Когда отступать некуда, дерутся насмерть - Анна Малышева

– Когда придешь домой? – спросил парень.

– А я не знаю. Думала, нас отпустят… Фига. Ты Мартына из садика забрал?

– Сейчас заберу.

– Ты проследи, чтобы он взял с собой машину. Утащил ее в садик, еще украдут.

– Ладно, – парень поманил ее: – Ну, иди сюда.

Они поцеловались, перегнувшись через прилавок, и он ушел. Настя блаженно потянулась, потерла руки, подышала в ладони, взвесила подошедшему покупателю два килограмма бананов.

В шестом часу в зал вошла Ванесса, грустная, утомленная, и стала вызывать из зала одну девушку за другой. В ее кабинете сидел следователь. Девушки возвращались быстро. Покупателей было много, они не могли поговорить и только пожимали плечами, глядя друг на друга. Настю следователь тоже надолго не задержал. Ее спрашивали, что она видела, не заметила ли кого-нибудь возле машины, когда покупатель был в магазине. Настя отвечала, что ничего не заметила. Ее спросили, часто ли тут бывал этот человек, знакома ли она с ним, что о нем знает? Настя четко отвечала, что раньше этот покупатель тут бывал, она знает его в лицо. Но как его зовут, кто он, чем занимается – понятия не имеет. Когда машина взорвалась, она как раз укладывала в витрину только что поступившие плоды авокадо и в окна не смотрела. К тому же на всех окнах были опущены жалюзи.

Ее отпустили, она вернулась за прилавок. Теперь ей было не холодно – всю заливал жар. Этот следователь напомнил ей того, другого…

…Сейчас ей было двадцать три года. Далеко уже не девчонка. И когда следователь задавал ей вопросы, она отвечала спокойно, уверенно, глазом не моргнула. А тогда ей было семнадцать. Шесть лет назад. Никакого жизненного опыта, никакого самообладания. Как же ей тогда удалось не сорваться при даче показаний? Ведь она в те дни была в истерике, истерика была внутренняя, глубоко упрятанная. Достаточно было легкого толчка, чтобы Настя сказала не то, что нужно… Она проходила по делу свидетелем, хотя должна была попасть в другую категорию. Она должна была стать одной из обвиняемых, да еще в групповом деле. Хулиганство. Драка с применением холодного оружия.

Она пошла на дискотеку. Пошла одна, но на дискотеке должна была встретиться с подругой – Лерка танцевала в группе, выступавшей то на одной дискотеке, то на другой.

Исполнив свою программу – спортивный рок-н-ролл, брейк, ламбаду, – группа переодевалась и спускалась в зал. Кто-то спешил домой и сразу уходил. Кое-кто оставался потанцевать в зале. Лерка никогда не уходила после выступления. Она искала среди танцующих Настю, и они вместе танцевали до упаду, пока дискотека не кончалась. Обе были заядлые плясуньи, только Лера – профессионал, а Настя – любитель.

В тот раз все шло, как обычно. Вместе с Лерой после выступления остались еще две девчонки из группы. В зале оказались их знакомые парни. Образовался свой кружок, веселились, привлекая всеобщее внимание.

Вскоре Настя услышала голос Леры:

– Погляди направо.

Настя поглядела. У стены стояли какие-то жуткие девицы. Причесанные «под метелку», с грубыми дегенеративными лицами, уродливо раскрашенные, в мешковатых длинных юбках, по тогдашней моде…

– Ну и что? – спросила Настя.

– Они на нас смотрят уже полчаса. Видишь, какие рожи?

Настя видела. Одна похожа на крысу – острый наглый носик, крохотные, безобразно подведенные глазки, тупое выражение лица. Другая – сущая обезьяна. Третья – вроде бы ничего, но лицо испитое, бессмысленное, нарумяненное, как на панель. Девицы нагло их разглядывали – в упор, с неприкрытой угрозой.

– Что это они? – спросила Настя.

– Мы танцуем с их парнями. Мы тут чужие. Знаешь, лучше бы нам сейчас уйти…

И это говорила Лера! Лера, которая готова была танцевать хоть в преисподней, если играла музыка… Настя не слишком встревожилась:

– Но мы же не одни. С нами ребята.

– А что – тебя кто-то проводит до дома? Ты уже договорилась?

Нет. Настя ни с кем из парней не договорилась. И не собиралась этого делать. Они видела их в первый раз и возможно, в последний. Зачем ей эти туповатые парни с рабочей окраины Москвы? Тут ей действительно стало не по себе. Они с Лерой жили довольно далеко отсюда – только на метро надо ехать сорок минут, и кроме метро еще на троллейбусе до дома… До одиннадцати часов оставалось совсем немного. Дискотека скоро должна была кончиться. Зима. Мороз. На улице – темень, хоть глаз выколи. Незнакомый район. И эти девицы у стены…

– Уйдем, – решительно сказала Лера. – Давай, танцуй к выходу.

Никого не предупредив, они пошли через танцующую толпу. За ними потянулись девчонки из Леркиной танцевальной группы – они тоже заторопились домой. Но далеко им уйти не пришлось. Лерке и танцоркам надо было забрать свои костюмы – они раздевались в комнатке за сценой. Пока искали ключ, пока ждали – девицы оказались тут как тут.

Все началось без предисловий.

– Дурацкий у тебя значок! – Короткие грубые пальцы с красными лакированными ногтями вцепились в джинсовую куртку Насти. На груди у нее действительно был значок с изображением Майкла Джексона.

– Сними! – Пальцы сильно рванули значок, но он держался крепко. Легонько треснула потертая джинсовая ткань. Девица с крысиным личиком грязно выматерилась ей в лицо.

У Насти вдруг задрожали губы. Это было очень заметно, и «Крыса», как она окрестила девицу, решила, что Настя перепугалась.

– Девчонки, – вмешалась рассудительная Лерка. – В чем проблемы?

Вместо объяснений полился поток мата. Ругалась «Крыса». «Обезьяна» молча прижала к стене одну из танцорок. Та побледнела. Третья девица неожиданно толкнула Леру в грудь:

– Ты где живешь?

Лерка промолчала. Губы у Насти все тряслись. А «Крыса» продолжала откручивать значок, издевательски глядя ей в глаза. И вдруг Настю окатила горячая волна. Это пришла ярость, и губы дрожать перестали. Она схватила девицу за тощую шею и сдавила что было сил. Та хрипло вскрикнула…

В конце коридора послышался шум. Это закончилась дискотека. Настя разжала пальцы. «Крыса» хрипло материлась, часто сплевывала на пол, Лера схватила Настю за руку и потащила ее к выходу. Танцорки бросились за ними. Их могла спасти общая суматоха. Они могли незаметно убежать из этого Дворца культуры, поймать машину, добраться до метро… Доехать до дома у них бы денег не хватило. Они могли бы поискать знакомых парней…

Но ничего этого у них не вышло. Едва они оделись в гардеробе, вышли на улицу, повернули за угол – как сразу поняли – драка неизбежна. К ним подошла «Крыса». Она сжимала в зубах горящую сигарету, молча смотрела на Настю. Та поняла – их ждут, им не уйти. Оглянулась… И увидела, что противниц стало больше. Теперь у стены стояло человек десять. Лерку уже схватили за локти и держали сзади. Танцорок, видимо, прижали к стене. «Сейчас нас будут убивать…» – подумала Настя. Она могла убежать, у нее было более выгодное положение – рядом одна «Крыса». Но как же Лерка? Прежде чем Настя позовет кого-нибудь на помощь, от Леркиного точеного личика ничего не останется… Если не убьют, то навсегда изуродуют. У этих девок наверняка есть кастеты или даже ножи…