Особо важное дело - Алексей Макеев

Он тихо подошел к ванной, взялся за ручку двери и резко распахнул ее, отпрянув при этом в сторону. Но у человека, находившегося внутри, была неплохая реакция. Он мгновенно развернулся, и в его руке блеснул вороненый ствол.

Крячко успел увидеть крепкий, коротко стриженный череп, хищный оскал рта и сузившиеся настороженные глаза. Казалось, беды не избежать. Но вдруг рука с пистолетом бессильно опала, пылающие глаза потухли, а человек с удивлением произнес:

– Е-мое! Стас, что ли? Ты чего здесь делаешь?

Крячко уже немного пришел в себя и в свою очередь удивился.

– Сеня?!

– Сеня, Сеня! – проворчал Васильков, пряча оружие под пиджаком. – Не Сеня, а форменный Ваня! Видел, как меня разукрасили?

До Стаса наконец дошло, что Васильков сидит на краю ванны, с засученной выше колена левой штаниной, а нога его окровавлена и замотана бинтом. Кровь была также на раковине, на одежде и даже на полу.

Васильков, опустив голову, оборвал бинт и крепко завязал его. Потом посмотрел Стасу в глаза и сказал, неприятно усмехаясь:

– Самое хреновое – похоже, коленную чашечку раздробило. Тогда все – финиш!

– Да, не повезло! – сочувственно протянул Крячко. – Кто это тебя?

– Ты сюда заглянул, чтобы меня об этом спросить? – буркнул Васильков, отводя глаза.

– Отнюдь – как сказал граф в одном известном анекдоте, – ответил Крячко. – Вообще-то, у меня тут свидание было запланировано. А ты, получается, мне все испортил.

– Ну, извини! – ядовито сказал Васильков, исподлобья разглядывая Крячко.

– Знаешь, Сеня, может, бросим этот треп? – спросил полковник. – Дело-то серьезное. Я тут при исполнении. А ты меня, между прочим, самый чуток ангелом не сделал. Некрасиво получается… Шуточками отделаться не получится.

– Не сгущай краски, Стас, – с досадой проговорил Васильков. – Ты меня знаешь – я без дела не палю, особенно в работников главка.

– Это утверждение опровергнуть, конечно, трудно, – сказал Крячко. – А, к примеру, как у тебя обстоят дела с разрешением на ношение? Сдается мне, тут не все гладко. А я вот классику вспомнил. «Золотого теленка» читал? Помнишь, как там поступали с нарушителями конвенции?

Васильков мрачно и неприязненно посмотрел на него.

– Куда клонишь? – кисло спросил он.

– А ты не догадался? – удивился Крячко. – Странно. Так я тебе напомню, что частные сыщики с пистолетом в кармане бывают только в Голливуде. А у нас таких орлов лицензии лишают. Или я ошибаюсь?

– Значит, старого товарища заложишь? – презрительно, но с затаенной тоской спросил Васильков. Он прекрасно понимал, что Крячко прав и стоит тому сделать один-единственный телефонный звонок, как у него будут весьма серьезные неприятности.

– Ну и жаргон у тебя! – неодобрительно заметил Крячко. – Сказать такое полковнику МВД! Хорошо, хоть корешем меня не назвал.

– Вот, значит, как? – с обидой откликнулся Васильков. – А я думал…

– Знаю я, что ты думал! – перебил его Крячко. – Ты, наверное, думал, что я вытру тебе сопли и отнесу тебя на руках в постельку. Что меня растрогают твои раны. Но я человек закаленный. И не то еще видел. Между прочим, товарищи-то здоровьем рискуют за голую зарплату, а не за гонорар, который тебе бывший блатной платит!

– Ты еще скажи, что я незаконным промыслом занимаюсь! – с вызовом бросил Васильков. – Между прочим, у меня государственная лицензия!

– Которую ты вот-вот потеряешь, – подхватил Крячко. – Короче, кончай ломаться. Давай заключим джентльменское соглашение, пока я добрый. Ты мне все рассказываешь – как старому товарищу, а я по-товарищески закрываю глаза на твой черный пистолет. И заодно на незаконное проникновение в жилище. Ведь в жилище ты проник незаконно?

– Из нас двоих скорее уж ты проник незаконно, – проворчал Васильков. – А мне открыли.

– Вот как? Интересно. И кто же тебе открыл? – спросил Крячко.

Васильков немного подумал. Морщась, попытался опустить штанину. Бинт, сквозь который уже просочилась кровь, ему мешал.

– Точно это останется между нами? – спросил он, глядя Крячко в глаза.

– Ты меня знаешь, – сказал тот.

– Ну ладно. Тебя Гуров сюда послал? Башковитый все-таки мужик, твой Гуров! Только не пойму я, вам-то какое до всего этого дело? У мужика жена налево зарулила – при чем тут главк? Хотя… – он кивнул на свою ногу. – Наверное, вы все-таки правы. Что-то тут не то. Бабенка смертельно напугана.

– Ты имеешь в виду Немову? – с интересом спросил Крячко, радуясь неожиданной удаче.

– Кого же еще? – удивился Васильков. – Я только ей и занимался. Или вам что-то другое привиделось?

– Что нам привиделось, тебя не касаемо, – парировал Крячко. – Ты лучше расскажи все с самого начала и так, чтобы я не задавал наводящих вопросов. Время идет – кто-нибудь сюда нагрянет… Да и к хирургу тебе надо.

– Это точно, – хмуро кивнул Васильков. – А нагрянуть сюда не должны. Я выяснил. Бабенка, которая в этой квартире живет, целый день дома не бывает. А соседи на работе. Если уж после выстрела никто не нагрянул…

– Может, тут каждый день стреляют, – философски заметил Крячко. – Лучше побыстрее отсюда убраться, пока мои гарантии еще действуют…

– Понял, – сказал Васильков. – Короче, так – Переверзев меня нанял. У него жена пропала – Немова Анна Викторовна. То есть не то чтобы пропала… Он посчитал, что она с любовником загуляла. За ней это замечалось. Вообще-то они с Переверзевым не так давно поженились, но, как я понял, он в брак вступил больше для престижу – красивая жена, хороший дом… Как говорится, что еще нужно, чтобы встретить старость? Он ее не слишком стеснял, но терпение и у него лопнуло. Не знаю, в чем там дело – может, кореша стали подкалывать… А тут еще такой случай. Пятнадцатого июля рано утром – звонок мадам на мобильник. Она поговорила и скорее на улицу. Супругу ничего не объясняет. Переверзева взяло за живое – посмотрел в окно. И увидел там машину – «БМВ» и какого-то солидного мужика рядом, которого никогда раньше не видел. Тот разговаривал с его женой. Оба были страшно взволнованы – так Переверзеву показалось. Потом мужик сел в «БМВ» и уехал. А Немова вернулась домой и, даже не позавтракав, начала куда-то собираться. Переверзев спросил, что случилось. Она наплела ему с три короба, устроила истерику и уехала – у нее свой «Фольксваген». У меня вот номер записан и номер мобильника тоже. Только она с некоторых пор телефон на хрен отключила…

– А дальше-то что было? – поторопил его Крячко.

– Дальше? Дальше Переверзев в свой офис пошел. Думал, злился – говорит, все из рук валилось, так его благоверная достала. Но следить за ней он еще не собирался. Только после обеда, когда стало ясно, что Немова куда-то пропала, и он обзвонил всех знакомых, – вот тогда Переверзев психанул по-настоящему. Тут надо еще учитывать, из каких он кругов. В таких кругах, сам знаешь, женщина права голоса не имеет. Переверзев, желая войти в цивилизованный мир, наступал на горло своей песне, старался жить по-европейски. Но в конце концов не выдержал. Через одного знакомого нашел меня, попросил последить за женой, снимки сделать, если с любовником застану. Я так понял, он готов с ней развестись, только имущество делить не хочет. Хотя, мне кажется, это он в пылу. Не будет он с ней разводиться. Он прекрасно понимает, что ему без нее в светские круги не вписаться. Он же сам – бирюк бирюком. Еще вчера с кооператоров долги паяльником выжимал.