Последний контакт 2 - Евгений Юрьевич Ильичев

— Господин Синак, — обратился он к директору. — Прошу на борт. Вас ожидают.

Реджи от услышанного поморщился: опять это гадкое слово — ожидают. Интересно, настанет в его жизни момент, когда никто ничего ждать не будет? Он стянул с себя плед супруги и, бросив его на винтажное деревянное кресло, направился к флайеру.

В столицу на экстренное заседание Совета обороны Земли его доставили менее чем за час, однако само заседание началось с двухчасовым опозданием. Сотрудники протокола оправдывали задержку беспрецедентными мерами безопасности: на заседание совета должны были прибыть главы всех космических держав.

«Странное дело, — думал Синак, занимая свое кресло в ложе научного отдела миссии „Осирис“. — Мир на пороге глобальной катастрофы, под угрозой безопасность всего человечества, а эти напыщенные болваны пекутся о собственной. Какой в этом смысл? Кому взбредет в голову устраивать покушения в столь непростое время?»

Вопрос был, в сущности, риторическим. Сильные мира сего всегда будут бояться двух вещей: ослабления собственных позиций (читай — утрату власти) и собственной смерти (читай — утрату власти).

«Идиоты», — мысленно прокомментировал слабости землян Синак и развалился в кресле в надежде подремать минут сорок.

Но поспать ему так и не удалось. Зал заседаний постепенно заполнялся делегатами из разных стран, одну за другой их вводили в помещение сотрудники протокола президента и рассаживали согласно регламенту заседания.

На соседнее с Реджи кресло грузно приземлился его коллега — калифорнийский ученый из НАСА. Они были знакомы заочно, Синаку не раз доводилось читать статьи астрофизика из СГА. Брендона Джонса он узнал — видел его фото на титульных листах всех его работ. Американец же Синака — нет. То ли память у него была никудышной, то ли у них не принято уделять внимание таким мелочам, как личность автора научной статьи. Реджи склонялся ко второму варианту — американцы не утратили еще своей надменности.

— Брендон Джонс, — представился американец, протягивая потную руку Реджи и тщетно стараясь скрыть одышку.

«Видимо, завели делегацию соединенных государств, — решил Реджи, — значит, в скором времени пожалует и их президент. Обычно ждут его одного».

— Мы знакомы, доктор, — Реджи стоило большого труда не показать брезгливости, пожимая протянутую руку. Он вообще не любил пускать малознакомых людей в свое личное пространство, а у этого жирного борова еще и руки были мокрыми и липкими. Да и пахло от американца, увы, не розами. — Мы были друг у друга рецензентами в работах по энергетическим установкам на антиматерии.

Американец прищурился, силясь найти в своей памяти лицо смуглого ученого из России. «Не нашел», — уверенно констатировал результат мысленного труда коллеги Реджи и демонстративно воспользовался портативным санитайзером. Однако американец через секунду просиял:

— Ах да! Вы тот русский с индийскими корнями, который пытался разнести в пух и прах мою работу. Как же, помню-помню… Как вас там, господин… — и он защелкал пальцами, словно пытаясь вспомнить имя.

«Не помнит», — убедился Синак. Его всегда поражала манера общения ученых из Северной Америки. Сколько лет уж прошло с тех пор, как их страна развалилась и утратила статус гегемона, а люди все еще демонстрируют имперские замашки. Везде и во всех видят лишь холопов и людей второго сорта.

— Реджи Синак, — напомнил он свое имя. — Вы, очевидно, спутали меня с каким-то другим злым русским. Я писал на вашу статью рецензию и даже хвалил результаты ваших натурных физических опытов. Никакой критики.

— Да? Ну неважно уже… — американец даже не смутился. — Все одно — мой проект завернули: недостаточно проработанная смета.

Складывалось впечатление, что американец убеждает собеседника, будто так все и было. Синаку же было плевать на NASA и их разногласия со своими же физиками.

— По какому поводу на этот раз мнительные русские подняли шум? — переключился американец. — В космосе нашли незарегистрированный астероид?

— Вам ли не знать, что таковых не существует, — раздраженно ответил Синак. Американец ему нравился все меньше. — Вы даже не потрудились прочесть проспект, который вам разослала моя служба связи?

— К черту эти проспекты! — отмахнулся Джонс. — Вам ли не знать, что пишут их на коленках и чаще всего используют кликбейтные заголовки. Приезжаешь на симпозиум по ядерной безопасности, а выясняется, что речь идет о безопасности колонии на Марсе. Да кому вообще интересно в наше время, что творится в отдаленных колониях? В итоге выясняется, что и проблемы-то никакой нет — так, одни домыслы и догадки. Если бы, да кабы… Никакой конкретики. Вы и индийцы любите такие симпозиумы собирать. Треплетесь пару дней о пустом, тратите наше время, а работа простаивает. Скука смертная.

— Действительно, какая мелочь — безопасность стотысячной колонии на Марсе, — саркастично заметил Синак. — Их безопасность — пустая трата времени.

— Не утрируйте, дружище, — примирительно улыбнувшись и сверкнув белоснежными зубами, ответил американец, — я к тому, что такие вопросы решаются отнюдь не нашими силами. Эти вопросы находятся в ведении государств и политиков. А для нас, повторюсь, эти проблемы — скука смертная.

— О, поверьте, сегодня скучно не будет, — мягко улыбнулся Синак и поспешил дистанцироваться от наглого американца, нацепив на голову гарнитуру.

В эфире шла проверка связи. Работали автоматические переводчики-синхронисты, настраивался и синхронизировался голос робота-диктора. Реджи сделал вид, что пытается отрегулировать громкость эфира, и американец отстал.

Отвязавшись от неприятного типа, он обвел взглядом зал. Судя по довольным и ухмыляющимся лицам участников совета обороны, никто из них толком не понял, по какому поводу их собрали. Лоснящиеся лица, фальшивые улыбки, притворно дружелюбные рукопожатия… О повестке никто и не задумывается.

Реджи прекрасно знал, как и о чем все думают. Где-то в космосе что-то взорвалось. В двух световых годах от Земли. Что тут такого, это же так далеко. А раз далеко, нас это не касается. И вообще, во всем виноваты мнительные русские. Так же было и с угрозой ИИ, о которой «мнительные русские» не трубили на весь мир разве что из душевых леек. И что в итоге? Глобальный кризис, который успешно профукали.

«И так во всем, — думал Реджи. — Сперва по уши в дерьмо вступить, измазаться, изваляться в нем, а после героически вытаскивать себя за волосы. Когда уж вы научитесь слушать, люди?»

Когда все делегации прибыли и разместились в зале, начал заполняться президиум совета обороны. Его членами по традиции были главы государств. Реджи даже думать не хотелось о том, каких усилий стоило российской стороне собрать совет в столь сжатые сроки.

Наконец все было готово к началу заседания. Из зала вывели всех журналистов — о том, что заседание будет