от него избавиться тоже!

Танюша выглядела очень расстроенной. А вот Борис Степанович внезапно расхохотался.

– Дорогая моя! Ваша вера в любовь и ревность, толкающие мужчин на преступления, просто трогательна. Но я уже давно не в том возрасте, чтобы испытывать столь бурные чувства. К тому же состояние моего здоровья резко ухудшилось в последнее время. Боюсь, что любовь прекрасных дам осталась для меня в далеком прошлом. Мила забавляла меня, не более того. Но именно поэтому она и была нужна мне живой.

Голос Бориса Степановича звучал глухо и устало. И Инга поверила ему. Нет, не убивал этот старик Милу. И приказа такого своим людям не отдавал. И Игорю он вредить тоже не собирался. По какой-то причине старик не хотел, чтобы эти двое встречались и были вместе, но убивать Милу или Игоря он не собирался.