Enter - Карл Ольсберг

— Ты что не в свои дела лезешь, глист! — произнес он негромко, однако нарочито агрессивно.

Йаап обуздал всколыхнувшуюся в нем злость, поднял руки вверх и выдавил из себя улыбку.

— Ладно! Рамос наверняка забил гол. С того расстояния он вряд ли бы…

Физиономия грубияна еще больше помрачнела. Его глаза налились кровью, и Йаап по исходившему от него запаху понял, что парень принял на грудь явно больше пары кружек пива.

— А ты что, гребаный ясновидящий, что ли?

— Ладно, ладно! Нам всем нужно успокоиться. Просто отключилось электричество!

— Ты придурок или как? Просто отключилось электричество? Именно в тот момент, когда Рамос бьет по воротам? Ты еще скажи, что это простое совпадение!

Йаап не знал, что ответить.

— Я тебе сейчас скажу, что это, — продолжил тип. — Это — подстава! Они хотят, чтобы мы не увидели, как в последний момент Рамоса зафолят! А сраный судья не засвистит! Они там сговорились! Сначала они его подкупают, чтобы он не забил, а потом его фолят! Они же просто хотят от нас отделаться!

Вряд ли можно было переплюнуть этого типа в нелогичности, однако, похоже, стоявших рядом это не смущало.

— Да ну? Рамоса зафолили? — прокричал кто-то.

— Судью на мыло!

— И никакого одиннадцатиметрового!

— Кидалово!

Йаап умоляюще воздел руки вверх.

— Что за чушь! Рамоса никто не зафолил!

— А тебе почем знать? — гаркнул какой-то лысый тип.

— Да, почему это ты так уверен? — спросил чей-то голос.

— Я не знаю, — ответил Йаап. — Никто из нас не знает, как закончилась игра! Потому что отключилось электричество, и телефоны не ловят сеть.

— Если ты не знаешь, то зачем тогда лезешь не в свои дела?

— Точно! — заорал татуированный. — Ты просто хочешь, чтобы мы не врубились, что тут за игра идет! Да ты — один из этих сраных дортмундских паразитов!

— Послушай, я — такой же берлинец, как и ты…

Но достучаться до здравого смысла этого типа было уже невозможно. Левой рукой он схватил Йаапа за воротник куртки, а сжатой в кулак замахнулся.

— Сейчас я тебе как…

Йаап молниеносно вырвался, перехватил заведенную над ним руку и заломил ее за спиной у татуированного, от чего тот, присев, взвыл от боли. Зеваки в ужасе отскочили в стороны, пивные кружки полетели на пол и разбились вдребезги.

— Хватит! — закричал Йаап. — Я уголовный комиссар Йаап Клаузен. Если ты хоть один мускул напряжешь, я тебя арестую за нарушение норм общественной морали и сопротивление полиции, понятно?

— Да-да, понятно, — простонал мужчина. — Я же не знал, что ты… то есть что вы из полиции.

Йаап отпустил его.

— Теперь все расходятся по домам и смотрят в Интернете, чем закончилась игра! И если у кого-то еще есть желание похамить тут, то он будет иметь дело со мной, понятно? И не забудьте каждый оплатить свой счет!

Несколько человек недовольно поворчали, но большинство повиновалось распоряжению Йаапа. Татуированный первым вытащил бумажник и положил на барную стойку «двадцатку». Бар постепенно опустел.

Когда до Йаапа дошла очередь платить, хозяин замахал руками.

— Тебе пиво — за счет заведения! Если бы не ты…

— О’кей, спасибо.

— Тебе спасибо!

— Но ведь и правда, ужасно досадно, что электричество вырубилось именно в это время! — заметил Даниель. — Прямо в самый напряженный момент! Действительно, легко подумать, что это было сделано нарочно!

— Только не начинай, — ответил Йаап. — Давай лучше подумаем, как узнать, чем все закончилось.

На улице царил хаос. Движение было парализовано, автомобили сигналили. Наверняка где-то поблизости произошла авария из-за выключения светофоров. Люди стояли на тротуаре и живо обсуждали происходящее. Из дома вышел мужчина, и Йаап обратился к нему:

— Извините, вы не знаете, чем закончилась игра?

— Какая игра?

Он спросил еще у нескольких человек, но никто не знал исхода матча. Лишь одна женщина лет шестидесяти с седыми кудрями громко негодовала из-за того, что телевизор выключился как раз в тот момент, когда «у лентяя Рамоса была возможность хоть немного отработать свои баснословные гонорары». В целом настроение царило мирное, даже приподнятое, как во время городских празднеств. Отключение электричества было непривычным, но не устрашающим событием. Из-за него незнакомые люди принялись общаться, вместо того чтобы, как обычно, игнорировать друг друга. Все сошлись во мнении, что виноваты в случившемся изношенные берлинские электросети, обслуживанием которых занималась частная компания. Совсем недавно на городском референдуме решался вопрос о возвращении сетей в собственность муниципалитета, однако немного не хватило голосов.

Метро тоже не работало. Йаапу придется прошагать без малого четыре километра, чтобы вернуться в свою квартиру в районе Фридрихсхайн. Он попрощался с Даниелем, который жил неподалеку.

— Позвони мне, когда узнаешь, чем закончилась игра, — попросил его друг.

— И ты мне позвони. Как только вернется сотовая связь.

— Есть же городские телефоны.

— Они без электричества тоже не работают.

— А я думал, что работают. Раньше дисковые телефоны работали безо всяких там розеток.

— Раньше — да, а сейчас все на «цифре», а без электричества серверы отключены.

— Как бы там ни было, позвони мне, когда сможешь.

— Позвоню.

До квартиры Йаап добрался спустя полчаса, электричества по-прежнему не было. Похоже, что энергоснабжение отключилось во всем городе. По крайней мере, по пути домой повсюду была одна и та же картина: жестикулирующие люди, сигналящие автомобили, снующие туда-сюда пожарные или полицейские машины, которым приходилось с помощью сирен и проблесковых маячков прокладывать себе дорогу через забитые улицы.

Аккумулятор его ноутбука был полностью заряжен, однако DSL-соединение отсутствовало. Чтобы узнать исход матча, он решил опросить соседей и постучался в дверь к румынской семье с двумя детьми. Дверь открыла молодая мать.

— Извините, нет ли у вас случайно радио?

— Радио? Да, у нас есть. Но не работает, электричества нет.

— Я имею в виду радио с батарейкой. Маленькое, переносное.

— Нет, не думаю. У нас — телефон, чтобы музыку слушать.

— Ладно.

— У вас машина есть? Можно послушать радио в машине.

Йаап сдержался, чтобы не стукнуть себя по лбу.

— Прекрасная мысль, спасибо!

Он вернулся в свою квартиру, взял ключ от машины и направился в соседний переулок, где когда-то с большим трудом отвоевал себе личное парковочное место. Дороги были по-прежнему парализованы, однако ехать он никуда не собирался. Просто уселся в серебристый трехдверный BMW и включил радио. Станция, которую он обычно слушал, вещала лишь шум. Другие станции, похоже, тоже выключились. Работало лишь публично-правовое радиовещание.

«…на всей территории города. Представитель компании — поставщика электроэнергии заявил, что причина отключения не установлена и специалисты усиленно работают над решением проблемы».

Об игре, финальный свисток которой прозвучал