Иона - Роман Воронов

На конверте, по всей видимости, рукой пропавшего пассажира было выведено: «Следователю».

Капитан постучал пальцем по надписи:

— Иона указал на вас. Вызывайте на допрос любого в том порядке, какой посчитаете нужным, — Капитан хлопнул меня по плечу. — Помощник за дверью.

После чего козырнул и вышел вон. Я положил конверт на колени и, подперев голову руками, уставился на него. Оказывается, я — следователь. Когда я побыл в таком положении несколько минут, ко мне вернулось спокойствие; девочка, в которую влюблен, прошла мимо, щеки обдуло ветерком, и они погасли, а тело обрело упругость и перестало пытаться спрятаться в подушках. Вскрытый конверт явил мне лист бумаги, на коем мой «новоявленный знакомец» Иона написал следующее: «Дорогой друг (ни много ни мало), если ты читаешь эти строки, значит мое бренное тело уже не ходит по земле, волны сомкнулись над ним невыносимой чернотой, а легкие полны соленой воды. Моего обидчика возможно найти, поняв, кто из всех на «Сирене» грешен в нарушении Заповеди «не убий». Тебе, единственному чистому, поручаю я воскресить, нет, не меня, но правду.

Все, ни подписи, ни постскриптума, ни кляксы, ни-че-го. Я прикинул в уме; десять пассажиров, Кэп и Помощник, всего дюжина. Иона выбыл — минус один, и я в качестве Следователя, действительно, десять подозреваемых на десять Заповедей, все сходится. Похоже на игру, сидит этот липовый Иона, сговорившись с Капитаном, где-нибудь в дальнем углу квартердека и посмеивается. Поразмыслив таким образом еще немного, я пришел к выводу, что ровным счетом ничем не рискую — развлекаться так развлекаться.

— Эй, Помощник! — заорал я весело.

Дверь тут же распахнулась, на пороге стоял широкоплечий детина в тельняшке, с густым русым чубом из-под пилотки и вопросом во взгляде.

— Заходи, — улыбнулся я. — Будешь первым.

— Это честь для меня, сэр, — гаркнул он с готовностью и шагнул внутрь.

— Кого-нибудь подозреваешь? — я, припоминая, как ведут себя «ищейки» в книгах, постарался сделать голос вкрадчивым и дружелюбным, но, видимо, не рассчитал. Передо мной оказался человек с прямым характером. Видавший виды моряк решил обойтись без обиняков.

— Да хоть бы и себя. Этот… — он защелкал пальцами, подбирая выражения.

— Иона, — подсказал я, обрадовавшись такой удаче с первого захода.

— Этот Иона вел себя как сноб, кичился состоянием и смотрел на весь мир свысока. Видит Бог, хотел его придушить да порыться в карманах, уже и спустился к нему в каюту, но вот незадача… Она была пуста, несчастный жлоб поди утопился сам или смыло волной.

Помощник сжал кулаки, глаза его налились кровью.

— Тебе приходилось… — я сделал паузу, чертыхаясь в душе насчет ускользнувшей из сетей рыбки. — Делать это?

— Бог миловал, сэр, — буркнул детина, расслабленно выдохнув. — Но этого не пощадил бы, хоть это и страшный грех.

Признание на старте, чудеса, прост и честен этот человек, подумал я, а вслух сказал:

— Хорошо, зови…

Тут я слегка замялся, припоминая соседей по «Сирене», толком познакомиться с коими не успел, шторм загнал нас в каюты на третий день путешествия.

— Кого, сэр? — переспросил Помощник.

— Кого хочешь, неважно, — махнул я рукой, вытащив из кармана пиджака ручку и поставив на конверте цифру 6 рядом с именем первого подозреваемого.

Молодой мужчина, просочившийся в кают-компанию из-под мышки верзилы помощника, пока тот докладывал — «Вот, привел», — «имел при себе» двубортный костюм в черно-белую полоску, лакированные штиблеты на босу ногу и набриолиненные усы под тонким носом. Более ничего примечательного в этом персонаже нашей трагедии не было, возможно, следовало бы отметить отдельно беспокойно бегающие карие глаза.

— Как к вам… — начал я, и вошедший тут же сообразил, что не представился:

— Игрок, можете обращаться ко мне так.

Я покивал головой и, памятуя о предыдущем успехе, взял с места в карьер:

— Подозреваете кого-нибудь?

— Упаси Господи, — взметнулись вверх кончики черных усов, а глаза, не способные останавливаться, видимо, в принципе, запрыгали в глазницах, как лотерейные шары в барабане, ладони же с длинными, как у пианиста, пальцами задрожали, словно вытащили шар с выигрышным номером.

— Нервничаете? — добавил я в голос стали, от чего Игрок побледнел, а тонкие бескровные губы скривились в усмешке.

— Думаете, это я? — истерично выкрикнул он. — Да, хотел взять грех на душу. Перстенек был у…

— Ионы, — не убирая стали из голоса, сказал я.

— У Ионы, — неожиданно всхлипнул мой подозреваемый, — имелось колечко с камушком весьма приличного размера. Я сейчас в затруднительном положении, по сути в бегах. Карточный долг, знаете ли.

У Игрока начала активно пульсировать вена над правым глазом:

— В общем, думал, зайду по-тихому и, пока «клиент» спит, стяну его, вещица не крупная, спрятать легко.

Он облегченно вздохнул, выговорившись, и задумчиво почесал затылок:

— Но, — тут Игрок встрепенулся, — когда я сунулся в коридор, из каюты Ионы выходил Помощник Кэпа.

Подозреваемый кивнул головой в сторону двери и перешел на шепот:

— Я дождался, пока он испарится, и зашел внутрь, каюта была пуста; нет клиента, нет пальца, нет кольца. Несолоно хлебавши, как говорится, я вернулся восвояси.

— Значит, сможете подтвердить, что Помощник вышел из пустой каюты Ионы? — задал я вопрос уже мягко, не напрягая связок.

— А что делать? — ответил Игрок, заискивающе глядя мне в глаза.

Словно щенок, выпрашивающий подачку, подумал я и крикнул Помощнику:

— Давай следующего!

— Могу идти? — «щенок» почти разочаровался получить «косточку». Я кивнул головой и, не поднимая глаз на выходящего, напротив слова «Игрок» поставил цифру 8.

Хм, Игрок, сам того не осознавая, обеспечивал Помощнику алиби, если, конечно, оба сказали правду.

В дверях послышалось шуршание тканей, и в кают-компанию вплыла хоть и стареющая, но все еще очаровательная обладательница мундштука слоновой кости и облака страусиных перьев, прикрывающих заодно с выдающимся бюстом и загадочную во всех смыслах натуру, слава Богу, на сей раз без сигареты.

Дама вальяжно устроилась на диване прямо напротив меня и, сверкнув сквозь приспущенные веки томным взором, промолвила:

— Ну, я вся в вашей власти, делайте же что-нибудь.

Чертова баба, вспомнил я характеристику Капитана и улыбнулся, дамочка приняла мою реакцию на свой счет и одарила в ответ своей ослепительной улыбкой.

— Поможете следствию… — я запнулся, подбирая слова продолжения, на что язвительная бестия среагировала мгновенно:

— Зашедшему в тупик?

Ее открытая улыбка легко переключилась на мимически-саркастическую:

— Не стану лукавить, господин Следователь, Иона, так, кажется, велено называть пропащую душу, представлял для меня некий интерес.

Я вытаращил глаза, парад неожиданных откровений продолжался.

— Из всей мужской братии на этой посудине, — Дама пренебрежительным взглядом обвела интерьер яхты, преобразованный из шхуны, — он, сама не знаю почему, единственный привлекал меня как… самец, ну, вы понимаете,