Океан ненависти - Чингиз Абдуллаев

— Доброе утро, — устало поздоровался комиссар, — проходите исадитесь.

Олег Молчанов явился, одетый в строгий серый стюм. На нембыл очень дорогой галстук от Валентино. Дронго оценил и его оправу, тянувшую нанесколько сотен долларов. Да, дела фирмы шли неплохо, если финансовый директормог позволить себе так одеваться.

— Вы финансовый директор компании, которой руководил убитыйВиктор Кошелев? — уточнил комиссар.

— Да, — спокойно сказал Молчанов. Он сидел раскованно,словно на обычном деловом совещании.

«Как он управляется с такой женщиной, как Кира, — подумалДронго, — они ведь совсем разные люди? Он спокойный, сосредоточенный,вдумчивый, а она эмоциональная, резкая, прямая. Может, в единствепротивоположностей и есть условие идеального брака?»

— Вы можете назвать оборот своей фирмы? — спросил комиссар.— Если это, конечно, не секрет.

— Около двадцати миллионов долларов в год, — ответилМолчанов.

Комиссар и Дронго переглянулись.

— И кто теперь будет возглавлять фирму? — осведомилсякомиссар.

— В принципе у нас контрольным пакетом акций владел Виктор.Теперь, после его смерти, наверное, они перейдут к его сыну.

— У него есть сын? — спросил Дронго, даже не переведя ответаМолчанова.

— Да, но он развелся с женой два года назад. Хотя сыналюбил. Но еще больше любил свою свободу. Дронго перевел все комиссару.

— А его брат? — спросил Фикрет Явуз.

— Он владел несколькими процентами, — отмахнулся Молчанов, —Виктор никогда серьезно не рассчитывал на своего брата, зная его способности.Он ввел пост вице-президента по связям с общественностью специально для Юрия,который ничего не делал, а просто получал зарплату.

— Значит, после смерти Виктора его младший брат не сможетстать президентом фирмы? — уточнил комиссар.

— Что? — засмеялся Олег. — Да он же форменный кретин! Развеон может стать президентом. Нет, он ни при каких обстоятельствах не станет президентом.

— А ваш компаньон Рауф?

— Он всего-навсего компаньон, — пояснил Молчанов, — он неимеет к нашей фирме прямого отношения.

— Получается, что место президента можете занять вы? —подвел итог комиссар.

— Почему получается? — удивился Олег. — Если ничего неслучится, я и буду президентом. Это же и так ясно. Я думаю, собрание акционеровобязательно выдвинет меня.

— Вы смелый человек, — заметил Дронго. — Не боитесь, что васобвинят в убийстве Кошелева?

— Нет, не боюсь. У меня абсолютное алиби. После ужина мыпошли купаться, и я был все время в бассейне, пока не раздался крик.

— Вы купались сначала в открытом бассейне, а потом перешли взакрытый, — уточнил Дронго.

Олег снял очки, чтобы протереть стекла. Он был оченьблизорук. Было видно, как он моргает и, лишь надев очки, чувствует себянормально.

— Да, — сказал он, — а откуда вы знаете?

— Я сидел в это время на балконе, — объяснил Дронго, — моявилла как раз рядом с открытым бассейном.

— Странно, — удивился Молчанов, — а я вас там ие видел.

— Вы привезли вчера деньги? — спросил комиссар, и Молчановпервый раз смутился.

— Откуда вы знаете о деньгах? — в свою очередь спросил он.

— Нам рассказала ваша будущая супруга, — пояснил не безнекоторого злорадства Дронго.

Олег снова улыбнулся.

— Она сказала, что собирается быть моей супругой? — спросилон и, не дожидаясь ответа, заключил: — Женщины такие болтливые.

— Вы подтверждаете, что привезли вчера деньги?

— Да, подтверждаю. Двадцать тысяч фунтов стерлингов.

— На какой машине вы туда ездили?

— Мы взяли два автомобиля в аренду. Они стоят на стоянкекурорта, — пояснил Молчанов.

— Кроме вас, кто-нибудь знал об этих деньгах?