Выстрел в ночи - Наталия Антонова

И тут сообразила, кто же он на самом деле, и, привскочив с диванчика, воскликнула:

– Так вы внук своего деда!

– Естественно, я внук своего, а не чужого деда, – хмыкнул он довольно.

– А где же сам Артур? – спросила она, затаив дыхание.

– Дед скончался два года назад, – ответил он спокойно.

– Вы разбили мне сердце! – воскликнула она, прижав руки к груди, и тихо заплакала.

– Это не я, а судьба, – строго сказал он и потряс ее за плечи, – все-все, довольно слез. Я не переношу мелодрам и прочей лабуды.

– Прямо как ваш дед, – проговорила она и стала вытирать слезы тыльной стороной ладони.

Он достал из кармана белоснежный платок и протянул ей:

– Вот, высморкайтесь. Кстати, – он посмотрел на нее подозрительным взглядом, – дед говорил мне, что вы особа неэмоциональная и даже в некотором роде, – добавил он осторожно, – сухая.

– Так и есть, – вздохнув, подтвердила она, – просто все так неожиданно… Ведь прошло пятьдесят лет.

– И чего же вы тогда ревете? – спросил он.

– Я не реву, я плачу, – проговорила она голосом обиженной девочки.

– Какая разница!

– Просто все это время я думала, что Артур счастлив.

– Он и был счастлив, – уверенно ответил внук.

– А зачем вы приехали?

– Дед перед смертью расчувствовался и попросил меня присмотреть за его первой любовью.

– Но ведь вы сказали, что Артур умер два года назад, – она посмотрела на него непонимающими глазами.

– Точно, – подтвердил он, – два года назад, – и, поняв причину ее недоумения, разъяснил: – Просто тогда я не мог приехать, только начал строить свою карьеру.

– А теперь?

– А теперь в вашем городе появился филиал нашей конторы, – по его губам скользнула ироничная улыбка, – решив, что настала пора выполнить данное деду обещание, я попросил перевести меня сюда.

– И что вы собираетесь теперь делать? – поджала губы Андриана.

– Работать и присматривать за вами.

– За мной не надо присматривать, – отрезала она.

– Ну, это мы решим потом, а пока не выпить ли нам кофе?

– Кофе в шкафчике, – сказала она, – кипяток в чайнике.

– Так у вас что, растворимый кофе? – скорчил он уморительную физиономию. Она невольно прыснула.

– Вот видите, – проговорил он наставительно, – у вас даже кофе нормального нет. А еще говорите, что за вами не надо присматривать.

– Так я же сказала, что в шкафчике есть растворимый, – обиделась она.

– Я бурду не пью! – так же уверенно, как когда-то его дед, заявил внук.

Андриана пожала плечами.

– А турка у вас есть?

– Нет.

– А мельница?

– Какая еще мельница?

– Да уж не ветряная, – насмешливо проговорил он, – мельница, чтобы кофе молоть!

– Нет.

– Мрак!

На следующий день Артур принес кофейные зерна, сковороду для их обжаривания, турку и мельничку, объяснив, что получает удовольствие от перемалывания зерен вручную. С тех пор он сам варил кофе на кухне Андрианы.

Она не спала тогда всю ночь, вспоминая знакомство со своим Артуром на новогоднем балу в летном училище. И их любовь! Такую трогательную и ранимую. И их разлуку, как оказалось, навсегда. Хотя она все эти годы, не признаваясь в этом даже себе самой, ждала его.

И вот, пятьдесят лет спустя вместо Артура-старшего порог ее квартиры переступил его внук. Как же он был похож на своего деда в юности! Каждый раз, когда Андриана смотрела на него, у нее захватывало дух. И вскоре она уже не представляла своей жизни без его присутствия в ней. Нисколько не сомневаясь в его порядочности, она дала ему ключи от своей квартиры.

– Зачем? – спросил он.

– Так, на всякий случай, – проговорила она, краснея от смущения, как девчонка.

Ключи он взял и, сунув их небрежно в карман, проговорил:

– Раз вы считаете, что это необходимо, пусть они будут у меня.

Но, насколько она знала, первые полгода он старался не приходить в ее отсутствие. Только в редких случаях, когда она сама его просила об этом. Вот, например, во время ее отпуска, чтобы кормить кошек и поливать цветы.

На этот раз она сначала услышала два коротких звонка, затем звук проворачиваемого ключа и щелчок замка. Потом из прихожей донесся его голос:

– Андриана, ты дома?

– Да, – ответила она.

Насчет того, как они перешли на «ты», наверное, стоит рассказать отдельно.

– Послушай, Андриана! – однажды предложил Артур, – давай перейдем на «ты»!

– Что? – изумилась Андриана Карлсоновна, которая привыкла, что ее в силу профессии уже почти пятьдесят лет называют по имени-отчеству и только на «вы».

– Понимаешь, – попытался объяснить Артур, – дед так много мне о тебе рассказывал, что в моем воображении давно нарисовался образ милой, наивной девочки.

– Я за твое воображение не отвечаю! – отрезала Андриана Карлсоновна.

– Но ведь ты так и осталась девочкой! – воскликнул он.

Андриана Карлсоновна густо покраснела.

– Извини, – улыбнулся он, – я имел в виду возраст.

Андриана Карлсоновна вскипела от негодования.

– Прости за бестактность, – продолжая улыбаться, проговорил он и спросил:

– Так что, договорились?

Она посмотрела на него внимательно и поняла, что их с Артуром разделяют не просто несколько поколений, а целая эпоха. И вдруг ей отчаянно захотелось перепрыгнуть через эту пропасть и оказаться вместе с ним в новом времени. Она зажмурила глаза и кивнула.

– Ну, вот и умничка, – обрадовался он и протянул ей руку ладонью вверх. И она изо всей силы шлепнула по ней своей маленькой ладошкой. – Какой же ты молодец, Стекляшкин! – рассмеялся он и на всякий случай отскочил от нее подальше. Потому что, судя по блеску ее глаз, на этот раз ему точно досталось бы на орехи.

Стекляшкиным давным-давно дразнил ее дед Артура, прозвище это было придумано в честь астронома – героя Носова из «Приключений Незнайки». Ведь Андриана когда-то мечтала выучиться на астронома и работать в обсерватории, наблюдать за небом и делать открытия, как ее любимый Николай Коперник. Кстати, портрет именно этого астронома всегда стоял на столике в ее спальне. На этой репродукции астроном был еще совсем молодой и мечтательный, как она сама в юности.

Андриана не любила, когда Артур-старший называл ее Стекляшкиным, и уж совсем не собиралась спускать это его внуку. Но Артур-младший, как и старший когда-то, все делал по-своему.