Камин для Снегурочки - Дарья Донцова

– Толян, – сурово заявил Колька, – тебя сюдана практику прислали? Вот и учись у меня. Вези в морг. Я хочу спокойно матчпосмотреть, ей уже до лампочки, где лежать, а наши с такой командой большеникогда играть не будут. Завтра Семен Петрович явится, и разберемся. Маникюр,педикюр… С улицы привезли, в одежде рваной, без обуви, документов нет…

– А ноги чистые, – зудел Толян, – как же онабосиком ходила и не испачкалась? Нелогично.

– Пошел ты со своей логикой, – заоралНиколай, – вот несчастье на мою голову! Практикант хренов! Ее «Скорая» вприемный покой приволокла! Одну! С улицы! Тетка померла, к несчастью, не у нихв машине, а у нас в коридоре, отправляй ее в морг! Да не в первый, к приличным,а во второй, к бомжарам. Небось проститутка! Отсюда и ногти крашеные.Попользовались ею и вышвырнули…

– Не получается по-твоему!

– Ну все, – рявкнул Николай, – матч уже пятьминут идет! Умерла так умерла, блин.

Хлопнула дверь. Пока мужчины спорили, я пыталась открытьглаза или рот или пошевелиться, но отчего-то ни одна часть моего тела неповиновалась мне. Руки, ноги не желали двигаться, шея не поворачивалась, идиалог парней я слышала словно сквозь вату, никаких эмоций он у меня не вызвал.Кто-то умер… Я, скорей всего, сплю и вижу дурацкий сон.

Чьи-то руки подняли меня, уронили на железный матрас, потомкровать затряслась…

– Ты чё ее головой вперед толкаешь, – загундосилТолян, – ногами положено!

– Молчи, студент, – ответил звонкий девичийголос, – нашелся тут!

Я пыталась вырваться из вязкой темноты, облепившей меня,хотела спросить: «Что случилось?» – но пошевелить губами не сумела и заснула…

– И кто из них? – раздался мужской голос.

– Ну… вон та, наверное, – ответил второймужчина, – слева, бери ее.

– На бирку глянь, – велел первый.

– Ща, не, Макс, лучше сам позырь, не разобрать.

– Ты, Витька, очки себе купи!

– Пошел на…

– Сам иди! Это она! Видишь, написано «неопознанный»,клади сюда.

– Во блин, тяжелая!

– Так мертвое тело завсегда тяжельче живого, подымай.

Чьи-то руки схватили меня, понесли, потом по лицу пробежалветерок.

– Внутрь пихай.

– Нормалек, улеглась.

– Теперь куда?

– Поглупей чего спроси, к Ивану.

Из моей головы медленно начал уходить туман, и появилиськакие-то ощущения. Через некоторое время я поняла, что лежу на спине, на чем-тожестком, подпрыгивающем, мне очень холодно, неудобно и плохо. Но это определенноне явь, а ужасный, кошмарный сон. Иначе почему я никак не могу открыть глаза?

Внезапно тряска прекратилась, послышался противный лязг.

– Привезли? – прозвучало издалека.

– Да.

– Где?

– В кузове.

– Ясное дело, не на сиденье, показывай.

– Вот.

Повисла тишина. Потом мужик с негодованием воскликнул:

– Это что? Ты кого припер, Витя?

– Как велели, из морга, неопознанная, нам НиколайМихайлович выдал. Мы ему заплатили, все путем, – затарахтел тот, ктоотзывался на имя Виктор, – не сомневайтесь.

– Идиот! Кто это?

– Так, Иван Николаевич, – труп!

– Чей?!

– Ну… как велено… бабы!

– Какой?

– …э …неопознанной!

– И где ты… его взял?

– Так Николай Михайлович выдал. Она к ним в ночьпоступила, вчера, то есть сегодня. Документы он похерил, вот и получается, чтоо ней никто не знает. Все как надо.

– Витя, ты…

– Да че я сделал-то!

– Дерьмо, – заорал Иван Николаевич, – никомуничего поручить нельзя! Все самому делать надо! Урод! Кретин!

– Так че я не так сделал? – обиженно занудил Витя.

– Все, – бушевал Иван Николаевич. – Мне нужнастаруха! Ста-ру-ха! Баба семидесяти лет! Или около того, а здесь кто, а? Ейпятидесяти не дать!

– Намного моложе будет, – встрял еще один до сихпор молчавший мужчина, – вон грудь какая!

– Молчи, придурок, – взвизгнул ИванНиколаевич, – только о сиськах и думаешь, гондон!

– Мне такую Николай дал, – отбивался Виктор.

– Ну, ща ему мало не покажется, – пообещал ИванНиколаевич.

Послышалось тихое пиканье, потом мужик гаркнул:

– Колька, сучий потрох, кого мне прислал! Мне бабканужна старая…

Вяло слушая его речь, щедро пересыпанную матом, я изо всехсил пыталась проснуться.

– Езжай опять к Кольке, – велел Иван Николаевич.

– А эту куда? – спросил Витя.

– Куда, куда, на холодец сварите.

– Скажете тоже, – хихикнул Виктор, – назад,что ли, тащить?

– Нет! Колька уже заплатил, чтоб не болтали. Заройте еес Лешкой в лесу.

– Сделаем, – прозвучали дуэтом голоса.

– Быстро засыпьте – и к Кольке, – велел ИванНиколаевич, – твари, идиоты!

Вновь послышался лязг, пол подо мной затрясся. Я попробовалакрикнуть, но не сумела. Очень быстро шум мотора стих. Грубые руки схватили меняза щиколотку, протащили и бросили, на этот раз не на железо, а на что-томягкое.

– Неси лопату, Лешка.

– А ее нет!

– Ты че, не взял?

– Не.

– Идиот!

– Сам такой!

– …

– От… слышу!

– Ладно, – слегка успокоился Витя, – жди тут,съезжу за заступом.

– Я с тобой.

– С какой стати?

– Не останусь с ней один!

– Во придурок! Боишься, что ли?

– Ага, – честно признался Леша, – мне оттрупов нехорошо.