Сладкая смерть - Николай Иванович Леонов

— Он хранил здесь какие-то вещи или документы?

— Нет-нет, ничего такого, никаких вещей! — поспешила заверить Катя. — Здесь и сейфа нет…

Однако сыщик заметил в этих словах какую-то странность.

— А почему вы сказали о сейфе? — спросил он. — Я ни о каком сейфе не говорил. Это, наверное, Кашкин хотел завести здесь сейф?

Лицо Кати вновь пошло пятнами. Она определенно не умела врать, и для сыщика это было очень хорошо.

— Да, он хотел, чтобы здесь было что-то такое… — пробормотала девушка. — Но не успел…

— Где же, в таком случае, он хранил документы, которые хотел спрятать и от слишком внимательных коллег на фабрике, и от жены? — спросил Гуров. — Может быть, у вас есть ячейка в банке, где хранится какая-нибудь коробка или папка? Или она все же лежит где-то здесь?

По реакции девушки сыщик понял, что правильным является последнее предположение.

— Значит, где-то здесь, — заключил он. — Что ж, наверное, мне все же придется вызывать бригаду и проводить обыск. Если хорошо поискать, многое можно найти…

Разумеется, Гуров блефовал: он не мог вызвать никакую бригаду и не собирался этого делать. Просто ему надо было воздействовать на девушку, которая упорно не хотела показывать тайник. Опять же о существовании такого тайника с документами Гуров не знал, он лишь предположил, что Кашкин, если он и правда вел двойную жизнь, должен был где-то хранить документы, имеющие отношение к этой второй жизни. И это его предположение оказалось верным.

— Не надо никого вызывать, — глухо произнесла Катя. — Я покажу…

Она встала и вышла из кухни; Гуров последовал за ней. В ванной комнате девушка наклонилась, поискала под раковиной и нажала одну из плиток на стене. Плитка повернулась вокруг своей оси (как видно, она была так закреплена), открылось пустое пространство. Катя запустила туда руку и достала сверток, завернутый в плотный пластик.

— Вот… — произнесла она. — Он просил меня это спрятать и никому не показывать.

Сыщик развернул пластик и бегло просмотрел содержимое. В пакете лежали несколько записных книжек и еще какие-то листки.

— Понятно… — произнес он. — Эти документы я забираю. А еще что лежит в этом загашнике?

— Там… там еще деньги лежат, — совсем тихо сказала Катя. — Валюта… Алексей не хотел в банке деньги держать, и дома, он говорил, тоже небезопасно.

— То есть это его деньги?

— Да, бóльшая часть его. Но одна пачка, самая маленькая — моя. Он сказал, что эти деньги будут мне на черный день…

— Я понимаю, — кивнул сыщик. — Что ж, этот черный день, видимо, настал. Ладно, на твои деньги я не посягаю. А деньги Кашкина я изымаю. Давай их сюда.

Катя запустила руку в тайник и извлекла оттуда одну за другой три пачки. В одной лежали стодолларовые купюры, в другой — евро, в третьей — английские фунты. Гуров умел на глаз определять размер суммы денег в пачке. И по такой оценке, на глазок, перед ним сейчас лежала сумма не меньше сорока миллионов рублей.

— Ничего себе… — произнес он, разглядывая этот клад. — Тайная касса… У тебя пакет какой-нибудь найдется? Лучше плотный такой, чтобы не просвечивал.

— Сейчас поищу, — пообещала девушка.

Она сходила в прихожую и вернулась с плотным черным пакетом. Гуров сложил туда деньги, а также документы, завернутые в пакет.

— Все, Катя, больше у меня к тебе вопросов нет, — сказал он. — Пока, по крайней мере, нет. Не забудь запереть дверь, а то мало ли что… Да, и скажи мне, где тут у вас ближайший магазин или кафе, или аптека, в общем, любое заметное место, куда можно вызвать такси?

— В квартале отсюда, на Бакинской, есть аптека, — отвечала Катя.

— Значит, твой дом на Бакинской стоит?

— Нет, мой на Вишневой.

— Ага, теперь я понял всю диспозицию, — сказал сыщик.

И он вышел из квартиры и нажал кнопку лифта.

Глава 9

Выйдя из дома, Гуров первым делом достал пакет с документами, найденными в тайнике, и бегло их просмотрел. Записные книжки были датированы по годам: первая обозначала позапрошлый год, вторая прошлый и третья — нынешний. Дальше шло деление по месяцам. На листках с названием месяца не было слов — только цифры. Эти цифры были разнесены в три колонки. В конце каждого месяца был подведен итог. Суммы были каждый раз разные, от полумиллиона до миллиона.

— Это, конечно, деньги… — произнес Гуров, разговаривая сам с собой. — Но откуда они?

Кроме записных книжек, в пакете лежали также несколько листков. Насколько можно было понять, это были долговые расписки. Они были написаны от руки, все разным почерком. На каждой был стандартный текст: тот или иной человек, всегда обозначенный только инициалами, подтверждал, что должен некоему «С» такую-то сумму, и обещал вернуть. Гуров насчитал семь таких расписок. Суммы в них колебались от ста до трехсот тысяч рублей. Даты возврата долга ни по одной из расписок еще не наступили, ближайшая дата должна была наступить через неделю.

— Вот, возможно, и причина убийства Кашкина, — все так же разговаривая сам с собой, произнес Гуров.

Произнес — и сразу оглянулся: не услышит ли кто? Но рядом никого не было. Сыщик быстро собрал все документы, упаковал их снова в пакет, а пакет засунул в черный пакет, который ему дала Катя. После чего еще раз по привычке огляделся и направился в ту сторону, где, по словам Кати Заикиной, находилась аптека. Он решил вызвать себе такси — но не к дому девушки, чтобы не раскрыть ее адрес, а к ближайшему торговому пункту.

Вызвать такси было делом несложным. Но дальше перед сыщиком вставала гораздо более сложная задача: сосчитать найденные в тайнике деньги, задокументировать их и найти место, где их хранить. Официально сдать их в Управление МВД сыщик пока не мог — в таком случае надо было раскрывать адрес Екатерины Заикиной, вводить ее в уголовное дело. Но он чувствовал, что делать этого сейчас не следует — это означало подвергнуть девушку опасности.

— Как бы она тоже дизентерией не заболела! — сказал он самому себе. — Или еще чем-нибудь, еще похуже…

Оставлять деньги в гостиничном номере, уходя утром на работу, тоже было нельзя. Выходило, что ему придется весь день таскать их с собой, а это было никудышным решением. Кроме того, Гуров испытывал острую потребность пообщаться с кем-то, кому можно доверить полученные за сегодняшний день результаты расследования, с кем можно посоветоваться. Он привык работать в паре со своим другом Стасом Крячко. Но Крячко рядом не было, и это сейчас