Огни морского дьявола - Ольга Баскова

В трубке воцарилось молчание.

– То есть как – пропал?

– Дежурный по низам хватился его еще до вечерней поверки, – пояснил Павел. – На нее он тоже не явился. Я дал команду проверить все помещения.

– И что же? – рявкнул Кочкин.

– Безрезультатно.

– Сейчас буду. – И он отключился.

Лазаревский побежал к Гладышеву, стоявшему на корме, чтобы сообщить ему о приезде начальства. Он знал: Сергей Петрович сейчас разбудит своего заместителя по воспитательной работе, капитана третьего ранга Андрея Егоровича Паршикова, добродушного, толстоватого, низенького человека, и они немедленно разовьют бурную деятельность. Это его немного успокоило. Оба начальника давно служили на кораблях, повидали всякое и наверняка лучше его знали, что в таких случаях надо делать. Гладышев тоже постепенно начал успокаиваться.

– Не сквозь землю же он провалился, – сказал Игорь, услышав о приезде командира и зама по воспитательной работе. – Сейчас они проведут следствие и быстро отыщут парня.

– Ты же сам говорил: Петряков не мог сбежать, – процедил Лазаревский, злясь на себя за нехорошие предчувствия. Гладышев тоже перешел на «ты». Молодые офицеры были товарищами.

– Да всякое бывает в этой жизни, – пробормотал юноша. – Вон и начальство едет.

Военный зеленый «уазик» затормозил у причала. Из машины торопливой походкой вышли двое мужчин. Один – высокий и худой, как колодезный журавль, другой – низенький, плотный, с фигурой боксера среднего веса. Худой был командиром корабля капитаном второго ранга Кочкиным, а второй – его заместителем по воспитательной работе. Они взошли по трапу, и молодые офицеры отдали честь.

– Ладно, – пробурчал Сергей Петрович. – Пойдемте ко мне в каюту. И вызовите старшину Цепкова. Я хочу знать, что делал и о чем думал этот матрос и почему он сбежал.

Гладышев помчался исполнять приказ. Начальники и старший лейтенант вошли в кабинет командира. Он указал им на диван:

– Присаживайтесь.

Паршиков сразу устроился поудобнее, словно собираясь слушать интересный рассказ, а Лазаревский продолжал стоять. Кочкин нахмурился:

– Садись, старлей. В ногах правды нет.

– Слушаюсь, товарищ капитан второго ранга!

– Не ори, – поморщился командир. – Не на плацу. Давай докладывай, что к чему.

Павел начал подробно рассказывать, как они обнаружили исчезновение матроса и какие действия предприняли. Вскоре к ним присоединились Игорь и старшина Цепков, маленький веснушчатый и очень толковый тридцатилетний мужчина.

– Значит, на занятиях по специальности он был, – Кочкин задумчиво потер переносицу, – а потом исчез в неизвестном направлении. Как же так получилось?

Подчиненные молчали.

– Давайте-ка еще раз обыщем корабль, чтобы не осталось ни одного неохваченного помещения, – отдал команду начальник. Ему становилось не по себе. Несмотря на двадцатилетний офицерский стаж, он всегда терялся, когда происходили ЧП подобного рода. Слава богу, в последний раз беглого поймали. Но в его памяти всплыл один старый и очень неприятный случай. Тогда Сергей Петрович был еще капитан-лейтенантом и служил на крейсере. Во время их трехдневного похода пропал матрос. Его так и не нашли, и командир предположил, что парня скинули за борт старослужащие. Замполит даже догадывался, кто это мог сделать, но, как говорится, не пойман – не вор. Вся тяжесть наказания легла на плечи начальства.

Паршиков листал личное дело матроса.

– Странно, как он решился на самоволку, – удивленно проговорил заместитель командира. – У него положительные характеристики. Студент, очень покладистый и исполнительный. Может, что-нибудь произошло с его близкими? С кем дружил этот Антон Петряков?

– С Иваном Зинченко, кажется, – подумав, ответил Гладышев. – Их забирали на флот из одного института.

– Немедленно приведи его сюда, – приказал Паршиков.

Игорь бросился в помещения для матросов и вскоре вернулся с нескладным юношей, протиравшим заспанные глаза. Иван уже успел заснуть, и лишь грозный окрик командира заставил его подняться с койки. Увидев Кочкина, матрос смутился. Сергей Петрович сурово посмотрел на него:

– Где твой дружок?

Зинченко заморгал белесыми ресницами:

– Какой?

– Как разговариваешь с капитаном второго ранга? – повысил голос Лазаревский.

Матрос вытянулся в струнку:

– Прошу прощения, товарищ командир.

Кочкин махнул рукой:

– Давай, рассказывай про своего товарища. Где Петряков? Куда исчез?

– Исчез? – вновь удивился парень. – Он никуда не исчезал, товарищ командир. Антона отпустили в увольнение.

Кочкин побагровел:

– Ты что, устава не знаешь?! Кто отпускает в увольнение?

– Командир корабля, – не очень уверенно ответил Зинченко.

Сергей Петрович кивнул:

– Твой друг сказал тебе, что я его отпустил?

Матрос покачал головой:

– Нет, не вы. Его отпустил капитан-лейтенант Мирзаев.

Капитан второго ранга сжал кулаки:

– Мирзаев?! Это Антон тебе сказал?

Иван кивнул:

– Так точно, товарищ командир. Сам он никогда не решился бы оставить корабль.

Кочкин испытал неприятные ощущения в левой части груди.

– У Петрякова что-то произошло?

– Так точно, произошло, – отчеканил Зинченко. – Его девушка выходила замуж, и он хотел посмотреть ей в глаза.

Заместитель по воспитательной работе взглянул на часы:

– Долго же он смотрит!

Сергей Петрович отвернулся к стене:

– Ступай в помещение.

Матрос развернулся и строевым шагом отправился спать. Паршиков развел руками:

– Ничего не понимаю! Если его отпустил Мирзаев, значит, он стал много себе позволять! Никого не предупредил, не отметил в журнале…

– Позвони ему, – буркнул начальник. – Пусть едет сюда, и я задам ему перцу. Слава богу, что все выяснилось. Не придется звонить в военную прокуратуру.

Павел опустил глаза. Тревожное ощущение не покидало его. Неужели все разрешилось и этот дурачок Антон скоро явится на корабль?

Несмотря на позднее время, капитан-лейтенант Никита Мирзаев прибыл на корабль, как всегда, тщательно выутюженный и причесанный, вытирая белоснежным платком мокрое от пота красивое лицо.

– Разрешите войти, товарищ капитан второго ранга? – обратился он к Кочкину.

Тот процедил сквозь зубы:

– Войдите.

Никита спокойно переступил через порог командирской обители. Его серые глаза с удивлением оглядели присутствующих.