Сенсация Ричарда Эшли - Моррис Уэст

Блондинка отклонилась назад, втянула живот и выпятила грудь, словно манекенщица перед объективом фотоаппарата. Затем сдернула с себя яркий пляжный халатик, резонно полагая, что Эшли это заметит. Когда он обернулся, блондинка улыбнулась.

— Хороший выдался денек, — сказал Эшли.

— Добрый день, — ответила она по-итальянски.

Эшли удивило итальянское приветствие. Из-за светлых волос и загара медового оттенка он принял девушку за иностранку. Его соотечественницу или шведку, возможно, немку с Рейна.

Она вновь улыбнулась и знаком предложила ему подойти поближе.

— Вы недавно приехали? Я не видел вас раньше. — Вчера вечером. А вы?

— О, я тут уже неделю, даже десять дней.

— И отпуске?

— Нет. Работа.

— Приятное место для работы. А что вы делаете?

— Я журналист. Корреспондент газеты.

— Как интересно. Значит, вы путешествуете, пишете статьи, встречаетесь с разными людьми. Веселая жизнь.

— Иногда. — Например, сейчас, в день его сорокалетия, за один час до завершения его шедевра, с красавицей блондинкой, улыбающейся ему в ярких солнечных лучах, и легкой тревогой, загнанной глубоко в подсознание.

— Между прочим, меня зовут Эшли… Ричард Эшли.

— Елена Карризи.

Ему понравилось, как она произнесла свое имя, просто и спокойно, без ужимок и сюсюканья, свойственных неаполитанкам.

— Вы тоже отдыхаете?

— Только сегодня. Завтра приезжает мой босс.

— О!

Он-то знал, каким девушкам боссы снимают номера в «Каравино».

— Зимой мы работаем в Риме, летом приезжаем сюда, — без тени раздражения продолжала она.

— Счастливые люди, — холодно заметил Эшли. — А что вы делаете… вернее, чем занимается ваш босс?

— Чем он занимается? Всем понемногу, политика, инвестиции, банковское дело… Он много путешествует. Я, разумеется, путешествую вместе с ним.

— Разумеется. Я начинаю подозревать, что знаю его.

— Вероятно. — В ее голосе не слышалось ни угрозы, ни иронии. — Если вы корреспондент, то наверняка встречались с ним. В Италии он знаменит.

— Как его зовут?

— Витторио, герцог Орнанья.

Ни единый мускул не дрогнул на лице Эшли. Ему даже удалось разыграть маленькую комедию:

— Орнанья? Ну конечно! Я неоднократно брал у него интервью.

Он мог бы сказать: «Я знаю этого Орнанью лучше, чем ты когда либо узнаешь его, милашка. Ты на него работаешь. Возможно, даже делишь с ним постель. Но я прожил его прошлое и настоящее. Я — судья его сомнительного будущего. Мне известно, сколько у него денег и какими путями он их добыл. Я знаю, в чем он силен и где кончается его власть. Кого он купил и кто, в свою очередь, продал его. Я знаю женщину, на которой он женился, и других, которых он любил. Всех, кроме тебя, милашка, поэтому ты и удивила меня. Я вел счет его победам, но сегодня засвидетельствую его окончательное поражение. Завтра, после публикации моей статьи, его освищет весь мир».

Но вместо столь длинного монолога он лишь улыбнулся и поправил халатик на холеных плечах Елены Карризи.

— Завтра вы будете принадлежать Орнаньи. Сегодня вы моя. У меня день рождения, и я получил хорошие новости. Я хотел бы это отпраздновать. Вы выпьете со мной?

— Конечно! — ответила Елена Карризи, и бок о бок они вошли в гостиную отеля.

Тихо играла музыка, Роберто протирал бокалы и расставлял их на черном стекле полок. При виде Эшли и Елены его лицо расплылось в одобрительной улыбке.

Они сели на высокие стулья у стойки бара и заказали по «мартини». Они обменялись пышными тостами. Эшли рассыпался в комплиментах, она мило надула губки и на мгновение коснулась его руки. Все было так просто, мило, естественно — случайная встреча отдыхающих на острове Сирен.

Или каждая фраза — тщательно выверенная ложь? Более шести месяцев он процеживал мутную воду итальянской политики и финансов. Его действия не могли остаться в тайне. Орнанья не мог не подозревать журналиста, интересующегося его делами…

— Вы сказали, что получили хорошие новости?

— Новости? — Вопрос прервал его размышления. — О… да, конечно.

— Что же это за новости?

«Вот мы и добрались до сути, — подумал он. — Мягко, по-итальянски, но добрались. Скажите мне, что это за новости, чтобы я могла передать содержание нашего разговора моему господину, Витторио, герцогу Орнанье».

Эшли осуждающе покачал головой.

— Ничего особенного. Я предложил напечатать один материал, моя газета согласилась и разрешила мне купить некие документы. С ними моя статья будет более достоверной.

— Что это за статья? — В ее глазах он увидел лишь искреннее любопытство.

— О политике.

— О! — Восклицание Елены Карризи повисло в воздухе, словно незаконченная нота.

— Когда мы получше узнаем друг друга, я расскажу вам о ней.

— Удивительная неосторожность.

Эшли резко обернулся, задетый локтем бокал покатился по гладкому пластику. Повернулась и девушка. Они увидели перед собой стройного невысокого мужчину с моложавым лицом и кроткими глазами, одетого по английской моде: синий пиджак, серые брюки, шелковая рубашка, красиво завязанный шарф. Не обращая внимание на очевидное неудовольствие Эшли, он прошествовал к бару. Елена Карризи не сводила с него глаз. Он протянул руку.

— Эшли, дорогой друг, я так рад вас видеть.

— Да, да… и я тоже, — Эшли вяло пожал руку англичанина. — Елена Карризи… Джордж Арлекин.

Арлекин удостоил девушку легкого кивка и вновь повернулся к Эшли.

— Похоже, мы постоянно сталкиваемся друг с другом, не так ли?

— Похоже, что да.

— Пресс-клуб в Венеции, весенний фестиваль во Флоренции, гриль-бар «У Джо» в Риме. И, наконец, здесь. Странно, не правда ли?

— Весьма.

И тут же Джордж перешел на итальянский.

— Вы отлично выглядите, Лена, — сказал он, шутливо поклонившись девушке.

— Благодарю, — без всякого энтузиазма ответила та.

— Вы знакомы? — изумился Эшли, одновременно насторожившись.

— Мы встречались, — сухо ответила Елена. Она соскользнула с высокого стула. — Извините, мне надо идти.

— Подождите, вы же только что… — начал Эшли.

— Пожалуйста, извините меня. — Она была уже на полпути к двери.

— Вы пообедаете со мной вечером?

— Мне очень жаль, но это невозможно.

— Тогда кофе, после обеда?

Она подошла к двери. Еще мгновение, и она исчезнет. Но внезапно Елена остановилась и посмотрела на Эшли.