Декамерон по-русски - Анатолий Ромов

— Домой. — Он видел в ее глазах вину. — Стив, прости, что все так получилось. Мы зря сюда приехали. В Москву.

— Перестань. Все в порядке.

— Нет, не все в порядке. Вообще, моя идея вспомнить Москву была идиотской. Во всем виновата я.

— Ты ни в чем не виновата.

— Виновата, я знаю. — Она взяла лежащую на соседнем стуле сумку. — Идем. Только медленно.

— Хорошо. — Он встал, взял ее под руку, не спеша двинулся к двери. У самого выхода из зала почувствовал: она дрожит. Сжал локоть: — Перестань. Все в порядке.

— Стив, я не могу. Я боюсь.

— Все будет хорошо. Идем.

Коридор, если не считать стоящего там официанта, был пуст. Двинувшись к лифту, Инна покосилась на официанта:

— Уверена, этот тип за нами наблюдает. Смотри, он достал телефон.

— Пусть достает. — Войдя вместе с ней в лифт и нажав кнопку, Стив обнял ее. — Все в порядке. Сейчас мы спустимся, возьмем такси и уедем.

Лифт остановился, двери открылись. Выйдя, Стив увидел стоящего метрах в двух от него плотного человека, одетого в серый пиджак, черные брюки и мокасины гуччи. У человека была аккуратная прическа с пробором, маленькие черные усики и карие глаза в узких щелках век. Площадка, на которую выходили двери лифтов, была пуста, кроме них и этого человека, на ней никого не было.

Как только дверь лифта за ними закрылась, человек улыбнулся. Глядя на Инну, что-то сказал по-русски.

— Стив, это он, — прошептала Инна. — Это владелец гостиницы. Осторожней.

— Мне плевать, кто это. — Стив шагнул вперед. — Будьте добры, отойдите. Дайте пройти.

Человек, не глядя, легко оттолкнул его и тут же дал Инне пощечину. Он хотел ударить ее еще раз, но следующим был удар Стива, пришедшийся Буруну точно в челюсть. Удар был сильным, и Бурун, крякнув, осел на пол. Постоял немного на коленях, покачался — и повалился навзничь.

— Бежим… — прошептала Инна. — Бежим скорей.

— Наоборот, пойдем как можно медленней. Так, будто ничего не случилось.

Выйдя в холл гостиницы, они пошли к выходу. Швейцар, получив двадцать долларов, почтительно открыл дверь в тамбур, но как только они вышли на улицу, сзади раздался крик:

— Дмитрий, держи их! Держи! Они не заплатили! Держи их!

Дернув Стива за руку, Инна крикнула:

— Теперь бежим! Скорей к такси!

Подбежав вместе с ней к такси, он открыл дверцу, подождал, пока она сядет, плюхнулся вслед за ней. Инна что-то крикнула таксисту по-русски, тот, дав газу, бросил машину вперед.

Как только они свернули на Садовое кольцо, Инна обняла Стива:

— Только бы уйти, только бы уйти… Если мы сейчас попадемся им в руки, они убьют нас точно. — Обернувшись, некоторое время вглядывалась в даль, закусив губу. — Кажется, они за нами не едут. Хоть бы они за нами не ехали. Хоть бы не ехали.

Заметив, что она смотрит назад, таксист спросил:

— Девушка, из гостиницы за вами, случайно, бежали не люди Буруна?

— Не понимаю. Какие люди Буруна?

— Девушка, не надо. Я слышал, они вам кричали что-то.

— Да, это были люди Буруна. А почему вы спрашиваете?

— Потому что они едут за нами.

— Кто едет за нами?

— Люди Буруна. Я вижу их машину, черный «мерседес».

— О чем он говорит? — спросил Стив.

— О том, что они едут за нами. Они в этой машине, видишь, сзади едет черный «мерседес»?

Вглядевшись, Стив увидел «мерседес», идущий через машину от них по той же полосе.

— Вижу. Я даже запомнил его номер.

— Если они едут за нами, это очень плохо. — Инна посмотрела на таксиста: — Вы можете от них оторваться?

— Девушка, оторваться от шестисотого «мерседеса» я не могу. Но даже если бы и мог, не стал бы, работа мне дороже.

— Мы вам заплатим сто долларов сверху. Уйдите от них. Сверните в арбатские переулки. Сверните в них, пожалуйста. Мы дадим вам пятьсот долларов, только оторвитесь. Сверните в арбатские переулки.

Несколько секунд водитель раздумывал. Наконец сказал:

— Хорошо. Они сейчас идут в левом ряду, сразу за нами. Перед самым светофором я сделаю вид, что прозевал поворот, и сверну в переулок. Сразу свернуть за мной они не успеют. В переулке я вас высажу. Это все, что я могу для вас сделать.

— Ладно, делайте что хотите, лишь бы уйти от них.

Резко повернув руль, таксист на полном ходу свернул вправо. Сзади раздались гудки, завизжали тормоза, но таксист, лавируя, ухитрился каким-то чудом пересечь проезжую часть Садового кольца. Они въехали в пустынный переулок. Обернувшись, Стив увидел: погони за ними нет.

Судя по всему, таксист был отличным водителем. Сделав еще несколько поворотов по таким же пустынным переулкам, он остановил машину. Выключил счетчик, сказал:

— С вас пятьсот двадцать долларов. Двадцать за работу и пятьсот сверху.

— Он просит дать ему пятьсот двадцать долларов, — сказала Инна.

Достав бумажник, Стив отсчитал купюры. Спрятав деньги, водитель сказал:

— Все, девушка, выходите. Иначе и мне, и вам будет плохо.

— Запомни на всякий случай его фамилию, — сказал Стив. — На этой табличке ведь его фамилия?

— Да. Но мне сейчас не до этого. Ради бога, Стив, выходим.

— Выходим. И все же запомни фамилию, он будет свидетелем.

— Хорошо, запомнила. Выходим.

После того как они вышли из машины, такси тут же уехало.

Стив огляделся. Несмотря на июль, воздух был прохладным. В обе стороны тянулась узкая улочка. Он увидел машины, стоящие вдоль тротуаров, редкие фонари, дома. Посмотрел на Инну:

— Может, мы зря поднимаем такую панику?

— Может, и зря. Но я боюсь.

— Вообще, где мы?

— Это арбатские переулки. Я раньше здесь училась. Тут живет много моих знакомых. — Поежившись, обняла руками плечи. — В принципе мы можем к ним зайти. Если, конечно, они еще здесь живут. В Москве знаешь как все меняется. Прошло ведь почти три года.

Он услышал шум — неподалеку машина шла в их сторону. Инна потянула его к ближайшему подъезду:

— Стив, давай зайдем в подъезд. Это они, я чувствую. Я боюсь.

— Инна…

— Стив, пожалуйста!

Увидев ее лицо, он понял: с ней лучше не спорить. Зашел вместе с женой в подъезд, остановился. Чуть приоткрыл дверь — так, чтобы можно было видеть улицу сквозь крохотную щелку.

Рокот работавшего на малых оборотах мотора приближался. Когда машина прошла мимо, он узнал ее — это был тот самый черный «мерседес». Он определил его по номеру.