Буква и цифра - Алексей Макеев

Влад осмотрел находку. Рука незнакомца не пострадала. Зажало лишь рукав куртки чуть выше кисти. Он в недоумении уставился на незнакомца:

— Ты, видно, большой шутник, Иван. Твоя рука даже не пострадала. Выдернул рукав и свободен.

— Нельзя! — испуганно выкрикнул Иван. — Куртка супругой даренная. Увидит дыру, кранты мне.

— Ты что же, так боишься жену, что готов стоять здесь сутки, лишь бы она ничего не узнала? — еще больше удивился Влад.

— А вы, полагаю, не женаты, — заметил Иван.

— Не женат.

— Оно и видно. Вот обзаведетесь супругой, по-другому заговорите. Законная жена — это вам не девки с сеновала. Тут без повода плешь проест, а повод дай, так вообще со свету сживет.

— Зачем же вы с ней живете?

— Любовь, — философски изрек Иван.

Покачав головой, Влад принялся рассматривать запирающий механизм капкана. Замок был несложный, одно усилие, и незнакомец на свободе.

— Подвинься в сторонку, береза мешает, — обходя ствол, велел он. — Я отожму замок, сниму ткань с зубцов. На счет «три» тяни руку вверх. Только не медли, пружина-то здесь нехилая, долго держать не смогу.

Влад склонился над капканом, двумя руками ухватил железные скобы, потянул в стороны. Пружина хоть и с трудом, но поддалась.

— Раз, два! — начал он отсчет.

— Три! — закончил Иван и обрушил на голову Влада булыжник.

Тот даже вскрикнуть не успел, кулем свалился к ногам незнакомца и замер.

— Так-то лучше, Владислав Игоревич. Гораздо лучше. Теперь главное — придерживаться плана. Тихо едешь — беда догонит, быстро поедешь — сам беду догонишь. Потому мы пойдем ровно посередочке. Вот сейчас перчаточки наденем, и погнали.

Из рюкзака, прислоненного к березовому стволу, появилась веревка, моток пищевой пленки. Капкан с легкостью вышел из дерна и отправился в рюкзак. Булыжник пошел туда же. Натянув перчатки, незнакомец принялся за работу. Спустя час он шагал по пролеску, насвистывая под нос нехитрую мелодию. О происшедшем в лесу он не думал. Все прошло гладко, как и должно было пройти. Второй этап завершен, адреналин зашкаливал.

— Кто сказал, что быть плохим мальчиком не весело? — вслух произнес он. — Видно, они сами никогда не делали ничего подобного. А зря! Скоро, скоро вы все обо мне заговорите!

Впереди показалась дорога. Незнакомец выждал, пропуская машину, пересек дорогу и вновь углубился в лес.

Полковник Главного управления Московского уголовного розыска Лев Иванович Гуров сидел в приемной генерала Орлова. Его давний друг и коллега полковник Станислав Крячко примостился на подоконнике, позади стола секретарши, чему та, несмотря на приложенные усилия, помешать не смогла.

— А скажи-ка мне, Верочка, чем таким приятным от тебя пахнет? Не иначе «Шанель № 5».

Изнывая от безделья, Крячко занимался излюбленным делом: балагурил, подтрунивая над строгой секретаршей начальника. Верочка недовольно повела плечиком и, бросив на него сердитый взгляд, съязвила:

— В вашем возрасте, товарищ полковник, следовало бы лучше разбираться в парфюме. Особенно принимая во внимание ваш неусыпный интерес к противоположному полу.

Верочка намекала на любвеобильность Стаса, о которой в Управлении ходили легенды. Впрочем, подобной славы Крячко мог не стыдиться, так как узами законного брака обременен не был. По той же причине с юмором относился к разговорам и шуткам на эту тему.

— О как! Одной фразой — и прямо в лужу, — хохотнул он. — А я-то думал, что мои познания в искусственно создаваемых запахах весьма обширны. Ну, просветите нас, несведущих, что нынче в моде?

— В отличие от вас, товарищ полковник, у меня работы непочатый край, — заметила Верочка. — Генерал ждать не любит.

— Вот и я не люблю, — оживился Стас, — а приходится. Так, может, скрасите наше ожидание незатейливым рассказом на тему: «Чем на Руси душиться хорошо?»

— Приедет генерал, просветит, — сухо проговорила Верочка, передернув плечами.

Последнее замечание Крячко ее явно задело. Это не укрылось от внимания Гурова. Что именно покоробило Верочку, было непонятно. Понизив голос, он спросил:

— Вы что-то знаете, Верочка? Зачем нас вызвал генерал? И чего ради мы торчим тут битый час?

— Не понимаю, о чем вы. — Краска прилила к щекам секретарши, выдавая ее с головой. — О своих планах генерал мне не докладывает.

— Он — нет, но ведь на то ты и секретарь, чтобы знать гораздо больше того, во что желает посвятить тебя босс, — соскакивая с подоконника, заметил Крячко. — Ну же, не томи, Верочка, открой папе Стасу свой секрет! Не сомневайся, все, что ты скажешь, уйдет со мной в могилу.

— Да прекратите вы! — резко оборвала его Верочка. — Как можно над этим смеяться?!

— Что с тобой? — Стас опешил, не ожидая подобной горячности от вечно сдержанной Верочки.

— Вас смутили слова «душить» и «могила»? — догадался Гуров. — Это и есть причина внезапного отъезда генерала. Нам снова хотят навязать дело сверху? Оно хоть стоящее?

— Ладно, скажу то, что знаю, — сдалась Верочка. — Только не думайте, что я открываю вам страшную тайну. Вы бы так и так об этом узнали.

— И в мыслях не было, — заверил ее Лев.

— Генерала вызвали насчет этого маньяка, — трагическим шепотом поведала секретарша. — Был звонок. Генерал так громко разговаривал, что слышно было по всему этажу. Нашли еще одну жертву. Похоже, останавливаться ваш маньяк не собирается.

— Да ладно! Какой там маньяк! Ни крови, ни насилия. Психопат — да, но не маньяк. — Крячко снова уселся на подоконник. — Говорить не о чем, не то что расследовать. Прошерстят всех бывших пациентов психушек и выйдут на него. Не думаю, что наша помощь тут уместна.

— Не скажите, — запальчиво возразила Верочка. — Может, он и псих, но от этого только страшнее. В городе поговаривают, что найдены далеко не все его жертвы. Говорят, что их гораздо больше, а власти либо умалчивают этот факт, либо не могут их отыскать.

— Верочка, вы же сотрудник полиции, — мягко произнес Гуров. — Вам ли сплетни собирать?

— Никакие это не сплетни! — отрезала она. — Люди зря болтать не станут. И откуда бы такой интерес у прессы, если бы дело не было сенсационным? Уж они-то на сенсации нюх имеют. Говорю вам, генерал приедет с кучей подробностей. Вот тогда и посмотрим, кто из нас прав, а кто сплетни собирает.

Из коридора донеслись торопливые шаги. Крячко едва успел соскочить с подоконника, как дверь приемной распахнулась, и на пороге появился генерал Орлов.

— Здравия желаю, Петр Николаевич! — вставая, поздоровался Гуров.

— Вы уже здесь? Оперативно. Пошли в кабинет, — не отвечая на приветствие, приказал Орлов. — Верочка, меня ни для кого нет.

— Совсем ни для кого? — уточнила секретарша. — И до которого часа?