Время "Ч" - Алексей Борисов

— Благодарю, я воздержусь. Мне праздновать сегодня ночью. Новый год всё-таки, — вежливо ответил гость и встал с кресла.

Проводив посетителя, владелец особняка некоторое время оставался в одиночестве. Снова включил видеодвойку, снова посмотрел запись выступления премьер-министра, исполняющего обязанности президента России. Сделал полный круг по кабинету, затем поднял трубку одного из телефонов, которые стояли на огромном письменном столе из красного дерева.

— Зайди ко мне, — сказал без приветствия.

Вошедший мужчина, как и его предшественник, был в хорошем костюме, рубашке и галстуке из Лондона. Его редеющие волосы чуть тронула седина, над верхней губой топорщились рыжеватые усы. Большие, по-восточному темные глаза смотрели на самого знаменитого олигарха выжидательно.

— Слышал? — поинтересовался Березовский.

— Слышал. Ничего удивительного. Рыба ищет, где глубже…

— Как ему дали собрать эти подписи? Надо было резать в ЦИКе и не оглядываться ни на чьи жалобы. Нет регистрации — нет проблемы! — словно продолжая спор то ли с самим собой, то ли с ушедшим гостем, принялся рассуждать «кардинал». — Он меня просто дико ненавидит, с ним невозможно договариваться.

— Другие могут договориться, — лаконично произнес человек с восточными глазами.

— Твои люди смотрят за ним? — бросил олигарх, опять хрустнув пальцами.

— Пасут везде, во всех поездках. Пока ничего.

— Надо, надо, чтобы было «чего», и скорее! Может, зря мы «Атоллу»7 это дело не доверили?

— «Атолл» зарвался немного. Зарплату им задержали, понимаете ли. Они шахтеры, да? Потерпеть не могли? Сразу интервью давать начали.

Олигарх вздохнул.

— Ты прав, Бадри8. Сор из избы выносить не надо. Ну, а новая фирма надежная?

— Я же говорил, что надежная. Проверенная.

— Хорошо бы. Пусть каждый шаг отслеживают, каждый чих. Святых не бывает.

— Каждый день докладывают лично мне, — заверил Бадри.

— Нажми на них. Если денег попросят, дадим. Мне компромат, как воздух, нужен: реальный, убойный! — «серый кардинал» уставился невидящим взором в сумеречную Москву за стеклом.

— Найдем, — уверенно пообещал друг и соратник. — Не на таких птиц находили.

Глава первая

Груз до Минвод

10–11 января 1997 года, пятница-суббота

В гостинице «Ростов» города Ростова-на-Дону в тот вечер было суетно. Примерно без пятнадцати восемь к ее центральному входу с Буденновского проспекта подкатила колонна автомашин. Микроавтобус Mercedes с тонированными стеклами, двигавшийся в ее середине, застыл прямо напротив подъезда. Вынырнувшие из него рослые молодые люди в расстегнутых полупальто без слов заняли свои места. Еще миг, и из-за их крепких спин появился человек, чей ошеломительный маневр спас Бориса Ельцина от поражения на выборах в июле9.

— Ура-а-а-а! — завопил, не щадя голосовых связок, пожилой мужчина в шапке-ушанке и полушубке, стоявший рядом с крыльцом.

— Ура-а-а-а-а!!! — подхватили другие встречающие, в основном тоже мужского пола, одетые в поношенные куртки, офицерские шинели и бушлаты.

«Ростов за вас!», «Добро пожаловать, Александр Иванович!», «Честь и Родина», «Мы победим!», «Лебедь — надежда России» гласили бумажные плакаты, которые они держали перед собой. Из разинутых ртов на морозе валил пар.

Генерал едва замедлил шаг и отточенным движением вскинул руку к головному убору. На хмуром лице кандидата в президенты не дрогнул ни один мускул. Этот его жест вызвал новый порыв ликования, сверкнула вспышка фотокамеры. Следом за генералом из машин потянулась свита с вещами.

Вместе с главным действующим лицом и молодыми людьми в полупальто в фойе гостиницы зашел человек постарше, на вид лет сорока или сорока с небольшим. Выправка также выдавала в нем военную косточку, но его костюм под пуховиком был гражданский, темно-серый, отечественного покроя. В то время подобные костюмы, как правило, носили чиновники среднего звена или помощники депутатов.

Перекинувшись несколькими фразами с дежурным администратором, а затем с начальником гостиничной охраны в штатском (но явно милицейской наружности), он направился на третий этаж и тщательно осмотрел весь номер, куда заселялся его шеф. Потом, под его же приглядом, туда занесли чемодан и дорожную сумку. Молодые люди разместились на позициях в коридоре и соседнем номере, и лишь после этого из лифта показался сам кандидат с еще двумя телохранителями.

Свита заняла всё крыло, где был генеральский номер. Некоторое время усиленное движение продолжалось: кто-то ходил за утюгом и гладильной доской, кто-то громко выяснял место нахождения сантехника, кто-то курсировал в ресторан и обратно. Ужин для кандидата принесли в апартаменты. Человек в сером костюме проследил и за этим, после чего сам спустился на первый этаж, но в ресторан не пошел. Вместо этого он свернул в другое крыло здания и по выцветшей дорожке направился в самый его конец, где на стене висел телефон-автомат еще советского образца.

Телефон, однако, работал. Человек в сером по памяти набрал ростовский номер.

— Квартира Фёдоровых, — ответил женский голос.

— Алло! Это Валентин, — отозвался приезжий. — Завтра после двух наш поход в кино отменяется. Буду сопровождать груз до Минеральных Вод.

— Очень жаль, — разочарованно сказала женщина и положила трубку.

Члены свиты, пожалуй, удивились бы, услышав эту беседу, но никто из них не заглянул в чужой коридор другого этажа. А человек, непосредственно сопровождавший генерала, спокойно вернулся туда, откуда пожаловал — но уже по лестнице, не на лифте, и устроился в номере с одним из телохранителей. Он переоделся в тренировочные штаны и красно-синюю футболку, взял с кровати чистое полотенце и отправился в душ.

Человека в сером костюме звали не Валентином, а Игорем Ивановичем. Фамилия его была Кошелев, воинское звание — майор запаса. Последние четырнадцать лет своей службы он провел в Главном разведывательном управлении Генерального штаба. Игорь Иванович успел послужить и Советскому Союзу, и свободной, демократической России. Если с первым из них его отношения складывались более-менее ровно, то вторая почти сразу повернулась к нему тыльной стороной.

Воспитанный еще в суворовском училище как патриот самой великой и могучей державы, он чрезвычайно болезненно отнесся к ее распаду. Живых впечатлений от этого процесса он набрался в тех местах, которые именовали «зоной Карабахского конфликта»10. В ту пору конфликт перерос в полноценное выяснение отношений всеми подручными средствами: боевыми вертолетами, реактивными системами залпового огня «Град», танками и БТР вполне современных моделей. Всё это, естественно, утекало со складов той армии, в рядах которой Кошелев присягал уже непонятно кому и чему.

Девяносто второй год, наверное, стал бы для него последним в армейской карьере, если бы не Тирасполь. Там-то майор и повстречал генерала Лебедя и сразу поверил в его счастливую звезду. Александр Иванович, по его убеждению, был способен остановить вакханалию суверенитетов и дать России шанс на подлинное возрождение. На краткий промежуток времени показалось,