Умри, моя невеста - Марина Серова

– А куда попали пули-то?

– Одна в телевизор, другая в тумбочку, третья в стену, – перечислил Бобров. – Телевизор, конечно, вдребезги, весь пол усыпан осколками – ужас просто! Короче, устроили настоящий тарарам! Пришлось срочно звонить домработнице, чтобы приехала убраться. Она часа два возилась.

– Вы милицию вызывали? – спросила я.

– Нет, я сообщил своей службе охраны, – огорошил меня Бобров.

– У вас есть собственная служба охраны? – подняла я бровь.

– Да. Собственно, она не моя личная, а магазинная. Я не успел вам сказать, что у меня есть ювелирный магазин, «Золотые нити», знаете?

– На Княжеской? – уточнила я.

– Именно там! – обрадовался Бобров.

В это время постная секретарша внесла поднос с двумя чашками и блюдцем, на котором лежали аккуратные ломтики лимона, присыпанные сахаром.

Бобров тут же вскочил, хотя секретарша сама поставила поднос ему на стол, побежал за ней до двери и плотно прикрыл ее.

– Так вот, магазин охраняется ребятами из фирмы «Барс», – сообщил он, возвращаясь к столу и берясь за чашку. – Днем они присутствуют в магазине лично, ночью он на сигнализации – от той же фирмы, их филиал как раз рядом. Сигнал поступает напрямую в «Барс», и через три минуты машина уже на месте в случае чего. Но, слава богу, таких случаев не было. А тут пришлось их вызвать экстренно домой, чтобы осмотрели окрестности.

Он перевел дух и отхлебнул еще чаю. Потом взял ломтик лимона, целиком отправил его в рот, согнув пополам, и с хрустом прожевал.

– Осмотрели? – спросила тем временем я, отпивая кофе, приготовленный в кофеварке. Он был достаточно крепким и сладким.

– Да, нашли гильзы от ружья «мозберг». Вам знакомо название?

– Разумеется, – кивнула я. – Помповое ружье китайского производства. То есть после каждого выстрела требует перезарядки, потому выстрелы и прозвучали не сразу один за другим, а с небольшими промежутками. Правда, есть умельцы, которые переделывают такие ружья во что-то более стоящее. Но тут, думаю, не тот случай.

– Да это меня мало волнует! – махнул рукой Бобров.

– А вы не выходили на улицу, не выглядывали в окно, когда прозвучали выстрелы? – спросила я.

– Я? Да вы что? – изумился Бобров. – Что я, по-вашему, идиот? Чтобы мне прострелили голову?

– Понятно, – приподняла я ладонь. – У вас есть версии происшедшего? Проще говоря, кому выгодно вас убить?

Я вперила взгляд в Боброва. Он как-то болезненно поморщился от моих слов. Видимо, мысль о том, что его смерть может быть кому-то выгодна, была крайне неприятна Всеволоду Евгеньевичу.

– Понимаете, я человек довольно публичный, – признался он, пожевав губами. – И людей, которые хотели бы меня свергнуть, достаточно. Сами понимаете, людская зависть – одно из самых распространенных и разрушительных чувств. Но я никогда не предполагал, что меня захотят… убить!

Он со стуком поставил чашку на стол и снова забегал по кабинету.

– И все же? – прищурилась я. – Можете назвать ваших самых ярых недругов?

Бобров резко остановился, словно врезался во что-то, похмурился немного, потом произнес:

– Пока что мне на ум приходит только Балтер.

– Расшифруйте, – спокойно попросила я.

Бобров протяжно вздохнул.

– Балтер Юрий Виссарионович, – ответил он. – Очень скользкий и неприятный тип. Владеет сетью магазинов спортивного оборудования. Отнюдь не бедствует. Связан с криминалом. В частности, с местным авторитетом Колей Шлыковым. В девяностые годы совместно с ним владел компанией «Тарасовский дом будущего» – это были времена финансовых пирамид. Судим не был, официально на пенсии.

– Вы прямо досье на него выдаете, – отметила я.

– Не забывайте, где я работаю! – снова важно напомнил Бобров.

– Я так понимаю, что работаете вы в разных местах – газета, магазин… И что же вы могли не поделить с Балтером? Неужели он хочет сам быть главным редактором?

– Ну что вы! Ха-ха-ха! – Бобров заливисто рассмеялся, но смех его тоже был каким-то нервным и быстро оборвался. – Ему нужен мой магазин!

– Он сам вам об этом сказал?

– Прямым текстом! – возмущенно признался Бобров. – Вернее, он предложил его у меня купить. И предложил цену – совершенно смешную. А когда я отказался, добавил, что заберет магазин даром. И что я еще пожалею об этом. Я, разумеется, не поддался на провокацию, принял меры, усилил охрану… И до поры до времени Балтер не напоминал о себе и не осуществлял своих угроз. До позавчерашнего вечера…

– Он не звонил вам после этого?

– Нет, – с легким удивлением ответил Бобров.

– И вообще никто не выдвигал никаких требований?

– Нет, никто. Но я не уверен, что это именно Балтер! Просто он первый, кто приходит на ум. Повторяю, я человек публичный. Я успешный бизнесмен, я председатель фонда «Процветающий Тарасов», занимаюсь благотворительной деятельностью, у многих на виду. Известен не только у нас, но и в области…

Бобров откровенно хвастался, причем сам не замечая этого. Он даже раздувался от важности, становясь похожим на детский розовый мячик.

– Собственно, почему я попросил вас приехать как можно быстрее, – продолжал он, крутясь вокруг меня с недопитой чашкой в руках. – Сегодня в Аткарске состоится одно торжественное мероприятие. Вы бывали в Аткарске?

– Доводилось как-то заезжать, – сказала я.

Аткарск находился недалеко от Тарасова, в девяноста километрах – то есть чуть больше часа езды на машине. Как-то с тетей Милой нам довелось отправиться туда к ее дальней родственнице, у которой случился богатый урожай яблок, и она хотела даровать нам пару ведер. Мои аргументы, что на средства, затраченные на бензин и гостинцы, мы смогли бы купить в три раза больше яблок на местном рынке, на тетю не подействовали, и мне пришлось смириться с поездкой, зато тетя осталась довольна. Потом она неоднократно напоминала мне, что варенье, сваренное ею собственноручно из этих яблок, мы ели всю зиму, к тому же родственница, тетя Даша, отдала ей также пять мотков зеленой мохеровой пряжи, из которой тетя Мила планировала связать мне длинный жакет, но я отказалась… Сам Аткарск не очень четко запечатлелся в моей памяти – городок как городок. Но сейчас я внимательно слушала Боброва.

– Мы отправимся туда через час, – решительно проинформировал он меня. – Ровно в полдень там состоится открытие реабилитационного центра для детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата. Я возглавляю бригаду спонсоров, являюсь почетным гостем. Мне нужно будет произнести речь и перерезать ленточку. Сами понимаете, насколько это ответственно.

– Весьма, – кивнула я.

– Вы будете меня сопровождать. Причем хочу заметить, что ваше присутствие мне нужно не только по работе, но и дома.