Господин Счастливчик - Джеймс Суэйн

— Ну сколько можно? — крикнула она.

Рики натужно ухмыльнулся. Он всегда носил в кармане миниатюрную отвертку — было у него такое чудачество. Теперь он опустился на колени и отвинтил решетку воздуховода, вытащил выигрыш из-за пазухи и сунул в небольшую дыру в стене.

Из отдушины несло чем-то неприятным. Рики вдохнул, пытаясь угадать, что это. Как будто тосты сильно подгорели. Рита постучала в дверь ванной.

— Ри-ки!

— Уже кончаю.

— Без меня?

— Ха-ха.

Он прикрутил решетку на место. Открыв дверь, Рики увидел Риту на кровати в полурасстегнутой блузке. В руках она держала два стакана.

— А вот и я, — сообщил он, присаживаясь рядом.

Девушка протянула ему колу.

— До дна.

Они чокнулись, и Рики почувствовал, что она смотрит на него пристально. Он поставил стакан на пол.

— Слушай, тут кое-что случилось. Думаю, тебе лучше уйти.

— Но мы же только начали.

От таких губ, как у нее, любое сердце растает. У Рики была слабость к красоткам, поэтому он беспрестанно напоминал себе, что она намерена вырубить и обокрасть его.

— Нет, правда, пора тебе, — сказал он, глядя в сторону.

Девушка сжала его бедро. На этот раз приятель остался безучастным.

— Что случилось? Тебя дома дожидается жена, о которой ты мне не сказал?

— Вроде того.

— Точно не хочешь покувыркаться?

— Точно.

Мечтательное выражение исчезло с ее лица. Поставив стакан на пол, Рита взяла сумочку.

— А я-то думала, ты не такой, как все.

Рики посмотрел ей в глаза, пытаясь проникнуть в душу женщины, которая воспользовалась тем, что мужчине одиноко, чтобы обчистить его. Разве ей было дело до того, что у него аллергия на транквилизаторы и это снадобье может его убить? Нет, скорее всего. Он встал и указал на дверь.

— Уходи.

Ее лицо стало каменным. Рита подошла к мини-бару, надела свои лодочки — подвыпившей она уже не казалась — и спокойно направилась к двери.

— Может, в другой раз, — бросила она.

— Вряд ли.

Девушка нахмурилась. Упущенные деньги как будто сжигали ее изнутри. В кино в подобных ситуациях герою положено сказать что-нибудь залихватское. Рики снова указал на дверь.

— Увидимся, детка.

— Чья это фраза? Богарта?[3]Или Эдварда Робинсона?[4]

— Джимми Кэгни.[5]

Она задержалась у двери, робко улыбнувшись.

— Точно не хочешь, чтобы я осталась?

— Никогда не сдаешься, да?

— Сдаются только слабаки, толстяк.

— Проваливай, а то охрану позову.

— Какой смелый.

— Еще слово, и я сам тебя вышвырну.

— Такой жирный козел, как ты? — Она достала из сумочки баллончик со слезоточивым газом. — Вряд ли.

Рики моргнул. Толстая черная змея чуть ли не трех метров в длину заползла в номер и обвилась вокруг стройных ног Риты. Решив, что от выпивки начались галлюцинации, он неподвижно наблюдал за тем, как змея сжимает девушку, но она вдруг превратилась в безвредное облачко дыма. Рита посмотрела на пол, почувствовав неладное.

— Что за вонь? — спросила она.

— Горит что-то. Дверь не открывай.

— Почему?

Потому что в глубине души мне хочется верить, что тебе есть дело до меня, подумал Рики.

— Похоже, в гостинице пожар.

Рита взялась за ручку двери и повернула ее.

— Ага. И мы с тобой останемся тут дожидаться пожарных. Мой герой. Только если я останусь, тебе придется заплатить, унитаз на ножках. Четыреста за час. Тысяча за ночь.

Рики передернуло. Всю жизнь его как только не обзывали, но эта шпилька почему-то задела сильнее остальных. Он же не специально облысел. А женщины почему-то считали, что у него проблемы с наследственностью, раз он такой. Нижняя губа Рики начала подрагивать. Он глубоко задумался.

— А может, я дам тебе двадцатку, и ты мне к утру ботинки почистишь?

Рита разинула рот. Один ноль в пользу Рики Смита.

— Засунь ее себе в задницу, кабан, — огрызнулась она, распахнув дверь, и выскочила в коридор.

Ее встретило громкое шипение: тлевший огонь оживился от воздуха из номера Рики, и коридор запылал. Рита оказалась посреди пламени. Она дергалась в замешательстве, как человек, попавший в комнату смеха на ярмарке. Рики с мстительной радостью наблюдал за тем, как струящиеся светлые волосы и коротенькая красная юбочка вспыхнули ярко-оранжевым.

Теперь явно чувствовался запах пригоревшей еды. Он решил, что пожар начался в гостиничном ресторане. Может быть, газовый шланг прохудился, или на плите жир загорелся. Как только температура огня превысит тысячу градусов, раскаленный воздух распространится вверх по лифтовым шахтам и вентиляционным трубам и поджарит все здание, как огромное суфле. Рите досталось по полной. Она вбежала в номер, как будто в нее попали из пушки.

— Сволочь! — завопила она.

Рики шагнул в сторону от нее. Девушка ринулась вперед и разбила головой стеклянную раздвижную дверь. Черный дым заполнил комнату. Рики выбил остатки стекла и вышел за ней на балкон.

Но Риты там не было. Он перегнулся через перила и посмотрел вниз. Ее горящее тело лежало в траве пятью этажами ниже. Руки раскинуты, как у ребенка, который делает «ангела в снегу».[6]Ведь я мог бы тебя спасти, подумал Рики и поднял глаза к небу. Луна как будто едва заметно ухмылялась.

Снизу неслись крики постояльцев, высыпавших на балконы своих номеров. Тут Рики вдруг вспомнил о двадцати тысячах в ванной. Он попытался вернуться, но наткнулся на непроницаемую дымовую завесу.

Рики попятился на балкон, нащупал стену и прислонился к ней спиной.

Что же это творится, спросил он себя. Сегодня ему наконец повезло. Он выиграл неслабую сумму. Но вместо того чтобы остаться в казино и продолжить, позволил первой подмигнувшей ему куколке увести его наверх. Такой шанс испортил. И винить, кроме себя, некого.