Знак предсказателя - Татьяна Полякова

– Нет, про то, что поцапались.

– А что, если действительно он?..

– Он же не совсем псих. Это ж не собаку отравить. И к Ире у него чувства были.

– Если не виноват, чего ему тогда сбегать?

– Из-за тетки. Она его достала. У Гоши предки погибли в автокатастрофе. И его тетка взяла, только ей Гоша на фиг не нужен, деньги его – вот что ей нужно. У Гоши предки богатые, а тетка – голодранка. – Это словечко в устах юной особы показалось забавным, она явно повторяла чьи-то слова. – Вот он из дома и ушел.

– Куда ушел?

– Не знаю, – вдруг испугалась Тоня. – Ира нам сказала: он не живет дома. Он вообще свалить отсюда хотел. И ее с собой звал. А она сказала «нет», дура она, что ли, с ним куда-то срываться. Вот они и поскандалили.

– А потом он исчез? Когда узнал, что с Ирой случилось?

– Я не знаю когда. Может, сразу сбежал, может – потом. Мы его в тот день не видели. И на следующий. И вообще не видели больше. Тетка его шум подняла уже после того, как полицейские приезжали. Из-за Иры.

– И потому подумали, что в ее гибели он мог быть виноват?

– Потому что мы про ссору рассказали. Мы вовсе не собирались Гошу обвинять. На самом деле он к ней хорошо относился, заботился… цветы дарил. И подарки. Деньги у него были.

– Это не Гоша, – вдруг произнесла Изольда. – Здесь все знают, кто это, но сказать боятся.

– Боятся? – переспросила я.

– Женщина в белом, – пискнула Изольда, схватила Тоню за руку, и они, визжа, понеслись вперед, туда, где за деревьями уже виднелись дома.

– Что скажешь? – повернулась я к Вадиму.

– Женщина в белом мне нравится, – с серьезной миной кивнул он. – Похоже, девчонки над нами потешались.

– В отличие от подруги Изольда к разговорам не склонна.

– Но заводила в тандеме она. Не хотел бы я оказаться на месте мужика, которого с ней судьба сведет, – усмехнулся он.

– Да уж. Взгляд ее, обращенный к тебе, был весьма красноречив.

– Вот именно. Сколько ей? Четырнадцать?

– Девочки взрослеют раньше мальчишек.

– Девочкам в этом возрасте положено влюбляться, а ей хотелось, чтоб ее трахнули, причем трахнул дядя в два раза старше.

– Да уж, на любовь с первого взгляда это не было похоже.

– Истинно, как слово Господне, – хмыкнул Вадим.

Он, взглянув на часы, достал из кармана мобильный, набрал номер.

– Бергману звонишь? – задала я вопрос, хотя могла и не спрашивать.

Вадим кивнул и сразу же заговорил:

– Привет. У нас все в порядке. Пока ничего, но наша Девушка считает, тут нечисто… да, почувствовала что-то.

Он протянул мобильный мне.

– Ты ее видела? – спросил Бергман.

– Да, – помедлив, ответила я.

– И что?

– Ничего. Показалась и исчезла.

– У меня есть новости. Во-первых, то, что касается самой девочки: утонула она без чьей-либо помощи. Хотя сомнения имели место. Я встретился с патологоанатомом, который проводил вскрытие. Синяки на руках его насторожили, но подруги сообщили, что они появились еще до купания. Куда интереснее вот какой факт: она была женщиной.

– И что здесь интересного? – фыркнул Вадим, который слышал наш разговор.

– Не рановато для четырнадцатилетней?

– Это уж как пойдет.

– С ее подружками мы успели познакомиться, – сказала я. – Видел бы ты, как они смотрели на нашего Воина. В общем, новость не особо удивила.

– Зато родители в шоке.

– Родители обо всем узнают последними. У Иры был парень, старше ее почти на четыре года. Ему вот-вот исполнится восемнадцать. Они собирались сбежать. Хотя, если верить подружкам, сбегать, похоже, собирался только он…

– Что касается парня. Уже после своего исчезновения он снял с банковской карты крупную сумму денег.

– Крупную – это сколько?

– Почти сто тысяч.

– Ничего себе. Откуда такое счастье?

– От богатого папы. Последний раз он снял деньги два дня назад. В банкомате на Суворова.

– Подожди. Получается, он в городе?

– И, судя по всему, никуда не уезжал. Деньги снимал в разных банкоматах, но всегда здесь. За исключением одного раза, пять дней назад. Банкомат в Чудово, это районный городок в сорока километрах от нас…

– Да, я знаю, где это.

– Ну что, беремся за расследование? – спросил Бергман.

А я поморщилась:

– Мы вроде бы уже взялись.

– Мы не были уверены, что это убийство.

– А сейчас что изменилось?

– У тебя есть сомнения? – удивился Максимильян.

– Нет, – вздохнула я, возвращая мобильный Вадиму.

Он закончил разговор и, сунув телефон в карман, спросил:

– Так ты уверена?

– Теперь уверена, – помедлив, сказала я.

От ужина с Ключниковыми мы отказались, скромно перекусили у себя и устроились на веранде с бутылкой вина, которую Вадим приобрел в местном магазине. Вино было на удивление приличным.

Вадим пялился на звезды, правой ногой выстукивая медленный ровный ритм, и вряд ли это замечал. Я не чувствовала в нем тревоги, скорее озадаченность. Что-то в его привычном восприятии этого мира сдвинулось и теперь раздражало своей неправильностью. Впрочем, это уже мои фантазии.

– О чем думаешь? – спросила я, он взглянул с удивлением.

– А ты не знаешь?

Я хмыкнула и головой покачала, а он продолжил:

– Димка жаловался, что ты с легкостью шаришь в его черепушке.

– Было бы чего шарить. – Я тут же пожалела о своих словах. Что в самом деле за напасть: стоило нам расстаться, и я веду себя как обиженная девица, хотя Димкиной вины в происходящем не больше, чем моей. – На самом деле я могу чувствовать эмоции. Чтение мыслей не по моей части.

– Переживаешь, что вы разошлись? – вдруг спросил Вадим, приглядываясь ко мне.

– Нет. Не переживаю. Какой в этом смысл?

Он пожал плечами:

– У меня иногда бывает, что ум с сердцем не в ладу. У тебя – нет?

– Бывает. По опыту могу сказать: в таких случаях лучше не делать резких движений.

– Понял, – кивнул он. – Не буду.

А я поспешила сменить тему:

– Этот парень… Гоша. Если он действительно ушел из дома… где-то он ночевал здесь, пока не сбежал окончательно.

– Ночи теплые…

– Спать под кустом радость небольшая.