От судьбы не уйдешь - Марина Серова

Тело с семью ножевыми ранениями. Зрелище, согласитесь, не для слабонервных. Да и человеку с крепкими нервами не приведи господь такое увидеть, а уж если это тело твоего мужа… Да-а-а, действительно, не приведи господь. Я предложила Наташе кофе (почему-то с этой минуты я про себя стала звать ее не иначе как Наташей), она согласилась, и мы прошли на кухню. Пока кофе готовился, мы обе молчали. Наконец я поставила на стол две чашечки и села напротив Наташи.

— Словом, как вы понимаете, я хотела бы, чтобы вы взялись за это дело, — Наташа посмотрела мне в глаза.

— Возможно, — кивнула я. Признаюсь, не в моих правилах было сообщать клиенту после пяти минут разговора о том, что я готова взять его дело. Даже в том случае, когда я действительно была готова его взять. И даже тогда, когда нуждалась в работе. И даже тогда, когда просто хотела помочь человеку. Ну не могла я сказать сейчас Наташе, что я за ее дело уже взялась еще до ее появления в моей квартире, не могла. — Расскажите мне, пожалуйста, чем занимался ваш муж. И вообще, расскажите мне, пожалуйста, все, что покажется вам важным. Это поможет мне быстрее решить, смогу ли я вам помочь. Договорились?

Наташа кивнула и стала рассказывать. Ну что за женщина!

— Наверное, можно было бы сказать, что наша семья принадлежит к числу так называемых «новых русских». Хотя не знаю, так ли это. Да, Сережа уже лет пять крутится в коммерции. Начинали вместе с Андреем, его однокурсником, как обычно — с челноков. Затем взяли в аренду киоск, затем — магазин, потом — другой. Теперь у Сережи с Андреем два магазина, а год назад они взяли в аренду помещение и решили заниматься производством ликеро-водочной продукции. Насколько я знаю, дела у них шли неплохо.

Правда, последний месяц он был словно сам не свой, все нервничал, даже Димке, сыну, не уделял прежнего внимания. Но вот только в чем дело — не говорил и Андрею запретил говорить мне об этом. — Наташа вздохнула, пожалуй, даже всхлипнула, но тут же взяла себя в руки и продолжила: — А неделю назад он отправил нас с Димкой на дачу, просил, чтобы я была осторожна и за Димкой внимательно смотрела. Однако потом и этого ему показалось мало — он уговорил поехать с нами одну семейную пару, наших приятелей, и тоже просил, чтобы они за нами присматривали, как он выразился. Он явно нервничал, но, как я уже говорила, сказал, что приедет через неделю, то есть в субботу… Остальное вы уже знаете… — она опустила глаза.

Мы обе помолчали. Затем я предложила еще кофе. Наташа согласилась. Я разлила кофе по чашкам и, закурив, снова села напротив.

— Позвольте задать вам еще несколько вопросов. — Наташа кивнула. — Вот вы сказали, что в последнее время ваш муж очень нервничал, но вам не говорил о причине его дурного настроения. А как с телефонными звонками? Звонил ему кто-нибудь в последний месяц? Возможно, вы замечали, что он после некоторых разговоров по телефону особенно взвинчен?

Наташа на минуту задумалась, затем отрицательно покачала головой и ответила:

— Нет. Пожалуй, я не смогу ответить на эти вопросы. Во-первых, потому что у Сергея был сотовый и все деловые переговоры он вел исключительно по нему, всегда в своем кабинете. Во-вторых, потому что я сама никогда особенно не интересовалась, кто и зачем ему звонит. Если он хотел посвятить меня в свои дела, он делал это сам.

— Хорошо, — сказала я, чувствуя, однако, что далеко не все так хорошо. — Если вы совершенно не интересовались, кто и зачем ему звонит, позвольте задать личный вопрос. — Наташа кивнула. — Вы, должно быть, и не особенно интересовались его знакомствами? Какими были ваши семейные отношения? Я хочу узнать — не возникали ли у вас какие-то подозрения? Не мог ли он вам изменять?

Наташа сверкнула на меня глазами и ледяным тоном, не терпящим возражений, произнесла:

— У него не было любовницы, если вы это хотели знать.

— Поймите, Наталья, — я постаралась объяснить свою бестактность, — меня навел на этот вопрос исключительно способ убийства. — Она тут же сникла и снова опустила глаза. — Согласитесь, — продолжила я, — семь ножевых ранений — это, скажем так, отнюдь не банальный способ. Это кровавая расправа, похожая на месть. Вам так не кажется?

— Возможно, — Наташа сглотнула. — Возможно, вы правы. Вам виднее. По-моему, в милиции сказали то же самое. — Она вскинула голову. — Но у Сергея не было любовницы. Я уверена. У нас с ним всегда были замечательные отношения. Мы познакомились еще в институте, он недолго за мной ухаживал. Можно даже сказать, что он совсем за мной не ухаживал. Просто отношения так складывались, что какое-то время мы относились друг к другу просто как очень хорошие друзья. Мы действительно были отличными друзьями друг для друга.

А потом, — Наташа смотрела куда-то мимо меня и в глубь того времени, — потом мы просто поняли, что уже друг без друга не можем существовать. Но до этого момента мы совершенно не испытывали друг к другу никакой страсти. Она появилась позже, и уже через полгода знакомства и спустя месяц после того, как мы посмотрели друг на друга иначе, мы поженились. Это было восемь лет назад. С тех пор наши отношения мало изменились. Мы все так же в первую очередь друг для друга друзья. — Наташа смахнула с ресниц появившуюся слезу и посмотрела на меня. — У него не было любовницы. Он просто не стал бы притворяться, если бы таковая появилась.

— Хорошо, — кивнула я. — Но вот вы говорите, что доверяли друг другу, и в то же время говорите, что в свои дела он посвящал вас крайне редко.

— Татьяна, — упрекнула меня Наташа, — неужели вы думаете, что с моим мужем не о чем было поговорить, кроме как о коммерции?! Ведь это совсем не так. Сережа был первым на курсе. Он очень эрудированный человек и прекрасный собеседник. С ним всегда было приятно и легко общаться. А так называемый бизнес — это только небольшая часть его интересов.

— Понятно, — сказала я. — Значит, версию о мести из ревности мы отметаем?

— Думаю, да, — коротко согласилась Наташа. — Что вы еще хотите узнать?

— А вы торопитесь? — несколько удивилась я.

— Нет-нет, что вы. Просто я хотела сказать, что вы можете спрашивать обо всем, что необходимо.

— Хорошо. Тогда вот какой вопрос — не было ли у вашего мужа конкурентов, врагов, кого-то, к кому он сам, скажем так, не питал нежных чувств?

— Ну, наверное, были у Сережи и недоброжелатели, но я же вам говорю, что вряд ли чем смогу помочь в этой сфере. Тут вам, пожалуй, смог бы помочь Андрей…

— Это друг семьи? — уточнила я.

— Да, да, — подхватила Наташа. — Но Андрей — не только друг. Он еще и Сережин партнер, так, один из магазинов — его. А в «Граале» Андрей занимал пост Сережиного заместителя.

— А что такое «Грааль»? Это тот самый цех? — уточнила я.

— Да. Тот самый, — Наташа слабо улыбнулась. — Так вот, с Андреем я тоже познакомилась еще в институте. Они с Сережей были одногруппниками и дружат уже лет десять, наверное. Андрей — это, если хотите, член семьи. — Я навострила ушки, поскольку и Наташин тон, и выражение ее глаз было каким-то… Нежным? Интересно, интересно…