Ведьма не для дракона. Тайный сыск Ронфэйда - Василиса Лисина

— Спасибо, это очень мило, — отвечаю я.

Ловить тут больше нечего, я встаю и выхожу на улицу. Возвращаюсь домой самой короткой дорогой. Думаю, на этого оборотня в любом случае надо намекнуть Дрейку, а там пусть он сам разбирается, у тайного сыска и возможностей для этого больше. Придётся поломать голову, как именно преподнести ему эту информацию…

Это последняя мысль перед тем, как голову пронзает резкая боль, а в глазах темнеет. Сознание гаснет, когда чья-то тень закрывает ясное ночное небо и почти полную луну…

Глава 24

Жутко болит голова, а ещё затекла рука, но я даже не могу ей пошевелить. Я с трудом разлепляю глаза, но это мало помогает: я в темноте, и совсем ничего не вижу. Очень холодно и пахнет сырой землёй. Я в подвале?

Был бы тут хоть один маленький источник света, я бы видела хоть что-то. Но раз нет, значит, я в полностью закрытом помещении без окон, словно в погребе.

Вот дурёха! Зачем полезла без прикрытия? Надо было дождаться Джея…

Но ничего, раз я жива, значит, выберусь. И не из такого выбиралась. Главное, чтобы магия была не заблокирована.

Но то ли мой похититель не принимает меня всерьёз, то ли он тугодум, магия у меня есть. Первым делом я зажигаю щелчком пальцев огонёк, парящий прямо в воздухе, и быстро осматриваюсь. На его поддержание требуется больше энергии, чем кажется, а ещё он медленно выжигает кислород, так что мне надо действовать быстро.

Как я и представляла, вокруг каменные стены, над головой люк в деревянном потолке, подо мной земля. Лестницы нет, тут вообще ничего нет. Жаль.

Второе действие — встать на ноги. Я связана по рукам и ногам, но это не проблема. Применяю магию времени, и верёвки рассыпаются. Я быстро убираю их и отхожу подальше. Скоро они восстановятся, но я уже буду свободна. Главное, чтобы никто не догадался, как я это сделала…

Третье — самое сложное. Дождаться, когда мой похититель откроет люк. Одной, в холоде и темноте. Огонёк я убираю, чтобы не тратить магию. Чтобы согреться, я двигаюсь и разминаюсь, а ещё подлечиваю себе голову слабым целительским заклинанием от ушибов. Похититель он выключил меня, ударив по затылку.

Время тянется бесконечно долго. Хочется пить. Я успеваю обдумать многое, в том числе что помощи ждать неоткуда. Надо было сказать хоть кому-то, оставить записку, знак… Но поздно.

В последний раз я вот так ждала сестру. Она оставила меня в лесу, спрятав в кустах и укрыв ветками. Она сказала, что запутает преследователей и вернётся. Я сидела на корточках, ноги давно затекли, а в горле першило из-за дыма. Горела наша деревня. Я боялась даже пошевелиться и издать лишний звук. Наконец, кто-то прищёл, но это оказалась не сестра, а люди из тайного сыска… Правда, кто они, я поняла уже потом…

Размышления прерывает скрип дерева от шагов. Люк открывается, сюда врывается тёплый оранжевый свет свечи… Сейчас ночь?

Из люка спускается лестница, а я с замиранием сердца жду, что же будет дальше.

Сюда прыгает, проигнорировав лестницу, Хорес. Я так и думала, что это он, но оставалась крохотный шанс, что это случайное нападение.

— Когда ты успела освободиться? — хрипло спрашивает он. — Вот тварь.

— От твари слышу, — так же хрипло, не узнав собственный голос, говорю я.

— Я даже спорить не буду, — издаёт он издевательский смешок. — И ты в этом убедишься, если не будешь сотрудничать.

— Что вам надо?

— Вернуть мою истинную.

— Почему вы думаете, что я смогу в этом помочь?

— Потому что ты такая же тварь, которая пьёт это зелье. Думаешь, как она. Но если бы дело было только в этом… Короче, ты мне рассказываешь, как меня вычислила. А потом, я решаю, что с тобой делать.

Конечно, так я ему и расскажу, что благодаря «Когтю» у меня есть список всех пострадавших от действий Гилберта. Но мне нужно тянуть время и торговаться. Если выйду отсюда, то смогу использовать магию и сбежать.

— Если увижу Анри, то буду готова с вами сотрудничать. Где он?

— Анри? Это из-за него ты тоже зелье пьёшь?

— Нет. Раз я ответила, теперь вы. Как поняли, что я подавляю магию истинности?

— Гилберт делал именно эту гадость, когда я его прикончил. А первой в его лавку пришла ты, — Хорес сжимает кулаки, в его голос примешивается рык.

— Вы следили?

— С крыши. Я думал, придёт моя Лиз…

Хорес внезапно рычит и в один прыжок оказывается рядом со мной.

— Хватит заговаривать зубы. Отвечай, как ты поняла. Или помог тебе кто?

— Сначала Анри.

— Ты не поняла, — рычит он.

Меня резко припечатывает к холодной стене. Чувствую, как неровности впиваются в спину. Хорес держит меня чуть ниже горла и давит так, словно я пришпилена его рукой, как булавкой к стене. Дышать тяжело.

— Ты или говоришь, или умираешь. Теперь я понятно сказал?

Киваю. Против такой силищи я ничего не могу сделать.

Хорес отпускает меня, и я, согнувшись, закашливаюсь. Пепел, придётся ему отчасти раскрыть карты. А после рвануть к лестнице.

Но планам не суждено сбыться. Слышится громкий удар, от которого сыпется пыль с потолка. Это было что-то очень тяжёлое и мощное, раз пошатнуло дом… Не может быть.

— Это за мной, — нервно шучу я.

На самом деле, вряд ли. Но Хорес удивлён, значит, он не ожидал такого, и я могу его запутать.

— Чё? Кому ты нужна?

— Разве не понял по звуку? Это был дракон. Он пришёл за мной.

Словно подтверждая мои слова, глухо из-за стен слышится рык.

Глава 25. Крис Дрейк

— Я не советую вам давать новенькой сколько-нибудь серьёзные поручения, — наконец, я произношу то, ради чего затеял этот разговор с главой сыскного отдела.

Фрэнк вертит в руках перьевую ручку, думает.

— Она их и не получает, — медленно говорит он. — Пока.

Его лицо остаётся абсолютно беспристрастным, но на последнем слове появляется металлический отблеск в серых глазах. Задел. Ступил на его территорию.

Оборотни вообще жуткие собственники, даже драконы меньше. Всё дело в звериной ипостаси: волк чувствует угрозу от дракона, а дракон от волка или человека… надо постараться, чтобы почувствовал.

Как же с ним сложно, с этим Фрэнком. Матёрый, сильный, но упрямый. С людьми проще, они бы даже не обратили на такой совет внимания, не посчитав его нарушением границ.

Но выбора у меня не было, моё дело — предупредить Фрэнка, а дальше он сам.