Бюро убойных услуг - Ирина Волкова

- Эх, выпить бы, - словно прочитав мысли начальника, мечтательно вздохнул сержант Швырко.

- Может, чайку? - предложил сержант Курочкин и, не дожидаясь ответа, воткнул в розетку вилку электрочайника.

Зюзин и Швырко с глубокой тоской наблюдали за ним.

- Чай - не водка, много не выпьешь! - снова вздохнул сержант Швырко и покосился на майора.

- Не трави душу, - страдальчески поморщился Зюзин. - И без того тошно.

- Зря ты, так, Паш, - укорил начальника Макар. - И себя терзаешь, и людей. Я понимаю, карьерой своей дорожишь, но ведь так тоже нельзя. Изведешь ты себя, майор. Был бы ты по жизни праведником, тогда другое дело - слова бы тебе не сказал, но когда нормальный человек ни с того ни с сего в трезвенники подается - это уже серьезно.

- Да какая там карьера! - безнадежно махнул рукой Зюзин, - Я после того скандала на работе чудом удержался. Генерал Запечный так прямо и сказал, по-мужски: "Еще раз, Павел, облажаешься - вылетишь из органов, как пробка из задницы. Последний раз предупреждаю. Одно нарушение дисциплины - и тебе конец". Где это видано, чтобы майора простым дежурным на пост отправили? В жизни такого не было! А ведь могли и выгнать. Что тогда делать? Не в мафию же идти!

- Да уж! - сочувственно вздохнул сержант Курочкин.

- Так ведь, Паша, в питье меру надо знать, - укоризненно покачал головой Швырко. - Но у тебя все крайности - или наклюкиваешься в стельку, или. трезвенник.

- А ведь Макар дело говорит, - согласился Федор. - Мы же тебе не предлагаем оргию тут устроить. Примем тихонько по стаканчику для сугрева души и тела, лавровым листиком заедим, чтобы запаха не было-и все. Даже если проверка нагрянет, никто ничего не заметит.

На лице Зюзина отразилась идущая в его душе мучительная борьба. Два сержанта с надеждой смотрели на него.

- Нет, - покачал головой майор. - Не тот случай. Нельзя мне рисковать. Никаких нарушений дисциплины на службе. Сухой закон - и точка. Все. Тема закрыта.

На несколько минут в будке воцарилось гнетущее молчание.

Взвизгнув тормозами, перед постом лихо затормозила белая "девятка".

Дверь будки приоткрылась, и в нее заглянула облаченная в коричневую дубленку пухленькая и весьма энергичная крашеная блондинка.

- Скучаете, мальчики?

Лица загрустивших было "гиббонов" озарились восторженными улыбками.

Бойкую, взбалмошную и разбитную лоточницу Галочку знало и любило все отделение, причем "любило" более чем в прямом смысле. Неутомимая хохлушка, переспав чуть ли не со всеми его сотрудниками, с каждым ухитрилась сохранить хорошие отношения.

- Мальчики, готовьте шампанское! Я не одна! - распахнув дверь пошире, Галя пропустила вперед двух подружек. - Сюрприз!

- Привет, девочки! - распахнул объятия майор Зюзин. - Вот уж действительно сюрприз так сюрприз! Галчонок, где ты нашла таких красавиц?

- Места знать надо, - лукаво подмигнула Паше хохлушка. - Как насчет ночи безумной любви? Докажете моим подружкам, что в дорожной полиции служат только настоящие мужчины? Не подведете?

- Никак нет, не подведем, - с энтузиазмом заверили сержанты.

- Ночь любви? Что, прямо сейчас? Здесь? - растерялся майор Зюзин.

- В чем дело, Пашенька? - скинув дубленку, зазывно повела пышными белыми плечами Галя. - Нам ведь с тобой не впервой, а?

От воспоминаний майора бросило в жар.

- Паш, ну будь же человеком, - простонал сержант Швырко, уже успевший подхватить под ручку аппетитную грудастую брюнетку с губами пухлыми и яркими, как запрещающий сигнал семафора.

Искушение было слишком велико. Майор сглотнул слюну, чувствуя, как его недавняя решимость вести праведный образ жизни стремительно тает.

- Паша, ну!!!

- Нет, - голос Зюзина предательски дрогнул. - Я бы рад, но не могу. Ей-богу, не могу. У меня последнее предупреждение. Одно нарушение дисциплины и конец, вылечу с работы.

- Он ввел здесь сухой закон, - пожаловался сержант Курочкин.

- Сухой закон? - изумилась Галя. - Паша, да что с тобой? Ты часом не заболел?

- Да говорю же, нагрянет проверка - с работы меня турнут!

- Насчет работы -это серьезно, - согласилась Галя. - Слушайте, у меня идея. Давайте завалимся ко мне! Это рядом, вы же знаете! Дома у меня полный комплект - и водка, и закуска, и соседи тихие - никто и слова не скажет. Ненадолго, а? Девочки так хотели с вами познакомиться!

- Я ведь объяснил - проверка может нагрянуть, - простонал Паша Зюзин. Мы же на работе.

- Да не будет никакой проверки, рано еще! - всплеснула руками Галина. Проверяющие ближе к утру приезжают, да и то не чаще, чем раз в неделю. Паш, ну что с тобой случилось? Работа не сайгак, за бархан не убежит. Успеешь еще своей палкой намахаться. Мы быстренько, к тому же праздник сегодня, у Люськи вот день рождения, - хохлушка кивнула на прильнувшую к сержанту Швырко брюнетку. - Паш, ну не будь занудой!

- Господи, что ж вы со мной делаете? - застонал майор. - Под монастырь подвести хотите?

- Соглашайся, Паш! - твердо сказала Галя.

- Паша, соглашайся! - умоляющими голосами вторили ей сержанты.

Майор Зюзин не выдержал - да и кто бы на его месте не поддался искушению?

- Только на двадцать минут! - решительно заявил он. - Туда и обратно. Ни секундой больше!

- Ах, Пашечка! Ах, ты моя умница! - восторженно залопотала Галя, пачкая щеки инспектора губной помадой.

Усаживаясь за руль патрульной машины, майор полностью отдавал себе отчет в том, что двадцать минут - это совершенно нереально. Водка, закуска, девочки, дорога туда и обратно - хоть тресни, а не уложатся они в этот срок. Даже без дороги не уложатся... С другой стороны, проверка сегодня может и не нагрянуть, а если и нагрянет, так ближе к утру. Ну ладно, за двадцать минут не успеют, но за час... Час, ну, от силы полтора - это уже реально. В конце концов, что может случиться за какой-нибудь час на пустынном шоссе в глухую ночную пору?

Лихо рванув с места, патрульная машина стремительно понеслась вслед за Галочкиной "девяткой".

По тому самому шоссе, на котором, согласно предположению майора Зюзина, ничего не должно было случиться, словно подтверждая его мысли, чинно и плавно двигалась сверкающая черная "Ауди".

Редкие машины, шедшие по трассе, обгоняли ее так, будто она стояла: кроме водителя "Ауди", всем было глубоко плевать на сиротливо торчащий у обочины знак ограничения скорости. Престижный автомобиль тем не менее упрямо придерживался правил, опровергая расхожее мнение о лихачестве владельцев иномарок.

Тонированные стекла не позволяли рассмотреть пассажиров, но даже если бы некий бдительный "гиббон" и заглянул в салон, ему не к чему было бы придраться: все, включая сидящих сзади, были пристегнуты ремнями безопасности.