Дочь убийцы - Владимир Колычев

– Не спится? – Валик видел, что Яна спала, именно поэтому и спросил.

Шутки у него такие.

– Не спится, – подтвердила она и усмехнулась. – Но ты мне снишься.

Печка уже остыла, в бане было уже не жарко, но одежда на ней еще не совсем высохла.

– В бане? С тобой вместе?

– На скамье подсудимых. В клетке.

– Я тебя не похищал.

– А незаконное лишение свободы?

– Ты в наручниках? – спросил он, усаживаясь на лавку.

– Нет.

– А хочешь?

– Нет.

– А то у меня есть. Наручники, латекс, плетка. Скажу, что ты привезла и Элен похитила.

– Я похитила?

– Она говорит, что так оно и было.

– С больной головы на здоровую?

– Нас двое, ты одна. Нам больше поверят.

– И выкуп вы за Элен просить будете?

– Выкуп – это хорошо, – сказал Валик. – Но никто ничего просить не будет. Мы просто намекнем твоему отцу, чтобы деньги собирал. Ты потом подъедешь к нему, возьмешь их и нам принесешь.

Яна оторопело посмотрела на Валика. Ну да, пьяный, но ведет себя спокойно. По внешнему виду не скажешь, что у него белая горячка. Но ведь бывает же тихое помешательство. Значит, и белка такая иной раз к кому-то приходит. Похоже было на то, что именно с таким случаем Яна сейчас имела дело. Этим нужно пользоваться во благо для себя.

– Так, может, я прямо сейчас подъеду к отцу?

– А деньги у него есть?

– Прямо сейчас?

– Тридцать миллионов.

– Долларов?

– А в чем он деньги берет?

– Ему зарплату в рублях платят.

– А на лапу?

– Нет у него ничего.

– Тогда никуда ты не поедешь, – заявил Валик. – Здесь останешься.

– Вообще-то, у него есть что-то в заначке. Несколько пачек я видела. По пятьдесят тысяч евро в каждой, – соврала Яна.

– Ты можешь прямо сегодня взять эти деньги?

– Конечно!

– Ты меня за дурака держишь. – Валик не спрашивал, он констатировал факт.

Значит, с ним не все так плохо, как Яне хотелось бы думать.

– Я не дурак. Знаю, что говорю. Пусть твой отец сначала деньги подготовит. Менты наживку должны заглотить.

– Менты? Наживку? – не поняла Яна.

– Элен на тебя стрелки перевела.

– Какие стрелки?

– Как будто это ты Антона убила.

– Антона? Я? – Яна потрясенно посмотрела на Валика.

Элен, это исчадие ада, способна была на любую пакость. И в похищении могла ее обвинить, и под убийство подставить.

– Менты так будут думать, – сказал Валик и ухмыльнулся.

– А его убили?

– Хочешь, у ментов спроси. Могу прямо в участок отвезти.

– Отвези.

– Я могу.

– Отвези!

Но Валик даже не подумал оторвать задницу от скамейки. Значит, грош цена его словам. Можно ничего не бояться.

– Ты хорошо подумала?

– Как будет, так и будет.

– Тебя реально в убийстве обвинят.

– Ничего, у отца хорошие адвокаты.

– Лет на двадцать посадят.

– Никуда ты меня не отвезешь, – проговорила Яна.

Она смотрела на Валика так, как будто видела его насквозь.

– Нет, конечно. Я не хочу, чтобы тебя посадили.

– Я не хочу в тюрьму. Именно поэтому должна буду сама съездить к отцу за деньгами. Не привезу их, вы меня сдадите ментам. Ты ведь это хотел сказать?

Валик сделал глубокий вздох и закрыл глаза, призывая себя к спокойствию.

– Он хотел сказать, что может тебе помочь.

Голос Элен прозвучал неожиданно, но ее появление не застало Яну врасплох. Она уже готова была к любым пакостям, к каким угодно декорациям, на фоне которых шел этот утомительный спектакль.

– Ты дашь ему запарить веник в своей шайке, – сказала Элен, пальцами тронув деревянную бадью, висевшую на стене. – А он тебе за это сделает хорошо.

Против меня. Да, дорогой? – Она вплотную подступила к Валику, рукой обвила его шею, села к нему на колени, при этом не сводила глаз с Яны.

Валик опустил голову и что-то промычал.

– Но ты этому дядьке не верь, – продолжала Элен. – Он обманет тебя прежде всего потому, что ему очень нужны деньги. Надоело ему здесь, на море его тянет, кости свои старые хочет погреть.

– Еще не старые, – буркнул Валик.

– Для полного счастья ему нужно пятьсот тысяч евро. Да и мне столько же. У твоего отца есть такие деньги?

– Позвоните ему и спросите.

– Еще он хочет тебя трахнуть, – заявила Элен и оттолкнулась от Валика с таким видом, как будто уличила его в чем-то до отвращения постыдном. – Ты можешь сделать это сейчас, – продолжая кривить лицо, сказала она. – Заодно закроешь пасть этой сучке.

– Только по взаимному согласию, – выдал Валик.

– По взаимному согласию! – передразнила его Элен.

– Я не беспредельщик, – сказал Валик и медленно поднялся.

– И давно ты стал таким благородным?

– Пойдем! – Он взял Элен под руку.

– Пойдем! Я научу тебя, как надо обращаться с дамами, – сказала Элен, немного подумала и добавила: – Даже если они изображают из себя святую невинность.

Элен увела Валика, лязгнула задвижка, щелкнул, запираясь, замок.

Яна не сдержала вздох облегчения. Элен в своей агрессии запросто могла заставить Валика посадить ее на цепь. Но пока вроде обошлось.

В благородство Валика Яна не верила. Он столько ей всего нагородил. Очень хорошо, что она не развесила перед ним уши. Элен – такая же врунья. Никого нельзя слушать.

Ночь, пустынная улица под фонарями, белоснежные особняки под яркой луной. В одном из этих домов спал сейчас Денис Кучин. В мягкой постели, под шелковым покрывалом, возможно, в объятиях красивой женщины, служанки, например. Или даже Елены Кирей.

Игорь же должен был коротать эту ночь в жестком автомобильном кресле, в компании с Кокошиным. Он очень надеялся на то, что майор Головняк отговорит лейтенанта от его глупой идеи, но увы.

Зато Кокошину хорошо. Головняк не пришел в восторг от его инициативы, но табельный ствол ему выписал. Наконец-то этот парень смог почувствовать себя настоящим опером.

Они навели справки о Кучине, узнали, что в прошлом году он потерял жену. А Кирей исчезла где-то в районе Киржача. Кокошин мониторил ситуацию прямо из машины, но информация о канувшем автомобиле не появлялась. Не попадал больше исчезнувший «Киа» в поле зрения дорожных камер. Видимо, эта машина свернула где-то на второстепенную дорогу, а леса в тех районах знатные.