Трансфер на небо - Анна и Сергей Литвиновы

Встречные фары, узкие, яркие, все приближались и приближались, и «шестерка», поняла Варя, встретится с «Порше» как раз на самом узком участке дороги. И надвигалась чужая машина на них, по той же полосе, что неслись они. Да, да, по той же – лоб в лоб! И до столкновения оставалось три-четыре секунды!

– Он на таран идет! – вскрикнула Варвара. Она не смогла промолчать и не сумела сдержать истерические нотки в своем голосе: очень уж страшно было.

– Ничего! – азартно выкрикнул Опер. – «Шестерка» – машина крепкая!

«Идиот! – мелькнуло у Вари. – Ведь и меня, и себя погубит! И только для того, чтоб доказать, что он круче Карпова с его «Порше»!»

Варя на мгновение вспомнила ту боль, что испытала после автокатастрофы на юге во время расследования «дела полосатых убийц», когда у ее машины отказали тормоза и она летела в пропасть[5]. Она содрогнулась всем телом и, не помня себя, забыв о гордости, прокричала:

– То-о-ормози!

Однако, слава богу, Опер все-таки и сам был не самоубийцей. Он нажал на педаль тормоза. Тормозил он плавненько, осторожно, чтобы машину не занесло на мокрой дороге. «Раковая шейка» стала сбавлять ход, но скорость была слишком велика, а встречные фары все равно неумолимо приближались…

Варвара инстинктивно зажмурилась и вцепилась руками в приборную панель. Столкновение лоб в лоб казалось уже совершенно неминуемым.

Варя почувствовала, как «шестерка» изо всех сил тормозит, скрежещет, срывается в занос… Неудержимая сила инерции бросила девушку на приборную панель… «Все, конец!» – мелькнуло в ее мозгу. Сейчас будет дикий удар, а там… Но… машину занесло, развернуло, и наконец «шестерка» остановилась… Двигатель заглох.

Варя медленно открыла глаза. Обошлось… Кажется, все обошлось. Они живы. Опер сидит в бесстрастной позе, упираясь руками в руль.

Варвара огляделась. Оказалось, что милицейская «шестерка» стоит ровно посредине моста – причем поперек дороги.

А на расстоянии всего метров трех от нее, и тоже поперек, бок о бок, остановилось приземистое тело «Порше».

– У тебя все нормально? – привел Варю в чувство голос Малютина. Звучал он совершенно буднично.

– Порядок, – с трудом выдавила она из себя.

Опер выключил движок. Достал из-под кожаной куртешки пистолет и рывком открыл дверцу машины. «Пригнись!» – отрывисто бросил Варе.

И в этот момент вниз плавно поползло тонированное стекло «Порше».

Со своего удобнейшего водительского кресла выглянул улыбающийся Карпов.

– Козел!! – в сердцах бросила в его сторону Варвара.

А Опер уже подлетал к футболисту с пистолетом в руке. Карпов, ухмыляясь, ленивым голосом, врастяжечку, бросил:

– Ну и что? Мне выйти из машины, а руки положить на капот?

Опер стоял, наведя пистолет на Карпова. Он тоже усмехнулся.

– А как ты догадался?

Карпов леновато выбрался из своего низкого «Порше» и стал лицом к капоту. Нехотя положил руки на бок своей хищной спортивной машины.

– Ножки пошире раздвинь, – скомандовал ему Опер и обратился к стажерке: – Варюша, обыщи-ка этого Шумахера.

Варя выбралась из машины. Ноги у нее подрагивали от пережитого стресса.

Она подошла к Карпову. Тот стоял спиной к ней, равнодушно пожевывая жвачку. Варвара обыскала его – аккуратно и тщательно, как учили: карманы, подмышки, пояс, ноги.

– О, как приятно! – глумливым тоном проговорил футболист, когда его обшаривали Варины руки.

Она нахмурилась, с трудом сдерживая желание садануть нападающему по почкам.

– Все чисто, – стараясь оставаться бесстрастной, доложила она майору.

Тот сунул пистолет в наплечную кобуру и подошел вплотную к Карпову. Выражение лица у него было такое, что Варя поняла: он испытывает те же чувства, что и она, и будь перед Опером не известнейший футболист, а человек попроще, он бы непременно получил по мордасам.

– Ты зачем, парень, от нас бегал? – с угрожающей ласковостью вопросил Опер.

– «Зачем бегал, зачем бегал?» – лениво передразнил футболист. – Спроси меня лучше, зачем я вернулся.

– Ну, – усмешливым тоном произнес Опер, – и зачем же ты, спрашивается, вернулся?

– А я тебя пожалел. Ты б на своей лоханке меня сроду б не догнал.

– Пуля догонит, – угрожающе-ласково проговорил Опер.

– Стрелок, блин, – усмешливо сказал футболист. Он хамил милиционеру, потому что чувствовал, что надежно, словно броней, защищен своей известностью, болельщицкой любовью, многомиллионными контрактами.

– Ну, говорить будешь? – спокойно спросил оперативник. – Зачем бегал?

– А погулять захотел, – издевательски спокойно ответил Карпов, – надоело мне на базе сидеть.

– Я… – вдруг неожиданно даже для самой себя встряла Варя. Внезапная догадка, резкая и острая, словно электрический разряд, пронзила ее. – Я, кажется, знаю, почему он бегал… И зачем развернулся…

– Ну?.. – повернул к ней голову Опер.

Варя подошла к нему и шепнула:

– Он побежал, потому что хотел какую-то улику сбросить.

Опер кивнул: «Согласен».

– У нас в машине фонарик есть? – спросила Варвара.

– Не знаю. Пойди глянь. А ты, – обратился он к футболисту, – стой спокойно, как стоял.

Варя вернулась к милицейскому автомобилю. Слава богу, там в «бардачке» нашелся мощный фонарь.

Она взяла его, включила. Подошла к перилам моста. Посветила вниз. Видна была черная быстрая речка. Варя осмотрела в сильном свете фонаря левый берег, а потом правый. Может, футболист промахнулся. Может, на ходу выбросил улику – неведомую им пока – так, что она упала не в воду, а плюхнулась рядом. Нет, ничего необычного. Камни, палки, пустая бутылка, полузанесенная песком. Старое, с летнего пикника оставшееся кострище…

Варя перешла на противоположную сторону моста. Снова осветила берега. И там тоже пусто. Ничего подозрительного. Если Карпов даже и выбросил что-то здесь, на мосту, то попал с точностью пенальтиста прямо в воду. Впрочем, он мог выкинуть неведомую им улику где угодно по дороге. Он несколько раз отрывался от преследователей настолько, что его машина исчезала из вида. Возможностей у Карпова был миллион. Не станешь же теперь прочесывать обочины на дистанции в полтора десятка километров. Тем более непонятно, что искать…

– Здесь ничего, – доложила она Оперу.

– Следовало ожидать, – пожал плечами тот и добавил: – Ну-ка, последи за ним пока. А я его тачку обыщу. Глядишь, он чего-нибудь да недовыбросил.

Опер протянул Варе пистолет. Она взяла его в вытянутую руку и разместилась как учили: в трех метрах сзади от подозреваемого. Она не сомневалась в себе и знала: стоит Карпову выкинуть еще какой-нибудь фокус, и она с удовольствием разрядит в него обойму. Наплевать ей на его футбольную славу. Очень уж напугал ее и разозлил своей «лобовой атакой».