Танцы с бубнами - Дарья Калинина

— Тракен! — расхваливал его продавец. — Хоть в спорт, хоть в упряжь! Отдаю за копейки! Вырастет, и глазом не успеешь моргнуть.

Ну, копейки или не копейки, а тридцать тысяч за Ветерка все же пришлось выложить. То есть больше тысячи долларов по тем временам. За жеребенка не так уж и мало. Зарабатывала эти деньги Леля долго и с трудом, а отдала быстро и с радостью.

А вот рос Ветерок и впрямь не по дням, а по часам. И очень скоро стало ясно, что с чистотой породы у этой лошади прежний хозяин что-то напутал. Ну не был похож Ветерок на скаковую лошадь. Слишком тяжелый у него был шаг, слишком массивная голова и короткие оказались ноги. А вот масть была хороша: темно-рыжий, почти красный, а хвост и грива белые. Игреневый красавец! За эту масть Леля его и выбрала.

Над ней потом частенько посмеивались более опытные конники: купила лошадь за масть, но Леле было все равно. Это был первый настоящий конь, который принадлежал ей весь с потрохами, и Леля считала, что он прекрасен! Это была та самая любовь, которая возникает из ниоткуда и разрушить которую не могут ни годы, ни расстояния, ни вразумления более мудрых друзей.

И все бы ничего, но характер у Ветерка оказался не ахти. Не любил он быть послушным. В чем тут было дело, сказать трудно. То ли Леля была слишком неопытна и многое Ветерку прощала, то ли дело было в самом коне, но он очень быстро понял, что из хозяйки можно веревки вить, чем успешно и пользовался. Много ел, мало работал. Если его все же пытались нагрузить работой, быстро и чрезвычайно убедительно заболевал. Стоял понурый, тяжело вздыхал, поджимал то одну, то другую ногу. Воплощение больного, нуждающегося в уходе и заботе животного.

Но стоило снять с Ветерка нагрузки, конь тут же выздоравливал. И скакал по леваде, и резвился с другими лошадьми, и никакие недуги его не тревожили вплоть до того момента, как надо было седлаться и идти работать. Тут Ветерка снова прижимало с новой силой, чуть не падал со всех своих четырех ног, бедняга. В общем, хитрил конь, как мог, отлынивал и увиливал столь виртуозно, что в конце концов даже безоглядно любящая его Леля поняла: вершин спортивного Олимпа с таким партнером не покоришь.

— Продай ты его, — советовали Леле друзья. — Не для тебя конь. Какая-нибудь баба в деревне будет счастлива иметь такого для своих ребятишек.

Но и для детского проката Ветерок не очень-то годился. Любил он подурачиться, совсем не считаясь с возрастом своих седоков. И очень часто Леле приходилось мчаться за уносящимся куда-то в одному ему ведомую даль Ветерком, на спине которого орал от ужаса маленький всадник. Хорошо, если дело обходилось одним испугом, куда чаще неопытные ребята слетали с коня, а их возмущенные родители пытались потом подать в суд на Лелю.

Апофеозом такого поведения стала ситуация, когда Ветерок, катая шестилетнего мальчика Витю, учуял проходящую неподалеку кобылу в весьма интересном для него положении и рванул за ней. Как на грех, наездник из Вити обещал получиться хороший, несмотря на юный возраст, держался он за лошадиную гриву крепко, падать не собирался, и вместе с Ветерком они попытались оседлать кобылу, которая и сама тоже была под всадником.

Издалека Леля могла лишь наблюдать за тем, как ее любимец пристраивается у крупа кобылы, делая недвусмысленные движения тазом и всей своей задней частью. А кобыла и ее всадник более или менее успешно пытаются увернуться от возвратно-поступательной атаки незваного кавалера. И все это представление сопровождается отборным матом хозяина кобылы и истерикой Витиной мамы, как на грех пожелавшей присутствовать на занятии.

— Продай! — снова твердили Леле все вокруг. — Тебе с таким обалдуем не справиться. Посмотри на себя, ты же травиночка. Конь тебя совсем не слушается.

Но Леля все еще пыталась дать своему любимцу шанс.

Поручила Ветерка своему жениху Сереже, а сама уехала на недельку к бабушке в другой город: отдохнуть, собраться с мыслями.

Когда вернулась, то, к своему негодованию, обнаружила, что Сережа превысил полномочия и распорядился судьбой Ветерка по своему разумению. Попросту говоря, лишил Ветерка некоторых деликатных частей организма.

В первый момент Леля просто не поверила своим глазам.

— Ты… ты что наделал?

Но Сергей ничуть не смутился.

— Так будет лучше! Поверь мне! Ветерок станет спокойней, ты сможешь с легкостью с ним управляться.

— Ты тоже поверь! — прошипела Леля. — Поверь, что между нами все кончено!

Сережа обиделся, обозвал Лелю неблагодарной и потребовал, чтобы, коли уж она ему больше не невеста, возместила стоимость проведенной Ветерку операции.

В ответ Леля послала Сережу по известному адресу, посоветовав ему пришить себе то, что отрезал у ее коня.

Сильней всего Лелю обижало то, что никто из окружающих не понимал причины ее негодования.

Подруги в один голос сказали:

— Дура ты, Лелька! Хороший был парень, о тебе заботился. Зачем прогнала? Кто теперь на тебя позарится?

Леля хорохорилась:

— Кто-нибудь да найдется.

— Ты же из своей конюшни не вылезаешь. А много у вас там женихов, кроме Сереги, который тебя теперь за три километра обходит? Сиди теперь со своим конем, он — мерин, ты — синий чулок! Прекрасная парочка, друг друга стоите!

С подругами Леля поссорилась, хотя и не могла не признать, что кое в чем девчонки правы.

И даже их старый конюх дядя Петя, любитель выпить и поболтать по душам, и тот высказался:

— Зачем Серегу прогнала?

— А зачем он так с Ветерком поступил? Да еще без моего ведома!

— Правильно Серега все сделал. А яйца у твоего Ветерка вообще были высший класс! Деликатес!

— Вы их съели?

— Под водку отличная закуска пошла. Поджарил и отметил новую жизнь твоего Ветерка.

И пока Леля пыталась выговорить то, что накопилось у нее, дядя Петя сказал:

— У тебя самой рука бы не поднялась, вот он за тебя и решил. Мужик! Уважаю!

— Да-а-а, — проныла Леля, — может, я жеребят хотела от Ветерка получить. А вы их отрезали и съели!

— Твой Ветерок на племя все равно не годится, безродная скотина, к тому же тупая и упрямая. Куда такому размножаться?

— Как же быть, дядя Петя? Ветерок для выступлений не подходит, ему в прокате и то еле-еле место найдется. А я выступать хочу. Мне новый конь нужен, а хороший больших денег стоит.

— Коли денег в обрез, то мой тебе совет такой: хочешь хорошего жеребенка — сделай финт ушами.

— Это как?

— Где хочешь, займи денег, но купи себе скаковую кобылу благородных кровей. Покрой ее отличным производителем, а как родит, кобылу продай. Долги раздашь, а жеребенок у тебя в плюсе останется.

Леля совету мудрого дяди Пети вняла, но не так скоро, как хотелось бы.