Побег авторитета (сборник) - Валерий Карышев

— Странно… Обычно родственники, которые приглашают адвокатов, ставят их в известность, где находится их подзащитный. И все же хотелось бы знать, кто у Рубашкина родственники?

— Родственники? — переспросил я. — То ли двоюродный брат, то ли троюродный…

Конечно, я лукавил. Никакого родственника у Рубашкина не было, а был мой старый клиент, бизнесмен, точнее, банкир, Илья Семенков, сидевший в одной камере с моим теперешним клиентом. Попав в камеру, где сидят бандиты и киллеры, мой банкир в их общество, конечно же, не вписался. И, как он мне объяснял, на него пошли сплошные наезды — то он не так сделал, здесь не по понятиям, и так далее. Наехали на банкира одновременно четыре человека, весьма авторитетных. И неизвестно, чем бы это все кончилось, если бы не Антон, который заступился за него.

Он убедил братву, что не следует обижать человека, первый раз попавшего в камеру и не знающего ее порядков, не по-людски это будет, не по понятиям. Братва его уважала и не стала с ним связываться. После этого банкир посчитал, что он просто обязан помочь Антону. Помимо перевода на лицевой счет Рубашкина, банкир организовал ему и защиту, хотя тот, как мне объяснял банкир, всячески отказывался от защитника. Но банкир настаивал… так я попал в это дело.

Вскоре я покинул здание прокуратуры с оформленным разрешением. Я сел в машину и плавно двинулся с места, бросив взгляд в зеркало заднего вида, нет ли за мной «хвоста». Уж очень часто в случаях, связанных с такими делами, следователь сообщает о появлении нового адвоката оперативным работникам, а те в свою очередь устанавливают негласную «наружку» за адвокатом: а вдруг тот выведет на сообщников преступника?

На сей раз никакая машина за мной не тронулась. «Ну что же, — подумал я, — пора ехать в Матроску…»

СИЗО Матросская Тишина, следственный кабинет. Спустя два с половиной часа

Я сидел в следственном кабинете и оглядывался вокруг. Да, за несколько лет тут произошли значительные изменения. Следственные кабинеты, где с арестованными работали следователи и адвокаты, были более-менее приличными. Стены были перекрашены в светлые тона. Скромная, но вполне современная мебель — стол с двумя стульями, намертво прикрепленные к полу, в стороне — вешалка, на стене — несколько кнопок, одна для вызова дежурного, на другой, красного цвета, было написано «Тревога». «Интересно, — подумал я, — бывают такие случаи, когда приходится пользоваться этой кнопкой?»

Уже более сорока минут я находился в здании следственного изолятора, а моего клиента еще не привели. До половины первого оставалось несколько минут.

Неожиданно дверь открылась, и в кабинет вошел мужчина в камуфляжной форме. Это был конвоир. За ним вошел парень высокого роста, в спортивном костюме «Адидас». Я внимательно посмотрел на него. На вид парню было лет тридцать пять — тридцать восемь, крепкого телосложения, темноволосый, овальное лицо с массивными щеками, крепкие руки.

Конвоир протянул мне листок.

— Рубашкина Антона вы вызывали? — спросил он.

— Я, — кивнул я головой и подумал: «Будто не знаешь!» После этого я взял листок и расписался.

Конвоир замялся:

— У нас сейчас обеденный перерыв…

— Я знаю, — ответил я. — Раньше двух мы вряд ли закончим.

Конвоир кивнул и вышел из кабинета.

Клиент подошел к столу и сел на стул, молча посмотрев на меня.

— Надеюсь, вы понимаете, от кого я пришел, — начал я.

Парень продолжал смотреть на меня и ничего не ответил. Тогда я пригнулся к нему и на ухо прошептал фамилию банкира. Парень улыбнулся и кивнул.

— Да, он говорил мне про вас, — сказал он. — Вообще-то я вас узнал сразу, — неожиданно добавил он. — Вы же написали книгу про Сильвестра? Про Сергея Тимофеева?

— Да, я.

— Читал я вашу книгу.

— И как?

Парень пожал плечами:

— Ну, не все же там было так на самом деле.

— А ты считаешь, — перешел я на «ты», — что можно было написать все как было?

— Нет, не считаю. К тому же о многих событиях вы не рассказали. Наверное, не знали…

— После того как была написана книга, я встречал многих людей, особенно коммерсантов, которые хорошо знали Сильвестра. И мне тоже говорили, что я многого не учел. Набрался материал на вторую книгу.

— А сейчас дело мое почитаете, — сказал Антон, — глядишь — у вас новая книга появится!

Я пожал плечами:

— Сейчас нет времени книги писать — работы много.

— А что, у вас сейчас много клиентов?

— Ты не волнуйся, — улыбнулся я, — на тебе это никак не отразится.

— Нет, я не волнуюсь. Я вообще считаю, что мне сейчас адвокат не нужен.

— Интересно, почему же?

— Да что тут непонятного? Статья по бандитизму, четыре эпизода по убийствам… Думаю, лет двадцать — двадцать пять мне гарантировано. Так что мне никто в этом деле не поможет.

Антон достал из бокового кармана пачку сигарет, зажигалку, закурил и уставился в окно.

— Как там, на воле? — спросил он.

— Ничего, погода нормальная. А ты сколько под следствием?

— Да уже два с половиной года сижу. И еще, может быть, год-полтора просижу.

— Почему ты так считаешь?

— Пока суд назначат, потом суд отложат… В общем, сами понимаете — канитель долгая.

— Откуда такая уверенность?

— Тут пацанов из других бригад судят, так некоторые по три, по четыре года сидят в клетке.

Я понимающе кивнул:

— Ладно, Антон… Ничего, что я с тобой на «ты»?

— Нет, все нормально, — улыбнулся Рубашкин.

— Давай сделаем так. Я почитаю несколько томов твоего дела, потом приду к тебе, и мы начнем готовить позицию защиты. Что ты думаешь по этому поводу?

— Делайте как хотите, мне по барабану. А когда вы в следующий раз придете?

— Может быть, дней через пять. За это время я дело прочитаю.

— Почитайте. Там много всего написано. Некоторые эпизоды — аж 94-й год, попадают…

— Хорошо. — Я поднялся. — Может, тебе что-то на волю передать нужно? Ты скажи.

— Никому ничего передавать не надо. Никого у меня нет.

Я вышел на улицу. Сел в машину и задумался. Сейчас мне нужно было ехать к другому следователю по другому делу. Я достал записную книжку, вытащил из бардачка мобильный телефон и стал набирать номер следователя. Но никто не отвечал. Что же мне делать? Полдня свободного времени. А может, мне стоит вернуться в прокуратуру и начать изучать новое дело? Дозвонюсь до следователя позже.

Я открыл страницу, где был записал телефон Груневой, и набрал номер.