Элитные грехи - Алексей Макеев

Борис продиктовал номер и, деловито убирая телефон в карман, спросил:

— У вас все?

— Пока все, — окинул его взглядом Станислав.

— Так что с Вероникой-то? — Борис, уже собираясь зайти обратно в дом, вдруг остановился.

— Девочка пропала, никто не знает, где она…

— Ну точно не здесь, — задумчиво качая головой, показал на свой коттедж Борис. — Но обыск у меня — только с ордером. Я формальности люблю. — Он вдруг сменил направление движения и подошел к двери, ведущей из двора на улицу. — Давайте я вас провожу — так будет лучше. А то сейчас уйду, а потом в машине у меня что-нибудь обнаружится…

Крячко хотел было сказать что-то язвительное, но сдержался. В конце концов, похоже, парень действительно здесь не при делах, а тратить усилия и нервы на ненужного в оперативном смысле свидетеля — непрофессионально. Успокоив себя этим оправданием, он, ни слова не говоря, вышел за калитку и пошел обратно в коттедж Крайновых.

Работа полковника Гурова по опросу свидетелей была чуть поприятнее, чем у Крячко. Ему предстояло познакомиться с семьей Рокотовых, с которыми, по уверению Натальи Крайновой, она общалась наиболее тесно в поселке. Более того, у Рокотовых был сын Виталик, который, по мнению Натальи Николаевны, мог бы составить достойную пару ее Веронике. Коттедж Рокотовых находился в некотором отдалении от крайновского, на другой линии и чуть дальше от въезда в поселок.

Гурова встретила семья в полном составе — папа Вадим Николаевич, мама Алевтина Владимировна и сын Виталик. Полковнику открыла мама — высокая худая блондинка с бледным лицом, которое сразу, как показалось полковнику, стало излучать настороженность и холодность.

— Да, мне звонила Наталья, говорила, что Вероника пропала, — произнесла она, стоя на лестнице.

— Вы довольно тесно общались, поэтому я хотел бы поговорить с вами, — пояснил Гуров.

— Я сразу предупреждаю, что мы ничего не знаем, — парировала Алевтина.

— И все же… Ведь ваш сын тесно общался с Вероникой…

— Виталик? — подняла белесую бровь Алевтина. — Встретиться два раза в месяц на пять минут вы называете тесным общением?

— Тем не менее поговорить надо.

Алевтина, изображая явное неудовольствие, пригласила полковника подняться на второй этаж. И там его сразу встретил глава семейства, который являл собой весьма доброжелательного на вид толстячка лет под пятьдесят. Он что-то жевал и прямо с набитым ртом вышел навстречу Гурову, невнятно проговорив:

— Добрый день, добрый день.

Рокотов собрался поздороваться с полковником за руку, потом спохватился, посетовал на свои испачканные руки и исчез в одной из комнат, чтобы привести их в порядок. Алевтина Владимировна, выглядевшая моложе своего мужа лет как минимум на десять, как показалось Льву, как-то презрительно посмотрела на него и пригласила пройти дальше. Постучав в одну из комнат, она приоткрыла дверь:

— Виталик, это насчет Вероники, из полиции. К тебе можно?

Гуров вошел в комнату. У стола за компьютером сидел молодой парень лет двадцати с совершенно обычной внешностью — среднего телосложения, русоволосый, в меру симпатичный. Пухлые губы придавали ему некоторую детскость.

— Я хочу поговорить с ним наедине, — тихо сказал Гуров, обращаясь к Алевтине.

Та, сделав недовольное движение бровями, пожала плечами и вышла из комнаты, а Лев подошел к молодому человеку и, взяв стоявший рядом стул, присел к нему.

— Виталий, ты, наверное, в курсе, что пропала знакомая тебе девочка — Вероника Крайнова.

— Да, в курсе, — вздохнул в ответ Виталик. — Но я ничего не знаю о том, где она могла бы быть. Мы практически не общались, хотя ее родители были бы не против… ну чтобы мы подружились.

— А ты, значит, дружить не захотел?

— Ну почему не захотел? Просто как-то она — ну в общем, замкнуто себя вела, а я… Ну тоже не очень…

— То есть никакой искры между вами не промелькнуло? — решил помочь ему Гуров.

— Да, — с облегчением согласился Рокотов-младший. — Да и потом…

— Что потом?

Виталий покосился на дверь, за которой, как подозревали и он сам, и полковник Гуров, напряженно прислушивается к разговору мать.

— Ну, так что потом? — понизил голос Лев, склонившись к парню ближе.

— Да был у нее парень! Просто она просила меня никому не говорить. Я и не говорил. Но сейчас она пропала, и я думаю, что сказать надо.

— Правильно считаешь, — похвалил парня Гуров, ободряюще взяв его за плечо. — Так что же это за парень?

— Я даже имени его не знаю, — развел руками Виталий. — Просто случайно увидел их вместе… Вероника кивнула мне издалека, я пошел своей дорогой, а при следующей встрече она попросила никому не рассказывать, что я видел того парня.

Гуров задумчиво покивал головой и спросил, вспомнив вчерашний разговор с Масловой:

— Его зовут Вова?

— Нет, не знаю, — отрицательно покачал головой Виталик.

— Что ж, спасибо и на этом. Точно не помнишь, как его звали? — на всякий случай переспросил полковник.

— Я вообще не знаю! — прижал руки к груди Виталий. — Говорю же, видел издалека, не здоровался и не разговаривал с ним.

Лев еще раз поблагодарил парня за разговор и вышел из комнаты. Алевтина, вопреки гуровскому предположению, за дверью не подслушивала, а о чем-то говорила с мужем на кухне. Полковник осторожно подошел к кухне, и до него донеслись ее слова:

— А надо делать так, как я тебе сказала!

— Аля, это было невозможно, — возражал муж. — Условия договора не предполагали этого, понимаешь!

— Условия ты определял сам — почему ты этого не предусмотрел? В результате мы потеряли уйму денег!

— Да какую уйму?! Десятка-другая в таких делах — ерунда. Скажи спасибо, что он вообще это подписал.

— Ты вспомни — в прошлый раз, когда ты меня послушал, все было гораздо лучше, — не сдавалась Алевтина.

На это муж не нашелся что ответить, и Гуров прошел в кухню. Алевтина стояла, прислонившись к кухонной стенке, а Рокотов сидел, допивая то ли компот, то ли квас.

— На сей раз у меня руки чистые, и я могу поздороваться с представителем правоохранительных органов, — сказал он, протягивая руку полковнику.

— Чистые в прямом и переносном смысле, — усмехнулась Алевтина. — Мой муж — один из немногих чиновников, который не берет взятки.

Не совсем поняв, что за этим стояло — гордость Алевтины Рокотовой за своего мужа или сожаление, Лев мысленно улыбнулся. Не то чтобы он совсем в это не верил, но… Хотя его нынешнее дело совершенно не имело отношения к тому, берет ли взятки чиновник Рокотов или нет. Пускай этим занимаются те подразделения, которым это положено.