На стрелку с ангелами - Дарья Калинина

Но поделать уже было ничего нельзя. Матильда не только объявила о своем решении, но и продемонстрировала вполне солидных размеров круглый животик.

– У нас будет девочка! – она смотрела сияющими глазами на отца с матерью и любимого старшего брата. – Малышка Энжи. Вы рады?

Несмотря на маячащее рядом с Тильдой существо с тонкими руками и ногами и несоразмерно большим животом и носом, а также злыми быстрыми глазками, все синхронно покивали головами. Красавицу и умницу Тильду в семье любили все без исключения. И, конечно, все были уверены, что она выскочит замуж как минимум за миллиардера. А тут…

Тетя Лали, мать Тильды, будучи человеком не робкого десятка, все же попыталась поговорить с дочерью.

– Послушай, а ты уверена, что ребенок от него… от этого твоего…

– Вадима, мама, – мягко поправила ее дочь. – Моего мужа зовут Вадим.

– Ты уверена, что ребенок у тебя от него? Был же еще этот… как его…

Память на имена у тети Лали всегда была весьма слабой. А кавалеров вокруг дочери постоянно крутилось видимо-невидимо. Но Тильда легко поняла, о ком говорит ее мать.

– Давид, – подсказала Тильда. – Его звали Давид.

При звуке этого имени ее лицо прежде сияющее и счастливое омрачилось и как-то сразу осунулось.

– Он ведь женился, мама. Ты забыла?

– Женился… Мне-то можешь эти сказки не рассказывать! Я же знаю, что он прилетал в наш город. И вы с ним виделись! Было это полгода назад. А у тебя срок какой?

– Как раз шесть месяцев, – мягко улыбнулась Тильда. – Я все понимаю, мама. Но нет, ребенок этот не от Давида. У меня нет никаких сомнений, это ребенок моего мужа. Ты же меня знаешь, неужели ты думаешь, что я способна на такую подлость по отношению к Вадиму?

Тетю Лали передернуло.

– Не приведи Бог, если он узнает о нашем с тобой разговоре! Грязи потом на несколько лет вперед не оберешься!

– Я тоже не хочу вражды между вами, мама. И пожалуйста, ради меня, постарайся быть к Вадиму снисходительна.

– Ты так любишь этого злобного карлика?

– Да, мама. Вадим – очень хороший.

– Нет, он злой человек.

– Он хочет, чтобы у всех все было хорошо. Но люди несовершенны. И от отчаяния порой Вадим способен наговорить лишнего.

– Не знаю, не знаю, – с сомнением покачала головой тетя Лали. – Все говорят, что вы парочка словно из сказки.

– Из какой сказки, мама?

– Уж не из той, где Принц и Принцесса живут счастливо, – вздохнула мать. – А скорей это та сказка, где красавицу похищает злобный уродливый карлик, держит ее у себя в горной пещере, всячески мучает и издевается над ней.

– Мама, уверяю тебя, Вадим не так уж плох.

– Он тебя заколдовал!

– В душе он замечательный человек и очень меня любит.

Но тетя Лали не поддалась на уговоры дочери. Она покачала головой и вздохнула:

– Наверное, где-то уж очень глубоко в душе у него спрятаны добрые чувства. Жалко мне тебя, доченька. Да видно, ничего не поделаешь. Сама ты своей беды не осознаешь. Заколдовал твой муженек тебя. Значит, так тому и быть.

– Скорей уж зачаровал, – тепло улыбнулась Тильда.

Но и тут ее мать не поддержала тона дочери.

– Вот-вот, – неодобрительно хмыкнула она. – Ждать тебе поэтому Прекрасного Принца, который освободит тебя от злого карлика, еще много лет.

Слова тети Лали стали пророческими. Прошел год, а за ним и еще один, потом другой, а Тильда все еще была замужем за Вадимом, постепенно вся родня стерпелась с его характером.

– Если уж нельзя его убить, придется терпеть гада, – выразил общую мысль Балтазар Варфаломеевич, старший мужчина клана Завьяловых, дядя Тильды.

Сама Матильда о слухах, которые ходили за ее спиной, если и догадывалась, то совершенно их игнорировала. И на всех семейных сборищах была неизменно и подчеркнуто любезна и вежлива с теми родственниками, которые особенно яростно обличали ее Вадима.

Вот только сами родственники стали замечать: тех из них, кто решился в открытую схватиться с противным карликом, с каждым днем становится все меньше и меньше. А когда умерла старая Госпожа, мать Иоанна и Балтазара, бабушка Тильды и самая старшая женщина в семье, все родственники всерьез переполошились.

– Ничто ведь не предвещало, что старушка загнется.

– Годков-то ей всего ничего было, восемьдесят шесть только недавно стукнуло.

В роду Завьяловых все были долгожителями. А уж старой Госпоже все пророчили отметить столетний юбилей в здравом уме и теле. Она ничем никогда не болела и всегда была бодра телом и духом.

– Еще накануне меня так за карточные долги отчихвостила, что я не знал, куда со сраму деться.

– На тебе-то она только разогрелась, основное блюдо для нее был Вадим. На него главный удар пришелся.

Вражда, подспудно тлевшая между Вадимом и бабушкой Тильды, рано или поздно должна была разразиться большим бумом. Старая Госпожа была не из тех людей, кто держит язык за зубами, если ему что-то не нравится. Она привыкла резать правду-матку прямо в лицо. В этом они были с Вадимом похожи. Вот только Вадим совался со своими комментариями всегда и ко всем, а старая Госпожа делала это лишь в самых крайних случаях и только самым неприятным ей людям.

Однако, когда Вадим появился на празднике у старой Госпожи один, без жены и дочери, старуха не выдержала:

– Я долго сдерживалась ради Тильды и Энжи, но так как я их все равно не вижу, то я тебе скажу! Ты мерзкий, гадкий и отвратительный человечишка! Никто из нас тебе и руки бы не подал, потому что мы, Завьяловы, всегда гнушались подобного отребья! Видимо, Лали права. Ты околдовал мою внучку. Ты – черный маг, вампир и нечисть!

Старая Госпожа была до того возмущена тем, что Вадим, как она была уверена, не пустил Тильду и маленькую Энжи к ней в гости, что забыла о договоре Завьяловых никогда не провоцировать Вадима. Однако Вадим не подал вида, что его оскорбили слова старухи.

– Так окропите же меня святой водой, моя дорогая бабушка! – воскликнул он, весьма ощутимо ущипнув старую Госпожу за руку повыше локтя.

– Тьфу на тебя, а не святой тебе воды! – окончательно вышла из себя старуха.

Вадим плевок с лица вытер. Ни один мускул не дрогнул на его лице, пока он безукоризненно белоснежным платочком, чистым и отглаженным, стирал со своего лица слюну старой Госпожи.

– Очень хорошо, что он нашелся на своем месте в кармане пиджака, – резюмировал Вадим, имея в виду платок. – Кстати, Тильда постаралась. Бедняжка, ей так хотелось пойти на ваш праздник. Но корь… Что поделаешь, дети иной раз болеют.

– Корь – это не грипп. Ею два раза подряд не болеют!

– Что вы имеете в виду, дорогая моя старушка?