Русский с «Титаника» - Владимир Лещенко

Что по-настоящему изумило Ростовцева, так это количество подъезжающих дорогих машин – их тут было как бы не больше, чем во всем Петербурге.

Длинные «роллс-ройсы», похожие на кузнечиков «роверы», черные, основательные, как сундуки на колесах, «даймлеры», даже, кажется, мелькнул «руссо-балт».

Рядом с ними важно стояли шоферы – как на подбор в темно-зеленых и коричневых ливреях или в кожаных тужурках и крагах.

Были тут и паромобили – медленно, но верно сдающие позиции своим бензиновым собратьям. Ростовцеву только по дороге попалось три «стенли». Пару раз он заметил даже электроходы: австрийский «лорнер» и изящную американскую «коламбию». Из нее выпорхнула такая же изящная молодая дама в длинном зеленом платье в сопровождении горничной и болонки.

Неподалеку чумазый маневровый паровозик выволок на подъездные пути два роскошных пульмановских вагона – личный поезд какой-то важной персоны.

Их тут же облепили грузчики и посыльные и цепочкой, как муравьи, поволокли к лайнеру чемоданы, коробки… Юрий даже чуть задержался посмотреть, что за особа прибыла на собственном поезде, но из вагонов так никто и не появился, кроме пары ливрейных лакеев. Должно быть, граф или миллионер (или кто там еще) избрал другой маршрут, а это – всего лишь его багаж.

Обтекая машины, повозки и грузы, людской поток стремился на борт корабля, сталкиваясь с матросами, кочегарами, носильщиками и служащими компании «Уайт Стар Лайн».

– Ой, папа! Какой прекрасный корабль! Только подумать: на нем есть бассейн! А еще теннисные корты, театр, кафе, бары, оранжереи, даже магазины! А с палубы на палубу можно попасть на скоростном бесшумном лифте. О, это просто чудо! Как я рада, что мы поплывем на нем! – восторженно говорила девушка, вышедшая из наемного экипажа.

– Да я радовался бы еще больше, Дженни, если б не пришлось выложить за каюту восемь сотен фунтов, – озабоченно произнес отец семейства, по виду разбогатевший нувориш из низов.

– Не понимаю, из-за чего весь этот шум? – цедил в сторонке один джентльмен другому. – Он выглядит ничуть не лучше «Мавритании»! Да-да! Нужно было брать билеты на «Мавританию». И черта ж мне в этих турецкий банях, о которых корабельный агент прожужжал мне все уши?!

Но в основном толпа была настроена восторженно.

Слышались возгласы восхищения.

– Настоящий плавучий город!

– Погружено двести двадцать пять фунтов белужьей икры, тысяча центалов картофеля, тысяча сто центалов мяса, почти три тысячи дюжин свежих яиц…

– Корабль-великан, что и говорить!

Молодой моряк в обтрепанной куртке подошел к разносчику и небрежно выгреб из кармана горсть пенни.

– Эй, братец, налей пивка мне и моим друзьям! У меня в кармане еще звякает несколько медяков. Сегодня отчаливаем, так что когда, если не сегодня!

– Завидую тебе, будешь плавать на этом роскошном дворце! – бросил кто-то из товарищей лихого гуляки, не иначе напрашиваясь на даровое угощение.

– А главное – не потонет посудина! – хлопнул в ладоши моряк.

– А точно не потонет?

– Дожидайся! Непотопляемых судов не бывает!

– Не сомневайся, брат! – осклабился парень. – С нами плывет сам Джек Астор – миллионер каких поискать! Ты слышал, чтобы хоть один миллионер утонул?!

– Так-то оно так, – произнес подошедший немолодой моряк с обветренным, обожженным солнцем семи морей лицом. – Только я тут кое-что про этот кораблик слышал – это ж будет какой-то плавучий чемодан, набитый роскошью. По мне такое вообще не должно выходить в море.

Юрий прошел мимо толпы пассажиров третьего класса в грубошерстных потертых пальто, широких кепках и ветхих шляпах, выстроившихся в очередь внутри ограждения. Тут были все больше семьи ирландских эмигрантов. Было много маленьких детей – иные совсем крошки в пеленках.

Санитарный врач небрежно проверял их одного за другим, заглядывал в рот, выворачивал голову, изучая глаза на предмет трахомы.

«Как овцы в загоне на базаре!» – мимоходом пожалел бедолаг Юрий.

Тем не менее народ, похоже, был совсем не удручен.

Компания молодежи обоего пола выводила в разноголосицу под старую волынку: